В.А.Чудинов

Расшифровка славянского слогового и буквенного письма

Май 12, 2007

Деревянные изображения Перуна

Автор 17:05. Рубрика Славянские боги

Деревянные изображения Перуна

В.А. Чудинов

О металлических фигурках Перуна я уже писал (ЧУД), их было довольно много. «Как обстоит дело с другими идолами, которых можно было бы связать с языческими богами, в частности, с Перуном?» - задает вопрос Л.C. Клейн (КЛЕ, с. 212).

Так называемые кутные боги и мое чтение надписей
Рис. 1. Так называемые кутные боги и мое чтение надписей

Перечислив некоторые деревянные идолы по летописным источникам, Клейн отмечает ненадежность их интерпретаций как изображения Перуна. В частности, он пишет: «Деревянные идолы, конечно, имелись (их Владимир и Добрыня удаляли сплавом по реке или велели «сжечь»), но, к сожалению, почти все уцелевшие от сожжения истлели. При раскопках иногда попадаются лишь мелкие фигурки. Приводя сводку зарисовок таких фигурок из языческих слоев Новгорода (раскопки Арциховского), Рыбаков (рис.24) интерпретирует их как «домашних божков», «кутных богов», изображений домового, и считает, что такие фигурки помещались в божнице в красном углу в каждом доме. Возможно, он прав, хотя по иконографии они столь невыразительны, что трудно истолковать их уверенно и определенно» (КЛЕ, с. 215). Таким образом, Л.С. Клейн, который часто критикует Б.А. Рыбакова за неверные интерпретации славянских богов, тут с ним неожиданно соглашается - да, это домовые, но не Перун.

Поскольку при рассмотрении Радзивилловской летописи Л.С. Клейн уже ошибся, приводя примеры миниатюр с изображением Яра за изображения Перуна, у меня нет доверия к его иконографии. Поэтому я рассматриваю три первых изображения «кутных богов», помещенных в работе Б.А. Рыбакова (РЫБ, с. 500, рис. 83) на рис. 1, принимая эту фигурку за одну, но показанную в трех ракурсах. Уже на шапке левого изображения можно прочитать слова ТАЙНИКИ ПЕРУНА. Они говорят о том, что перед нами - нечто вроде современной копилки (вероятно, под шапкой фигурки находится небольшое тайное отверстие, куда можно спрятать ювелирные изделия, деньги, долговые расписки и т.д.), но сама фигурка принадлежит Перуну.

Еще две фигурки якобы домового и мое чтение надписей
Рис. 2. Еще две фигурки якобы домового и мое чтение надписей

Штрихи на границе между шапкой и волосами левого изображения несут надпись МАСТЕРСКАЯ, а чуть ниже штриховка на волосах передает имя бога ЯРА. Косая штриховка под подбородком на той же фигурки содержит слово ПЕРУН, чем подтверждается первое чтение, а непосредственно под носом центрального изображения можно прочитать слово ЯРОВ. Это чтение подтверждает предыдущее, то есть, некоторое отношение фигурки к богу Яру. Наконец, центральная часть самого низа среднего изображение в обращенном цвете содержит название города: НОВГОРОД.

Два лика богов и мое чтение надписей
Рис. 3. Два лика богов и мое чтение надписей

Затем можно рассмотреть два других скульптурных изображения из дерева. На левой фигурке я рассматриваю фрагмент на ее основании справа, пользуясь буквами, как из прямого, так и из обращенного в цвете участка. При этом читается надпись ПЕРУН ЯРА, что совпадает с надписями на предыдущей фигурке. А заштрихованный фрагмент над правым глазом после обращения в цвете дает слово ЯРОВ, которое тоже знакомо. На левом боку фигурки в обращенном цвете читаются слова РУСА и РУНИЦЫ. Второе слово понятно полностью, первое может означать и название города (Старая Руса), и, что менее вероятно, быть не полностью написанным словом.

Н правой фигурке над правым глазом написано в лигатуру слово ПЕРУН, а на самом правом глазу - слова ЯРА ПЕРУН, что также знакомо. На верху подставки слева в обращенном цвете можно прочитать слова: С ЯН КОЛЯДЫ. Вероятно, такого божка дарят на январских колядованиях, и он остается С ЯНВАРСКОГО КОЛЯДЫ. Из росчерков ниже в обращенном цвете можно прочитать слово НА РУНИЦЕ. Фрагмент правее в обращенном цвете может быть прочитан как выражение ЯРА ВСЕЯ РУСИ. Иными словами, такого рода божков производил не обычный храм Яра, но самый главный.

И опять мы видим, что ни одну из этих фигурок Л.С. Клейн ликами Перуна не назвал. То есть, Перуна-то он по иконографии не знает вовсе.

Еще два лика богов и мое чтение надписей
Рис. 4. Еще два лика богов и мое чтение надписей

Далее на рисунке 3 продемонстрированы одна маска в двух ракурсах и один погрудный скульптурный портрет. На маске слева внизу бороды, в ее правой части, читается слово ПЕРУН. На более высоком фрагменте бороды в обращенном цвете следует продолжение, слова СЛАВЯН РУСИ. На профильном изображении той же маски штриховка вверху справа в обращенном цвете приносит слова С КИИВА, то есть, ИЗ КИЕВА. На штриховке бороды ниже в прямом цвете читаются те же слова: ЯРА С КИЕВА. Из этого следует, что мастерские храма Яра, и сам храм Яра, производивший подобные деревянные скульптурки, находился не в Новгороде, а в Киеве. Отдельное изображение на скуле также приносит слово ЯРА.

Замечу, что в данном случае мы имеем дело не с тайником, как первая фигурка Перуна, не с подарками для колядования, как вторая и третья фигурки, но с маской Перуна. Это создает определенное разнообразие бытовых вариантов изображения данного бога. И в этом случае Л.С. Клейн Перуна не узнает.

А погрудная фигурка передает лицо женщины. Странно, что данную фигурку также отнесли к домовым - в нее, очевидно, никто не вглядывался. Между тем, ни узкого подбородка, ни высокой прически у мужчин не бывает. Трещинки под правой бровью образуют слово МАРА. А фрагмент под шеей в прямом и обращенном цвете может быть прочитан, как слова МАРА СЛЫШИТ. Так что эта фигурка - для молений.

Лик Перуна из Вагрии
Рис. 5. Лик Перуна из Вагрии

На рис. 4 изображена одна фигурка слева и два ракурса одной фигурки справа. Правый глаз левой фигурки содержит надпись ПЕРУН ЯРОВ, а справа под линией рта в лигатуру еще раз написано имя ПЕРУН. Слева в качестве волос головы на затылке дважды написано слово ЛИК. Оно означает, что данная фигурка была предназначена для молений, а не для подарков и не в качестве тайника. В нижней части фигурки еще раз можно прочитать слово ПЕРУН, так что сомнения в ее атрибуции исчезают.

На второй фигурке слева слово ПЕРУН читается в виде растрескиваний на бороде, а борода выполнена как естественный скос дерева. На ракурсе справа виден затесанный фрагмент в самом низу слева; при его обращении в цвете можно прочитать слова ЯРОВ ПЕРУН. Вторая фигурка относится к тому же типу, что и первая, и так же служит ликом Перуна для молений. Усы центральной фигурки в обращено цвете образуют слово НОВГОРОД - место ее производства. И опять Л.С. Клейн не придал ни малейшего значения исследованию этих фигурок, согласившись с установившимся мнением.

Лик Перуна из Старой Ладоги
Рис. 6. Лик Перуна из Старой Ладоги

Последняя фигурка из «кутных божков» в двух ракурсах показана на рис. 5. Фрагмент лба и глаз в обращенном цвете содержит надпись ПЕРУНОВ ЛИК. Фрагмент под линией рта можно прочитать, как надпись ЯРА ПЕРУН. Это - уже знакомые нам слова. Но встречаются и незнакомые. Так, тот же фрагмент под линией рта в обращенном цвете содержит надпись ПЕРУН ВАГРИИ. Под Вагрией, как известно, понимался кусок Руси, ныне принадлежащий Германии, начиная от острова Руяна (ныне Рюген) с храмами в Арконе, и далее на юг, что позже называлось Микулиным Бором (ныне - земля Мекленбург). Данная фигурка свидетельствует о том, что связи между Вагрией и Новгородом по линии религии в Х-XI веках не прекращались.

На линии рта правого изображении и чуть ниже, на линии бороды, можно прочитать те же слова: ПЕРУН ВАГРИИ. Это подтверждает предыдущую надпись.

К сожалению, и на этот экземпляр изображения Перуна Л.С. Клейн не обратил внимания, приняв его за изображение домового. На этом серия «кутных божков» заканчивается.

Фигурка из Старой Ладоги. Это изображение Л.С. Клейн приводит отдельно (КЛЕ, с. 217, рис. 25), давая такое пояснение: «Тисовая фигурка из слоя конца IX- начала X века. Старая Ладога (раскопки В.И. Равдоникаса). По К.Д. Лаушкину - изображение Перуна (основания сомнительны). Фотоархив ИИМК РАН, I, 41839 и 41840, 1997-119 и 120». А в тексте монографии он отмечает: «Одна из таких же деревянных фигурок (рис. 25) давно описана К.Д. Лаушкиным. Фигурка из Старой Ладоги найдена в слое Д слоя конца IX- начала X века. Высотой 28 см она вытесана из тиса и представляет усатого и бородатого мужчину без рук с одной ножкой по центру. На голове конусовидный головной убор, на теле выделен пояс. Лаушкин счел эту фигурку изображением Перуна. Аргументация (ЛАД, ЛАБ, ЛАУ)крайне сомнительна: исследователь исходит из того, что Перун ассоциировался у славян со змеем (в одном позднем фольклорном источнике его обругали «змиякой»), а змей, по убеждению исследователя, при антропоморфизации превращался в одноногих персонажей типа Бабы-Яги (которая вообще-то не одноногая, а с костяной ногой, и то «нога», а не «ноги» - ради рифмы); тис Лаушкин объявил деревом Перуна. Всё это цепочка слабых гипотез» (КЛЕ, с. 215-217).

Согласен, что аргументация Лаушкина не слишком сильна, но и возражения Клейна направлены не на атрибуцию деревянного персонажа, а на демонстрацию слабости аргументов Лаушкина. Попробуем теперь применить микроэпиграфику как метод для правильной атрибуции данного персонажа.

На рис. 6 мы интерпретируем левую бровь как слово ЛИК, что говорит о том, что перед нами находится божок для молений. Линия рта под правым усом может быть прочитан как (ПЕ)РУН, ибо две первые буквы оказались с этого ракурса не видны. На самих же усах читается уже знакомое слово ВАГРИЯ. Обращенная в цвете верхняя часть бороды под нижней губой содержит слово ЯРА. Этот же фрагмент, но в прямом цвете дает имя ПЕРУН.

Я усматриваю у фигурки две ноги и небольшой постамент, на котором начертано слово ЯРА. Ниже постамента имеется колонна с каннелюрами, на которых можно вычитать слово ПЕРУН, которое подтверждает предыдущие чтения. Можно прочитать надписи и на животе изображения в обращенном цвете. Одна надпись нам знакома, это ХРАМ ЯРА. Другая надпись дает наименование города-изготовителя - АРКОНА. Таким образом, сомнений не остается - перед нами - скульптурка Перуна, однако такая, которую можно было воткнуть в нечто мягкое, например, песок, тогда как предыдущий лик, скорее всего, подвешивался на нитке.

Так что «слабая гипотеза» оказалась верной, а «сильная критика» - несостоятельной.

Обсуждение. В данном случае я произвел не просто чтение надписей и атрибуцию фигурок, где одна оказалась фигуркой Мары, а все остальные - ликами, тайниками, колядными подарками или масками Перуна. Моей целью было понять, насколько сильна академическая критика существующей реконструкции восточнославянского язычества. Поэтому в обсуждении я выделяю несколько мотивов.

Прежде всего, перед нами за единственным исключением было продемонстрировано 7 фигурок Перуна из Новгорода, 1 фигурка из Старой Ладоги и одна фигурка Мары из Новгорода. Фигурка Мары показала, что новгородцы поклонялись не только Перуну, а я читаю не только одно имя на изображениях. Таким образом, основное утверждение Л.С. Клейна о том, что среди деревянных фигурок славянских божков нет ни одного Перуна, оказалось ложным. Новгородцы и ладожцы почитали Перуна.

При этом хотелось бы отметить, что фигурки сильно различались по назначению и по иконографии. К наиболее простым по исполнению и, вместе с тем, весьма своеобразным, я бы отнес фигурки Перуна из Новгорода. Это - лик без ног и рук, где голова с бородой составляет как раз половину размера фигурки. Борода делается косым срезом, щёки - косыми срезами, ограниченными прямыми бровями.

Чуть сложнее выполнен Перун-тайник. Хотя его голова тоже занимает половину тела фигурки, но лицо моделировано, имеется нос, рот, борода, пряди волос и шапка. Этот тип изображения изготавливался также в Новгороде, что видно по особенностям иконографии.

К ним примыкают фигурки, произведенные, видимо, в Старой Русе; тут тоже нет ни рук, ни ног, но фигурка делится на три части, где наибольшей является голова, затем меньше оказывается отделенная шеей часть корпуса и, наконец, наименьшей представлено основание. На лице Перуна нет ни бороды, ни усов. Эти фигурки - не лики, а украшения подарков, даваемых детям и взрослым после пения песен-колядок.

Особым жанром божков являются маски, примером которых стала маска Перуна из Киева. Замечу, что название той страны, столицей которой был Киев, я впервые вычитал на карте Евсевия примерно 330 года н.э. Она называлась РУСЬ СЛАВЯН. Теперь это название было прочитано на фигурке из Киева. Заметим, что Новгород был столицей иного государства, ЖИВИНОЙ РУСИ, как это можно прочитать на многих новгородских изделиях. Не входила сюда и Москва, которая являлась центром СТОЛИЧНОЙ РУСИ. Так что данная фигурка еще раз показывает, что так называемая «Киевская Русь» была чисто кабинетным изобретением историков Нового времени. На маске переданы не только брови, но и глаза, имеется настоящий нос (хотя и с горбинкой), намечены усы и борода. Это дает повод считать, что маска, лучше других изображений передавая пропорции лица, к тому же была и лучше других фигурок моделирована.

Примыкающий к маске погрудный портрет Мары также неплохо передает овал лица и высокую прическу. Если учесть, что каменные лики женских богов обычно вообще не моделировались, передавая лицо как желудь, то на данном изображении все же можно видеть брови и нос, хотя рот на нем отсутствует.

Наиболее сложным и детализированным являлся вариант Перуна из Вагрии. Здесь голова укладывается в туловище не менее трех раз, и обязательно присутствуют две ноги, хотя рук нет. Лицо моделировано: имеются глаза, брови, нос, рот, усы и борода, особенно на фигурке из Старой Ладоги. Изготовителем подобных фигурок являлся храм Яра из Арконы на острове Руяне (нынешний Рюген). Очевидно, он и задавал стандарты на такого рода продукцию.

Таким образом, существовали разные варианты изображения Перуна, которые можно было ставить на плоскую поверхность, втыкать в мягкий грунт, скрывать между подарков и подвешивать на нитях.

Возникает вопрос насчет связи Перуна с храмом Яра. До сих пор мне не встретилось ни одной надписи ХРАМ ПЕРУНА ни на одном изделии. Я уже не уверен, существовали ли такие храмы. Зато храм Яра в Арконе был известен во всем славянском мире (ЯР ВСЕЯ РУСИ). Именно он выпускал основные образцы фигурок Перуна (ПЕРУНЫ ЯРА или ЯРОВЫ ПЕРУНЫ), которые потом могли копироваться с меньшей проработкой деталей в храмах Яра других русских городов. Само Балтийское море (чуть раньше - Варяжское) имело наименование моря Яра, отсюда, как известно по многим источникам, стал распространяться культ бога Перуна. Позже вся Прибалтика получила сакральное название ПЕРУНОВА РУСЬ. И, как мы видели, именно фигурки Перуна из Вагрии, из храма Яра Арконы, обладали по сравнению с другими наиболее проработанными формами.

Наконец, хотелось бы отметить такую реалию Х-XI веков, как тесную связь Новгорода (Живиной Руси) не только с Киевом (Русью Славян), но и с Арконой (Вагрией). Иными словами, Балтийская Русь под эгидой бога Яра играла в делах Новгорода не меньшую роль, чем Русь Киевская. Это означает, что историю средневековой Руси следует начинать не с Киева, как это происходит в современной историографии, и даже не с Новгорода, как предлагают некоторые реформаторы, а с русских княжеств Вагрии, чья история практически не известна русскому читателю.

Это - то, что касается самих изображений. Теперь следует поговорить об атрибуции фигурок. Впервые это сделал археолог Б.А. Колчин (КОЛ, с. 43-44, рис. 17, табл. 33, рис. 4), который посчитал их домовыми. Затем подключился археолог Б.А. Рыбаков, который написал: «Поясные фигуры бородатых домовых изготовлены из одного куска с подставками и несомненно предназначались для установке на неподвижной полочке; божница в красном куту была самым подходящим местом для такого «кутного бога» (рис. 83).

Деревянные домовые резко отличаются от детских кукол-лялек и вполне соответствуют образу «дедушки домового». Важным аргументом в пользу такой трактовки является то, что фигурки бородатых мужчин встречены только в нижних языческих пластах культурного слоя Новгорода и исчезают к середине XI века. То, что эти поясные скульптуры не являются изображениями определенных богов славянского пантеона вроде Перуна или Велеса, явствует из полного отсутствия у них каких бы то ни было атрибутов (турьего рога, молнии и т.п.). Это - бородатые старички, вполне подходившие под обобщенное понятие предков-дедов.

Этнографические сведения XIX века о внешнем облике домового вполне подтверждают эту атрибуцию» (РЫБ, с. 499). Как видим, Б.А. Рыбаков не только поддержал атрибуцию Колчина, но и дополнил ее. Причем вникал он только в наличие таких атрибутов богов, как молния, турий рог и т.д. Эта атрибутика, к сожалению, придумана самим исследователем. Так он, например, атрибутировал изображения богов на Збручском святовиде. Подлинной иконографии славянских богов он не знал.

Позже к этой атрибуции присоединился и археолог Л.С. Клейн. Получается, что к неверной атрибуции Б.А. Колчина постепенно присоединялись всё новые исследователи, и эта версия становилась всё более авторитетной. Из этого можно сделать вывод о том, что археологам нельзя давать на откуп окончательную атрибуцию. Здесь должно быть примерно такое же разделение труда, как у криминалистов: например, следователь при задержании никогда не пишет слов «браслет из золота», но «браслет из желтого металла», а уже эксперт выясняет, действительно ли это золото, или другие металлы - латунь, бронза, анодированный алюминий. Так и археологи. Б.А. Колчин должен был написать: «были обнаружены деревянные фигурки религиозного назначения», тогда как эксперты, специалисты именно по фигуркам, должны были произвести окончательную атрибуцию и выяснить, действительно ли это домовые, или это боги, а если боги, то какие именно. По сути дела вот такую атрибуцию и произвожу я, но, опираясь на метод микроэпиграфики, которым не владели мои предшественники. Только дело в том, что каждый крупный археолог и даже историк считает себя именно таким экспертом, не владея данной методикой. Правда, Б.А. Колчин никогда не занимался эпиграфикой, но Б.А. Рыбаков считал себя одновременно и эпиграфистом, и специалистом по религии. Что же касается археолога Л.С. Клейна, то он не был ни эпиграфистом, ни искусствоведом, ни религиоведом. Но он столь же ретиво берется производить окончательную атрибуцию.

Для меня этот вывод представляется не менее важным, чем рассмотрение самих фигурок новгородских божков. Беда археологов заключается именно в том, что они, будучи обязанными, в силу служебных функций, производить предварительную атрибуцию найденных предметов, вместе с тем явно превышают свои должностные полномочия и дают окончательную атрибуцию, не обладая для этого ни знаниями, ни навыками, ни методиками. Именно с них начинается создание вторичной мифологии, идущей уже от науки. Неверные атрибуции порождают ложные иконографии, которые, в свою очередь, приводят к еще более странным обобщениям, а заканчивается всё это выводом о том, например, что у славян культ Перуна на бытовом уровне не прослеживается. И вполне закономерен совершенно неверный вывод Л.С. Клейна: «Таким образом, вполне достоверным и отчетливым изображением Перуна археология пока не располагает, хотя, судя по письменным источникам, такие изображения, несомненно, должны были существовать» (КЛЕ, с. 218). Иными словами, все 8 фигурок Перуна для него не существуют, зато в Радзивилловской летописи он нашел якобы 4 изображения Перуна, все из которых на поверку оказались фигурами (или человеком в роли) бога Яра. Так что подлинного изображения Перуна он не знает и придумывает ложного, Яра.

Это ненормальное положение в археологии я хотел бы назвать узурпацией окончательной атрибуции людьми, не получившими для нее надлежащей подготовки. И к такого рода людям я отношу, прежде всего, большого критика предшествующего периода развития исследований по славянской мифологии Л.C. Клейна. Похвально его желание критически разобраться в научном наследии советского периода. Однако, не обладая какими-то новыми данными или новыми подходами, он, в сущности, выполняет деструктивную функцию ликвидации даже того небольшого задела по выявлению славянских богов, который нам оставил советский период.

Заключение. Добытый археологами материал даёт много информации для осмысления разнообразия бытовых вариантов изображений Перуна. Вместе с тем, он показывает полную беспомощность профессиональных археологов разобраться в этом вопросе в силу того, что они не являются экспертами по славянской мифологии.

Литература

КЛЕ: Клейн Л.С. Воскрешение Перуна. К реконструкции восточнославянского язычества. СПб, 2004, 480 с.

КОЛ: Колчин Б.А. Новгородские древности. Кн. 2. Резное дерево. М., 1971

ЛАБ: Лаушкин К.Д. Баба-Яга и одноногие боги (К вопросу о происхождении образа) // Фольклор и этнография. Л., Наука, с. 181-187

ЛАД: Лаушкин К.Д. Деревянный идол из Старой Ладоги (Опыт атрибуции). Тезисы докладов годичной научной сессии Института этнографии АН СССР. Май 1968 г. Л., АН СССР, с. 71-72

ЛАУ: Лаушкин К.Д. Деревянная фигура антропоморфного существа из Старой Ладоги // Фольклор и этнография Русского Севера. Л., Наука, с. 250-273

РЫБ: Рыбаков Б.А. Язычество Древней Руси. М., 1988, Издательство "Наука", 783 с.

ЧУД: Чудинов В.А. Лики Перуна // «Духовность». Журнал гуманитарных исследований, кн. 7. Сергиев Посад, 2004 с. 48-63

Написать отзыв

Вы должны быть зарегистрированны ввойти чтобы иметь возможность комментировать.






[сайт работает на WordPress.]

WordPress: 7MB | MySQL:11 | 0.188sec

. ...

информация:

рубрики:

поиск:

архивы:

Апрель 2021
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Мар    
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930  

управление:

. ..



20 запросов. 0.336 секунд