В.А.Чудинов

Расшифровка славянского слогового и буквенного письма

Ноябрь 20, 2014

Михеев о расколе этнического поля

Автор 13:25. Рубрика Рецензии на чужие публикации

Разъяснения Михеева. «Существенно, что этнические коллизии проникают, как правило, на фоне социальных, социально-экономических, политических - восстания, революции, войны. При этом коллизии так тесно переплетены, что порой довольно сложно вычленить тот или иной аспект исторического события. Надломы, как раз, богаты на революции и кровавые гражданские войны. И это закономерно. Образование целостности - этноса из субэтносов или суперэтноса из этносов, как уже замечено, процесс негэнтропийный, он требует затрат энергии. А именно - психофизической энергии людей, которая заключена и проявляется в их эмоциях и волевых актах - в ходе их созидательной работы. Суть этой созидательной работы - формирование этносистемных связей - социальных, культурных, хозяйственных, духовных и т.п. Сумма, условно говоря, этих связей есть ни что иное, как этническая или этнокультурная традиция.   

Раскол же этнической системы в фазе надлома есть упрощение сложной этнической структуры. При расколе происходит высвобождение структурной энергии. Той энергии, которая была затрачена при формировании сложной структуры этноса и суперэтноса на образование этносистемных связей, то есть традиции. Тратится же высвобождающаяся при разрыве связей энергия на две вещи. Во-первых, на дальнейшее яростное разрушение традиции, скрепляющей этническую систему в целостность. Поэтому раскол этнического поля часто происходит в форме революции, то есть, радикального уничтожения традиции. Во-вторых, энергия тратится на междоусобные, то есть, гражданские, религиозные и внешние войны» [1:14-15].

Тут не всё понятно. Судя по графику, между накоплением этнической энергии и ее растратой проходит лет 500-600, за это время меняется 17-20 поколений. Иначе говоря, освобождение энергии производится не только НЕ ТЕМИ ЛЮДЬМИ, которые ее получили от природы, но даже не их внуками или правнуками. Иначе говоря, никакого БИОЛОГИЧЕСКОГО или ГЕНЕТИЧЕСКОГО контакта между членами. этноса фазы подъёма или фазы надлома не имеется. Спрашивается, в чём или в ком конкретно аккумулируется эта энергия?

Второй вопрос: разрушение очень трудно сопоставлять с созиданием. Одним выстрелом из артиллерийского орудия можно полностью разрушить жилой дом, который строился годами. Созидание требовало затраты не только физической энергии и многолетнего труда строителей, но и затраты умственной энергии архитектора и проектировщика. А разрушение требует нескольких секунд на наведение орудия и долей секунды на разрушение. И даже в джоулях или калориях энергия взрыва всё равно меньше энергии созидания, хотя по мощности она в тысячи раз ее превосходит. А сам вопрос заключается в следующем: насколько созидание и разрушение можно свети к единой категории пассионарного толчка?

«В качестве примера раскола этнического поля обычно приводят западноевропейский романо-германский мир, который в период Реформации, составившей главное содержание надлома, раскололся на две части: католическую и протестантскую. Однако, этот раскол - вовсе не этнического поля, но именно суперэтнического поля, то есть. раскол полиэтничной локальной цивилизации - в данном случае западноевропейской, которую по-другому называют романо-германской, хотя она включает в себя большой славянский элемент, балтский, финно-угорский, кельтский».

Независимо от того, какова наша точка зрения, можно отметить, что между Гумилёвым и Михеевым имеется расхождение в понимании такой важнейшей категории как суперэтнос.

«Собственно, начинается раскол. действительно, на уровне отдельных этносов - именно в крупнейших системообразующих доминантных для данной локальной цивилизации этносах. И затем он проецируется на весь суперэтнос. И именно тогда он становится особенно заметным и масштабным. В Европе раскол начинался в немецком и французском этносах, где от католиков откололись, соответственно, лютеране и кальвинисты - гугеноты, а затем этот раскол спроецировался на всю европейскую цивилизацию в виде Реформации. Суперэтническим был и раскол фазы надлома в Византии - византийский суперэтнос в эпоху Иконоборчества в 8-й 9-й века по Р.Х. раскололся на два лагеря - иконоборцев и иконокластов» [1:15-16].

Мы видим, что по Михееву наблюдается повышения ранга Западной Европы и Византии до уровня суперэтноса.

Русский суперэтнический раскол. «Происходит раскол этнического и суперэтнического поля не обязательно по этногеографическим линиям. Например, в расколе в ранней, акматической фазе русского суперэтноса на староверов и никониан этногеографический фактор выражен довольно слабо. Никон в теоретическом обосновании своей реформы опирался на южнорусское, то есть, малороссийское или, как сегодня сказали бы, украинское духовенство, чьё влияние в Русской церкви и на Москве в том числе было очень большим после воссоединения с Россией Левобережной Украины с Киевом во главе. А старообрядцев поставлял в основном пассионарный и потому не уступчивый великорусский Север - Поморье, Заволжье. Но, как разделение русского мира на север и юг русский Раскол 17-го века не воспринимался, староверы имелись повсюду» [1:16].

Тут мы имеем более интересный пример, когда присоединение к России Запорожской Сечи (казалось бы, знаменующий фазу подъёма за счет увеличения размеров России) явилось одновременном и началом фазы надлома (за счёт разрыва с традицией староверов и старообрядцев внутри самой России). Опять-таки неясно: такова ли была действительная идеологическая сила запорожского духовенства на Никона, или, напротив, Никон действовал в русле вестернизаторской политики «тишайшего» Алексей Михайловича, и, напротив, само присоединение к России Запорожской Сечи явилось одним из примеров такой вестернизации. А если так, то ссылка на западное духовенство нам демонстрирует не истинную причину, а лишь формальный повод. А реальной причиной выступает та же западноевропейская реформация, но в русских одеждах.

Иначе говоря, мы видим примеры раскола внутри христианства, где старое христианство (католицизм в Западной Европе и ранее православие, старообрядчество в России) вызывают отторжение со стороны более молодых побегов того же христианства.

Раскол в Византии. «В Византии раскол ранних фаз на монофизитов и православных также имел этногеографическую составляющую - монофизитство больше было распространено в Египте. Сирии, Армении. И до сих пор Сирийская, Коптская, Армянская и Эфиопские церкви не православные, а монофизитские. Но всё же коллизии той эпохи не воспринимались как противостояние по этногеографическому признаку. Ещё меньшую роль этногеографический фактор играл в расколе арабского этноса в начальной фазе арабского этногенеза на суннитов и шиитов» [1:16].

И здесь речь идёт о том же - о религиозном расколе между традиционным исламом (сунна) и разными отклонениями от него не в вопросах вероучения, а в вопросах применения веры.

«А вот в фазе надлома раскол этнического поля происходит чаще всего именно по тем этногеографическим линиям, по которым этносы и суперэтносы сшивались в начальных фазах этногенеза и суперэтногенеза. Не точно по ним, но в целом и в общем, именно по ним, то есть, связь между их структурными элементами - отдельными этносами и субэтносами. С чем это связано? Как уже сказано, в фазе надлома резко падает уровень этносистемной пассионарности и заметно ослабевает филономическое начало сознания, онтономическое усиливается. На индивидуальном уровне это выражается в эгоизме и индивидуализме. На этническом уровне - в стремлении к этнической рефлексии, этнокультурному самоутверждению, в этническом индивидуализме. На политическом уровне такой этнический индивидуализм проявляется в расколах крупных полиэтнических государств, политическом сепаратизме. 

Так, раскол суперэтнического поля в фазе надлома в Византии проходил по линии малоазиаты-иконоборцы, с одной стороны, греки (и малоазийские, и балканские) -иконокласты, с другой. То есть, между крупнейшими этническими структурными элементами византийского суперэтноса. Хотя среди греков случались иконоборцы, а среди малооазиатов было немало иконокластов» [1:16-17].

Признание пестрого этнического состава византийского общества ставит перед читателем вопрос: а было ли византийское общество единым суперэтносом? Или в нём уже имелись если и не противоречия, то все же некоторые предубеждения одних этносов по отношению к другим, которые в рамках единой религии не были заметны, но ярко обозначились при возникновении небольших различий в религии? Иначе говоря, не принимаем ли мы в данном случае за этнический раскол лишь более сильное проявление этнических предубеждений тогда, когда для этого созрел определенный инструментарий? - Ответа на этот вопос мы у Михеева не находим.

Раскол мусульманского мира. «Мусульманский средневековый суперэтнос раскололся в фазе надлома по линии, разграничивающей арабскую ойкумену - Северная Африка и Ближний Восток - сунниты, Передняя Азия, Памир - шииты. Это разделение сохранилось и в современном мусульманском мире, новейшем суперэтногенезе на Ближнем Востоке и Передней Азии, начавшемся примерно два века назад. Однако Королевство Бахрейн - арабская страна, является по преимуществу шиитской. Хотя королевская семья - сунниты. Кстати там - в Джуффейре располагается главная оперативная база крупнейшего американского 5-го флота и управлением ВМФ США. То есть США пользуются плодами раскола многовековой давности в исламском мире для контроля над нефтью Персидского залива. Здесь в качестве метафоры приведу обычное полено - когда оно сохнет, оно трескается. И, когда его колют, чтобы бросить в печную топку, топор вонзается именно в трещину. Это стоит помнить всякому полену.

Но линия раскола исламского средневекового суперэтноса не просто отделяет суннитские страны от шиитских, она может проходить и через отдельную страну. Так, Кувейт на 70% суннитский, на 30- шиитский. В Ливане шиитов 35 %. В Саудовской Аравии -15%, притом чётко прослеживается география раскола: города Катиф, Даммам, аль -Хаса считаются шиитскими. Тюркский мир, хотя географически ближе к Ирану, тяготеет к ортодоксальному арабскому суннизму. Однако Азербайджан, населённый тюрками, по преимуществу, шиитская страна. В суннитском Афганистане от 15 до 20 процентов шиитов, значительная часть которых исмаилиты - шиизм, как мы знаем, разделен на многие течения. В России шиитами являются лезгины дагестанского селения Мискинджа.

И всё это последствия расколов этнического поля. Притом каждый эпизод сопровождается конфликтами с той или иной мерой жестокости. Как правило, очень высокой мерой. Новому халифату, несмотря на высокую пассионарность в передней Азии и на ближнем Востоке, не суждено состояться именно из-за раскола исламского мира много веков назад» [1:17-18].

Трудно сказать, насколько оправдан такой прогноз. Ибо данная концепция не рассматривает обратный процесс соединения некогда разделенных частей.

Романо-германский мир. «В романо-германском мире раскол суперэтнического поля в фазе надлома - 16-й - 17-й века прошёл по линии, отделявшей германские народы от романских и романизированных. Итальянцы, испанцы, португальцы остались католиками, а немцы, англичане, скандинавы и соседившие с ними балты и финны стали протестантами» [1:18].

Но не означает ли это простой факт: те народы, которые понимали введение Римом католицизма, поскольку говорили на близких к латыни языках, стали католиками, а которые не понимали, стали протестантами, то есть, тоже христианами (иначе Рим их бы уничтожил так же, как пруссов), но на родном языке и без сложных субординаций и особых изысков.

«В этот период в Европе шли беспрерывные войны. Притом, в отличие от войн предыдущих веков, они были истребительными, и унесли громадный процент населения» [1:18]. - Полагаю, что такими же были и предыдущие войны, но их историография до нас не дошла (сознательно спрятана, искажена, утрачена).

На этом я хотел бы остановиться. Ибо ни объединение Германии Бисмарком век назад, ни объединение ГДР с ФРГ в ХХ веке ни Гумилёв, ни Михеев не рассматривают.

Кореняко о концепции Гумилёва. Нельзя сказать, что концепция Гумилёва не подвергалась критике. Подвергалась. Один из интереснейших обзоров можно найти в работе [2]. Вот ее вывод: «Анализ истории и основных направлений критики взглядов Л.Н. Гумилева дает в общем удручающую картину. И дело не только в хорошо известном и, можно сказать, фундаментальном обстоятельстве: тиражи сочинений этого автора на два, если не на три, порядка выше совокупного тиража публикаций его критиков. Бросается в глаза небольшое количество самих критиков. С учетом ушедших из жизни и утративших критический энтузиазм, специалистов, осмеливающихся сегодня критиковать Л.Н. Гумилева, можно буквально пересчитать по пальцам».

Этот автор напоминает, что «почти треть столетия для значительной части образованной российской аудитории Лев Николаевич Гумилев - тот автор, которого раньше было принято называть «властителем дум», а в наши дни - «культовой фигурой». Интересно, что в различные периоды новейшей истории Л.Н. Гумилев был популярен в совершенно разных сегментах общества. В годы «перестройки» и агонии СССР он пользовался большой симпатией у интеллигенции, поддерживавшей антикоммунистические и либеральные лозунги. И это понятно, потому что в те годы Л.Н. Гумилев представлялся прежде всего жертвой тоталитарного режима. Его крупные историософские сочинения до второй половины 1980-х годов не публиковались нормальным способом; они были альтернативой и вызовом официальным дисциплинам - марксистско-ленинской социологии («историческому материализму»), историографии и этнографии.

После кончины Л.Н. Гумилева и вхождения ельцинского режима в фазу кризиса, когда в общественном сознании либеральные идеи были заметно потеснены шовинистическими и изоляционистскими настроениями, многое из наследия Л.Н. Гумилева обрело новую и широкую популярность в «национал-патриотическом» сегменте российской идейной жизни» [2]. - Насколько я понимаю, статья Михеева как раз относится к такому национал-политическому сегменту. И далее Кореняко даёт краткую историю критики концепций Гумилёва.

Меня более всего интересует концепция пассионарности. Ее Кореняко разложил по пунктам: «1. Недостатки фактической базы и методическая слабость (Артамонов 1971: 76; Клейн 1992: 229-231; Шнирельман, Панарин 2000: 8, 10-12, 18-20, 28). Они настолько явны и о них так много писали, что вполне понятно удивление Л.С. Клейна: «Странно видеть профессионального ученого, столь приверженного дилетантскому образу мышления».2. Отсутствие ясного, непротиворечивого определения этноса как исходного понятия концепции (Клейн 1992: 231-237; Козлов 1974: 74; 1990: 96-98; Шнирельман, Панарин 2000: 12, 14-15, 17; Янов 1992: 109). Особняком стоит мнение И.М. Дьяконова: «...Л.Н. Гумилев глубоко прав, когда утверждает, что этнос не связан ни с расой, ни с языкам, ни даже... с религией. Этнос является ситуацией или, точнее, процессом, на который воздействуют экологические (и, несомненно, социально-психологические) импульсы, приводящие к делению человечества на этносы, т.е. группы "наших", которым противостоят все остальные, как "не наши"» (Дьяконов 1992: 225).

Невнятность и противоречивость данного определения вполне очевидны» [2].

Действительно, противопоставление «свой-чужой» существует даже у сообществ животных, что еще не делает их этносами. А то, что этнос не связан с религией, меня ставит в тупик, поскольку по Михееву некоторые суперэтносы разваливаются именно на неравные религиозные части. Но распад суперэтноса начинается, по Гумилёву, с распада более мелких структур - этносов.

«3. Гиперболизация природного фактора в этнической истории, отождествление этносов и биологических популяций, соответственно - приуменьшение роли социальных культурных, религиозных и других небиологических факторов (Артамонов 1971: 76 Бромлей 1973: 26, 31, 122-123, 154, 163, 165, 261; Бромлей 1981: 10; 1988а: 230-231 1988б: 17-18; Ефремов 1971: 79-80). Наиболее настойчиво писал об этом Ю.В. Бромлей, но и симпатизировавший Л.Н. Гумилеву Ю.К. Ефремов счел необходимым написать: «Л.Н. Гумилев различает внешние и внутриэтнические причины развития и гибели этносов, выделяет четыре фазы их бытия... Но ведь фазы, продемонстрированные... на примерах этносов римлян, византийцев и тюрков, проявились при столь сильной роли социально-политических факторов (войны, религиозные конфликты, экономическая конкуренция) и при столь малой увязке с историей ландшафта, что утверждение о первостепенном этногенном значении природно-биологических факторов теряет убедительность...» [2].

И тут я согласен с Ефремовым.

Написать отзыв

Вы должны быть зарегистрированны ввойти чтобы иметь возможность комментировать.






[сайт работает на WordPress.]

WordPress: 7.13MB | MySQL:11 | 0.475sec

. ...

информация:

рубрики:

поиск:

архивы:

Август 2019
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Июль    
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031  

управление:

. ..



20 запросов. 0.692 секунд