В.А.Чудинов

Расшифровка славянского слогового и буквенного письма

Январь 27, 2007

Вне твоих фантазий существует строгая наука

Автор 12:22. Рубрика Рецензии на чужие публикации

«Вне твоих фантазий существует строгая наука»

Рецензия на работы Е.А. Мельниковой

Конечно, археолог Б.М. Щукин все-таки не является наиболее признанным авторитетом в области историографии вообще и эпиграфики в частности. Но таким авторитетом, безусловно, является доктор исторических наук Елена Александровна Мельникова. О ее высоком научном статусе свидетельствует хотя бы то, что она является заместителем ответственного редактора серии «Древнейшие источники по истории Восточной Европы» (а ответственным редактором является академик РАН В.Л. Янин). В ее честь был выпущен сборник статей «Норна у источника судьбы», где на форзаце имелось посвящение: «Helenae Melnikovae, feminae doctissimae ac sapientissimae de historia Russiae mediaevalis…» (Елене Мельниковой, ученейшей и наиболее знающей женщине Русской средневековой истории…) (НУИ).

В этом сборнике, в частности, говорится: «…Елена Александровна, медиевист широкого профиля, начинала свою карьеру как скандинавист, каковым, впрочем, и в душе, и на деле остается и поныне. Во-вторых, мы не оставили без внимания ее приверженность источниковедческому анализу и большие достижения на этом поприще. В-третьих, мы учли тот факт, что, возглавляя Центр «Восточная Европа в древности и средневековье» Института всеобщей истории РАН, являясь ответственным редактором ежегодника «Древнейшие государства Восточной Европы» и отдавая все силы подготовке Свода «Древнейшие источники по истории Восточной Европы», т.е. возложив на хрупкие женские плечи весь тот научный груз, который до нее нес наш общий учитель Владимир Терентьевич Пашуто, Елена Александровна играет судьбоносную роль в изучении древнейшей истории Руси» (НУИ, с. 5). Выражение «судьбоносную роль» выделено, видимо, коллегой по скандинавистике и ответственным редактором данного сборника Татьяной Николаевной Джаксон.

Было бы крайне любопытно проследить эту судьбоносную роль русской норны в отечественной медиевистике. Тем более что в рецензии на работу М.Б. Щукина (2 примера) мы видели, что ее чтения, мягко говоря, далеки от правильных. Но, возможно, мы приняли к сведению те редкие исключения, которые вовсе не характеризуют деятельность этой судьбоносной дамы. Так что попробуем разобраться в ее дешифровках подробнее.

Первые монографии Е.А. Мельниковой. Заметим, что в 1986 году в книге о древнескандинавских географических сочинениях (МЕГ) Е.А. Мельникова вводит в отечественный научный оборот ряд скандинавских географических памятников, а также дает краткий очерк о состоянии средневековой культуры Скандинавии. Книга весьма полезная, которую можно всячески приветствовать; никаких прогерманских симпатий там нет и в помине. Однако в более ранней книге о скандинавских рунических надписях (МЕС) часть текста отдана М.А. Тихановой; последняя обнаружила в поселке Лепесовка (Белогорского района Хмельницкой области УССР) в 1958 году обломки стенки разных сосудов и пряслице, все находки принадлежали черняховской культуре. В книге приводятся изображения этих древностей, на которых помещены различные знаки, которые интерпретируются как скандинавские руны, рис. 15 (МЕС, с. 265, рис. 72). С этим можно было бы согласиться, если бы данные рунические надписи были бы прочитаны, проинтерпретированы и увязаны с местной культурой, как это обычно и делалось в подобных случаях. Однако ни одного вразумительного чтения М.А. Тиханова не приводит, так что этап, как интерпретации, так и увязки отпадают. Вместо этого приводятся обсуждения отдельных знаков. Более подробно я обсуждал эти надписи в рецензии на книгу М.Б. Щукина, и теперь от повторения воздержусь.

Конечно, каждый исследователь имеет право на ошибку, однако интересна сама тенденция, так сказать, презумпция. Если надпись имеет ветвящиеся знаки (а такой стиль был у очень многих видов письма — этрусского, венетского, ретского, фригийского, нескольких видов тюркского), то, по логике Е.А. Мельниковой или М.А. Тихановой — перед нами германские руны, доказательство принадлежности к которым можно признать на основе единственного знака. При этом внимание уделяется не анализу формы самого знака на данной надписи, и не вхождению его в осмысленные слова опять-таки в данной надписи, а существованию в других надписях, не имеющих отношение к данной, и найденных в других странах и географических районах. Иными словами Е.А. Мельникова как сотрудница Института российской истории была озабочена поисками германской письменности на территории русской культуры. В этом нет ничего противоестественного, поскольку сектор, в котором она работала, для этого и был создан; удивление вызывает горячее желание доказать готскую принадлежность надписей вопреки фактам, то есть вопреки нахождению данных древностей на территории, которая позже принадлежит славянам.

На наш взгляд, был создан опасный прецедент, когда 1) надписи с ветвящимися знаками отдавали на исследование только рунологам, то есть любая неизвестная пока надпись априори считалась германской; 2) критерий осмысленного чтения и увязки с общим назначением памятника понижался до критерия наличия хотя бы каких-то знаков футарка, что иногда трансформировалось до указания на один-единственный знак, который мог иметь аналогичную форму и в других письменностях; 3) вместо доказательства того, что именно данная руна присутствует на анализируемом памятнике, выдавалась эпиграфическая справка по поводу того, что данная руна существовала на памятниках германского ареала; 4) на основании такой нехитрой процедуры и вся надпись считалась германской, а выбор конкретного германского племени в качестве ее автора (готы, вандалы и т.д.) зависел от фантазии исследователя. И такой способ исследования считался не просто научным, но подкреплялся статусом “Древнейшие источники по истории Восточной Европы”. Стоило, скажем, найти знак r14.gif в какой-либо надписи, и она автоматически атрибутировалась как готская. А если другой исследователь с такой прямо-таки варварской атрибуцией не согласен, значит, он идет против науки, ибо серия основана В.Т. Пашуто в 1977 году, и сама принадлежность к ней выводит данную публикацию из-под огня научной критики.

Правда, раздел М.А. Тихановой с парой страничек в книге Е.А. Мельниковой вряд ли бросался в глаза; к тому же он был посвящен не раннеславянской, а дискуссионной черняховской культуре, об этнической принадлежности которой твердого мнения еще не сложилось, и потому каждый исследователь был волен высказывать свои гипотезы. Так что вряд ли данный раздел мог вообще стать объектом критики. Ее и не последовало, что укрепило рунологов данного направления в собственной непогрешимости. И принятая однажды порочная методика вскоре принесла свои плоды.

В 2001 году появляется второе, переработанное издание книги Мельниковой (МЕЛ). Если первое издание насчитывало 276 страниц, то второе — уже 496 и было отпечатано более крупным форматом. Сразу становилось понятным, что за прошедшие почти четверть века были найдены десятки новых надписей. Они-то и привлекли мой интерес, поскольку часть из них напоминала те, что я читал по-славянски.

Написать отзыв

Вы должны быть зарегистрированны ввойти чтобы иметь возможность комментировать.






[сайт работает на WordPress.]

WordPress: 7.41MB | MySQL:11 | 0.495sec

. ...

информация:

рубрики:

поиск:

архивы:

Август 2019
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Июль    
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031  

управление:

. ..



20 запросов. 0.696 секунд