В.А.Чудинов

Расшифровка славянского слогового и буквенного письма

Январь 28, 2020

Зубы австралопитека из Германии и другие новости

Автор 09:43. Рубрика Чтения новых текстов

«- Как новые технологии повлияли на развитие археологии? Удается ли в России их применять?

- Мы уже перестали замечать, насколько сильно современные технические средства изменили качество научного документирования древних памятников и само их видение. Мы, например, сегодня можем целиком охватить взглядом античную усадьбу, подняв квадрокоптер над раскопанной Манитрой. Она как на ладони. Сейчас это воспринимается как должное, но в действительности - это огромный рывок, ведь еще недавно, чтобы составить план античного или средневекового сельского поселения, представить его структуру, мы соединяли листы чертежей, сделанных на миллиметровке. Современная цифровая документация, точно фиксирующая все детали древних построек и погребальных памятников, как бы дает им вторую жизнь, когда сами объекты после раскопок физически перестали существовать, и делает продуктивным повторное обращение к этим материалам в будущем. Документация, которую мы получили от наших предшественников, зачастую неполна и несовершенна. Нерезкие черно-белые фотографии, схематические чертежи, сделанные 30-40 лет назад, оставляют без ответа многие вопросы о характере исследованных тогда построек и погребальных комплексов.

На вооружении современной археологии - геоинформационные системы, открывающие новые возможности для точной привязки и пространственного анализа древних памятников, различные методы геофизической разведки, выявляющие древние конструкции и сооружения, невидимые на современной поверхности, изотопный анализ костных остатков, широко используемый для изучения диеты, образа жизни и мобильности. Ядерно-физические методы позволяют значительно детализировать наше видение отдельных древних предметов, определить материалы, из которых они изготовлены, реконструировать технологии их производства и первоначальный облик.

 zuby8.jpg

Рис. 8. Терракотовая голова, найденная в 2017 году под Крымским мостом

 

Только один пример - античная терракота, найденная под Крымским мостом весной 2017 года в ходе спасательных раскопок. Скульптура, изображающая мужскую голову,- один из самых ярких предметов античного искусства, обнаруженных в Причерноморье в последние десятилетия. Но предмет загадочный и трудный для изучения. Терракота найдена в перемешанном слое, часть ее утрачена, неизвестно, что она представляла собой в целом виде, как использовалась (очевидно, это часть какого-то декора), как выглядела изначально. Изучение терракоты в Курчатовском институте с помощью комплекса аналитических методов (оптическая и растровая электронная микроскопия, энергодисперсионный рентгеновский микроанализ, рентгеновская дифракция, инфракрасная спектроскопия) выявило следы покрытия из смолы (сандарака) и красителей на различных участках скульптуры и позволило восстановить ее первоначальную раскраску. Декор был полихромным: железистые соединения марганца использовались как темно-коричневый пигмент для окраски волос, бороды и усов керамической скульптуры, красная охра - для окраски губ. Известно, что большинство античных скульптур первоначально были полихромными, но поиски остатков красителей на их поверхности остаются сложной задачей. Особенно если скульптура находилась на морском дне. Это, конечно, детали, мелочи, но от точности деталей в конечном счете зависит достоверность научного видения прошлого».

zuby9.jpg

Рис. 9. Моё чтение надписей на изображении головы из моей статьи [5]

Однако до сих пор археологи так и не поняли, кого изображает данная голова. Между тем, ещё в моей статье [5] от 20 марта 2017 года я показал, что на ней написано. Тогда я высказался так: «Об этой находке мне стало известно из одной новостной программы по телевидению, и тогда меня поразило отдалённое сходство найденной скульптурной головы со скульптурным портретом Рюрика.  Уже во многих моих статьях я показал, что найденный в Крыму археологический материал не имеет никакого отношения в древней Греции, хотя отечественные археологи упорно доказывают именно иностранное происхождение крымских древностей. А теперь я имею возможность рассмотреть находку подробнее. На рис. 6 я совместил две фотографии терракотовой головы в двух разных ракурсах с видом её анфас (с легким поворотом вправо) с усилением контраста. Именно это третье изображение и явилось основой для моего чтения надписей.

Сначала я выделяю фрагмент волос головы в обращенном цвете. Здесь я читаю текст: РИМА ХРАМ МАРЫ. Далее я читаю фрагмент лба, также в обращенном цвете, где можно прочитать слова: ХРАМ РЮРИКА. Следовательно, имеется в виду ХРАМ МАРЫ РЮРИКА РИМА РЮРИКА, то есть, ЗАПАДНОГО КАИРА.

Далее я читаю текст на щеке, опять-таки в обращенном цвете: МАСКА ВАРЯГА МАРЫ, после чего в прямом цвете я читаю продолжение: ХАРАОНА. Это означает на современном русском языке: ИЗОБРАЖЕНИЕ ВАРЯГА МАРЫ, ХАРАОНА, то есть, РЮРИКА. А на верхней части бороды можно прочитать слова: ЯР ВАРЯГ. Иначе говоря, моё предположение полностью подтвердилось. Тут Рюрику - чуть более 40 лет».

Вместо затраты полчаса на прочтение надписей, Институт археологии предпочитает дорогостоящие исследования (оптическая и растровая электронная микроскопия, энергодисперсионный рентгеновский микроанализ, рентгеновская дифракция, инфракрасная спектроскопия), ибо это сразу же увеличивает бюджет института за счёт государства. Возникает вопрос: так ли важно для истории находки химический состав красителей? Не важнее ли сначала сделать простую атрибуцию: голову какого именно исторического персонажа наши предки изваяли из терракоты? - Нет, как раз это так быстро определить не позволяет положение головного института. Надо показать видимость глубокого изучения находки. Чтобы финансирование оставалось обильным. Но и его, как обычно, не хватает.

«- Позволяет ли финансирование археологии в полной мере вовлекать технологические достижения в работу? Как с этим на Западе?

- Ни в археологии, ни в других науках я не знаю ученых, которые считают, что у них достаточно финансов. Организация науки, запуск новых проектов - всегда поиски ресурсов, борьба за расширение финансирования. У археологии большие потребности в обновлении оборудования и технических средств, используемых на раскопках и в лабораториях: нужны квадрокоптеры, металлодетекторы, оборудование для геофизический разведки, 3D-сканеры и многое другое. Но для исследований, связанных с реконструкцией палеосреды или изучением древних материалов и технологий, собственной лабораторной базы археологических учреждений всегда будет недостаточно, необходима кооперация, сотрудничество с институтами, которые располагают более сложным и высокотехнологичным оборудованием и умеют им пользоваться. Надо ли держать в археологических лабораториях томографы, которые сейчас широко используются для изучения внутреннего строения археологических предметов,- или лучше выполнить томографию в институте технического профиля, заинтересованном в междисциплинарных проектах? А у институтов историко-филологического профиля, хранителей архивных собраний и музейных коллекций - общая проблема: оснащение современным оборудованием для модернизации хранилищ, оцифровки архивных документов, развития информационных систем, создания навигации, обеспечивающей удобный доступ к оцифрованным материалам. Главный технический рывок, который предстоит сделать в ближайшее время в этой сфере,- создание новой информационной среды, позволяющей исследователям более уверенно ориентироваться в этих материалах и использовать их целиком». Но если наука в целом дорожает, то необходимо применять такие методы, какие могут удешевить исследования, в частности, чтение русских надписей на артефактах.

«- Реформа Академии наук: что бы вы сказали о ее результатах?

- Результаты противоречивы. Реформа была шоком, но этот шок заставил многих мобилизоваться. А других, в том числе молодых, наоборот, оттолкнул от науки - слишком много риска, неизвестности, неясные перспективы. Историки понимают, что структуры управления не могут быть неподвижными, прежняя система была настроена в советское время, и было вполне ожидаемо, что она будет меняться. Но если предполагалось, что реформа обеспечит качественный прорыв, то эта задача не выполнена. Институт археологии, как и многие другие научные учреждения, адаптировался к новым формам управления, однако я уже говорил, что общая задача модернизации гуманитарных институтов не решена. Управление наукой сегодня избыточно усложнено и зарегулировано, и это не злая воля российских бюрократов, а скорее общемировое поветрие. В России, где ресурсов в науке меньше, наступление бюрократии ощущается особенно болезненно. Система управления должна быть перенастроена так, чтобы она стала более гибкой, рассчитанной на самоорганизацию. Ученые должны быть полнее вовлечены в управление этой сферой».

zuby10.jpg

Рис. 10.Фото гребня из Института археологии РАН и моё чтение надписей

Фото гребня. Опять опубликована фотография одного из найденных неизвестно кем и когда артефактов, относящихся неизвестно к какой эпохе и к какому народу, что также не красит интервью с директором Института археологии РАН.

Я исправляю эту оплошность: на верхней части гребня я читаю слова: ХАРАОНА ЯРА РЮРИКА, а на горизонтальной части гребня - ВОИНОВ ВОЙСКА АРКОНЫ 35, что означает: ВОИНОВ ВОЙСКА ИЗ ВЕЛИКОГО НОВГОРОДА. А справа в несколько меньшем масштабе я показал фотографию гребня из статьи с интервью. Эта светлая фотография делает надписи на гребешке практически невидимыми. Для чтения её необходимо затемнить и усилить контраст изображения, что я и сделал.

«- Кремль - центр принятия решений, в том числе о реформе, но ваш институт ведет в Кремле раскопки. Каковы особенности этой работы? Как реагирует высокое начальство на достижения кремлевских археологов?

- 12 июня президент побывал на месте раскопок, осмотрел остатки здания Новых приказов, открытые в Большом Кремлевском сквере, подержал в руках ложку, найденную в раскопе. Археологи присутствуют в Кремле не как консультанты по управлению наукой, а как исследовательская команда, занятая своим профессиональным делом. Конечно, Кремль - непростое место для организации раскопок.

Археологические древности Кремля всегда были в тени соборов, дворцов и крепостных башен, но кремлевский культурный слой может дать ответы на некоторые важные вопросы русской истории. Это проблема начала возвышения Москвы, прояснение причин и обстоятельств подъема одного из обычных, казалось бы, рядовых городов Северо-Восточной Руси, превращения его во властный центр огромного государства.

Это и проблема формирования культуры и идентичности Московской Руси XIV-XVII веков. Материальные памятники открывают самое начало кристаллизации особых московских традиций и самосознания.

В этом году мы впервые начали раскопки в центральной части Кремля, в 70 метрах от Архангельского собора. Задача исследований - получить полный стратиграфический разрез, отражающий последовательность и характер формирования культурных отложений в этой части кремлевского холма, от начала его заселения до устройства Кремлевского сквера на краю высокой коренной террасы Москвы-реки в 1950-е годы. Зафиксировать слои, связанные с различными периодами, собрать происходящие из этих слоев находки, проследить, как меняется их состав и характер.

Но археологические раскопки трудно планировать во всех деталях. На значительной части раскопа на глубине около полутора метров были выявлены остатки монументального здания Новых приказов, где размещались центральные органы управления Московского государства конца XVII века. Это здание было построено в 1675-1683 годах и разобрано Василием Баженовым в 1770 году. Само присутствие фундаментов Новых приказов на исследуемом участке не было неожиданностью, здание известно по рисункам и чертежам XVIII века, остатки его были открыты в 2018 году в наших разведочных шурфах. Но мы не предполагали, что это было столь внушительное сооружение - толщина стен более двух метров! - и что части его цоколя и фундаменты не были разобраны при Екатерине II. Присутствие белокаменных кладок XVII века не дает возможности исследовать более древние напластования на всей площади раскопа, следуя первоначальному плану. Но это большая удача. Открыта забытая постройка, один из значимых элементов Кремлевского ансамбля конца XVII-XVIII веков.

Раскопки ведутся в открытом режиме, за ходом работ можно наблюдать со смотровой площадки, некоторые находки выставлены в витринах. Археология возвращает хотя бы на время проведения раскопок в современное пространство Кремля один из утраченных памятников, здание, в котором в XVII веке было сосредоточено управление огромной страной.

Археологический проект в Кремле - признание ценности археологического наследия, в том числе памятников Московской Руси, сохранению которых долгое время не придавали значения. Внимательное отношение к археологии в Кремле - своего рода знак, пример, хотелось бы, чтобы он был воспринят и в других регионах».

В этих словах показана цель археологических раскопок по Макарову: выявление остатков зданий. А мелкие артефакты - просто некий антураж.

zuby11.jpg

Рис. 11. Фото печного изразца Института археологии РАН и моё чтение надписей

Фото печного изразца. И опять - фото ради антуража без каких-либо пояснений. Я помещаю его на рис. 11 слева верху. А правее и ниже я, усилив контраст изображений и увеличив их размер, читаю надписи. Сначала на торце: 35 АРКОНЫ ЯРА ВОЙСК ВОИНОВ ВИМАН ХАРАОНА, МАСКА МАРЫ. 8 ГОД ЯРА, что на современном русском языке означает:  КЛАДБИЩЕ ПОГИБШИХ ВОИНОВ ВОЙСКА ЛЕТАТЕЛЬНЫХ АПАРАТОВ ХАРАОНА ИЗ ВЕЛИКОГО НОВГОРОДА, 864 ГОД НАШЕЙ ЭРЫ.

А на оборотной стороне изразца можно выделить, как минимум, 6 ликов. Лики № 1-3 изображены анфас, и первые два мужских лица имеют крупную бороду. А лики № 4-5 в левый профиль наложены друг на друга. Лик № 6 - тоже в левый профиль. Все лики - исключительно мужские.

И на ликах тоже имеется надпись: ВОИНЫ ВИМАН МАРЫ МИМА РЮРИКА ХАРАОНА, то есть, ВОИНЫ КОСМИЧЕСКИХ КОРАБЛЕЙЖРЕЦА И ХАРАОНА РЮРИКА. - Если подумать, как так получилось, то напрашивается простейшее объяснение: глину для керамических образцов взяли  с бывшего воинского кладбища эпохи Рюрика, и, не перемешав, поместили обратной стороной в форму для изготовления изразцов. - Весьма интересный артефакт.  Судя по тому, что далее речь идёт о раскопках Суздаля, не исключено, что этот изразец выкопан в Суздале.

«- Ваш предмет раскопок - Суздаль. Что нового стало известно о Суздале после предыдущих лет раскопок?

- Суздаль интересен как один из древнейших центров Северо-Восточной Руси, как центр нового политического образования, которое с течением времени стало доминирующим в общерусском политическом пространстве. Сегодня мы знаем, что выход Северо-Восточной Руси на историческую арену связан не столько с возвышением городов (сначала Суздаля, потом - Владимира), сколько с формированием в X-XII веках густой сети сельских поселений в Суздальском Ополье, между Клязьмой и Плещеевым озером. Это своеобразное ядро Северо-Восточной Руси, археологический облик которого раскрылся благодаря полевым работам нашей экспедиции. Они ведутся без мало 20 лет. За это время мы прояснили динамику колонизации этой территории, организацию расселения, особенности культуры, идентифицировали среди почти 400 обследованных нами селищ узловые поселения X-XI веков, составлявшие каркас ранней системы расселения, и усадьбы знати XII-XIII веков.

Из двух выполняемых в этом году проектов, связанных с изучением Суздальской земли, один преследует цель выявления исчезнувших курганных могильников с использованием геофизики и дистанционной съемки территорий в различных режимах. Суздальское Ополье, как и многие другие территории центра Европейской России, еще в XIX веке сохраняло многочисленные средневековые некрополи с курганными насыпями. Хозяйственная деятельность, многовековая распашка, раскопки XIX века постепенно разрушили курганы, земляные насыпи оказались утрачены, а погребения сохранились. Проект, финансируемый Российским научным фондом, предполагает разработку специальных методов поиска таких могильников совместными усилиями археологов, географов и геофизиков.

Второй проект - исследование исторических сел Суздальского Ополья, их возникновения и развития. Большинство ныне существующих исторических сел в Суздальском Ополье впервые упомянуто в документах XV-XVI веков, но разведочные шурфы часто выявляют на их территории культурные напластования домонгольского времени. Мы выбрали четыре села в качестве эталонов и планируем детально изучить динамику их жизни, по материалам из шурфов. Проект реализуется при поддержке фонда «История Отечества», основные его исполнители - студенты-археологи. Деревенская тема, казалось бы, окрашена национальным историческим колоритом, но в действительности становление средневековых деревень исследуется сейчас в целом ряде европейских стран. С наибольшим размахом - в Великобритании, где основной рабочей силой для шурфовки выступают местные жители, волонтеры, проявляющие завидный энтузиазм. Британский опыт приобщения к археологии на собственных огородах может быть полезен и нам».

Интересно: если сам ИА РАН (тогда ИА СССР) проводил раскопки, то зачем он разрушил курганы? - И даже если ИА СССР проводил общее руководств, то как он это допустил? А теперь директор сожалеет, как будто всё случилось само собой.

«- В археологических экспедициях часто работают студенты и даже школьники - молодые люди. Как изменились их интересы за последние лет двадцать или тридцать?

- Молодые люди стали более прагматичными - и невозможно их за это осуждать. Но люди, чувствующие потребность изучать древности и остаться в науке, есть в каждом поколении, и нынешняя молодежь - не исключение. Плохо другое: мы почти потеряли систему профессионального археологического образования и сейчас с трудом ее восстанавливаем. В советское время кафедры археологии существовали во многих региональных вузах, но постепенно они был реорганизованы или закрыты. Сейчас археологов готовят кафедры МГУ, СПбГУ и нескольких других университетов. В 2017 году при поддержке Института археологии создана кафедра археологии в Государственном академическом гуманитарном университете. Это вторая кафедра археологии в Москве, которая может выпускать 10-15 студентов в дополнении к тем 10, которых ежегодно выпускает МГУ. Между тем потребность в археологах велика: нужда в спасательных раскопках растет, в музеях требуется ставить на хранение коллекции из новых раскопок, сфера сохранения наследия превращается в особую область со сложной бюрократией, требующей присутствия не только юристов, но и квалифицированных археологов».

То есть, ИА РАН не стал отстаивать кафедры археологии в момент их закрытия. Тогда Института это не касалось, они заметили отсутствие дипломированных археологов только тога, когда в них оказалась потребность.

Комментарии недоступны.






[сайт работает на WordPress.]

WordPress: 7.26MB | MySQL:11 | 0.265sec

. ...

информация:

рубрики:

поиск:

архивы:

Февраль 2020
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Янв    
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
242526272829  

управление:

. ..



20 запросов. 0.418 секунд