Вновь меня порадовала «Комсомольская правда», где ее корреспондент Светлана Кузина поместила небольшую заметку об Александре Шишкове с моим комментарием.
Адрес сайта — http://win.mail.ru/cgi-bin/readmsg?id=12397457380000006263, 15.04.2009. Название взято из ее статьи.
Все иностранные слова произошли от русских. Так, оказывается, считали президент Российской академии наук Александр Шишков и царь Николай Первый.
Рис. 1. Высочайшее дозволение. Президент РАН Александр Шишков (1754 — 1841)
«Вначале было слово. Русское слово» — под таким заголовком два месяца назад мы опубликовали серию статей об открытии доктора философских наук, профессора Валерия Чудинова («КП» от 22, 29 января и 5 февраля с. г.). Ученый на древних камнях, мегалитах и предметах культа, которым десятки тысяч лет, нашел надписи на русском языке. И предположил, что он был первым на Земле. А все остальные языки произошли от русского. И эта, казалось бы, фантастическая гипотеза нашла неожиданное подтверждение.
— Готовится к изданию «Славянорусский корнеслов» президента Российской академии наук Александра Шишкова (1754 — 1841), — сообщил мне доктор философских наук Юрий Емельяненко, когда-то работавший в Сибирском отделении РАН, специалист по антропологии и психолингвистике. — В ХIХ веке и сам Шишков слыл человеком незаурядным, и его труд — сенсационным. Чуть ли не век Александр Семенович служил верой и правдой четырем царям. Был адмиралом, госсекретарем и министром просвещения. На составление «Корнеслова» его благословил сам государь Николай I. На титульном листе первого тома Шишкова приведены царские слова: «Александр Семенович! Дозволяю Вам книгу сию посвятить Моему имени, и изъявляя Вам за труды Ваши Мою признательность, пребываю к Вам всегда благосклонен. Государь Николай I».
Отец иных наречий. Авторский подзаголовок словаря Шишкова «Язык наш — древо жизни на Земле и отец наречий иных» звучит недвусмысленно. И тогда уже его суть встречали в штыки. Ведь как сегодня, так и пару веков назад Россия преклонялась перед Западом. И считалось, что русским только иностранцы могли нести просвещение.
— Сопоставив русский язык с десятками иностранных, приведя множество таблиц и словарей, Шишков представил колоссальный сравнительный анализ слов и понятий во всем языковом пространстве планеты, — говорит профессор Емельяненко. — Он доказал: все инъязы произошли от смысловых корней-слов одного живого языка — русского. И показал, что все корни в иностранных языках приобретают смысл в русском значении. Сами же иностранцы истолковать, откуда взялись их слова, не могут.
Вот пример, как русское слово стало иностранным. «БЛЕКНУТЬ, БЛЕСК, БЛЕДНЕТЬ, БЛЯХА — все сии слова происходят от прилагательного белый, поскольку выражают общее понятие о белизне, — пишет Шишков. — Каждое из них произошло чрез сокращение: бляха из беляха, бледнеть из беледнетъ (становиться белым), блекнуть из белекнутъ (тоже становиться белым), блеск из белеск (нечто белое). И в других языках найдем многие от сего корня слова: французские blanc, blanquette, belle; латинские bellus, blancus; английские blanc, bleaching; немецкие blass, blecken, blech, blitz».
Пророк забыт в своём отечестве. — Труд Шишкова сегодня существует только в одном экземпляре, — говорит Емельяненко. — Он хранится в Российской национальной библиотеке Санкт-Петербурга. И называется «Собрание сочинений и переводов» А. С. Шишкова. Ч. 1 — 17. — СПб., 1818 — 1839 гг. О нем практически никто не знает. Причина полного замалчивания в неприятии открытия, доказывающего, что русский язык — это древо самого первого и древнего языка, а все остальные языки — лишь ветви и плоды. За полтора века из трудов Шишкова не переиздавалось ни слова. И на них не ссылались, не пользовались ими даже такие профессора филологии, как Буслаев, Срезневский, ни Даль, никто по сей день. Сейчас времена немного изменились. Появились люди, которые хотят узнать настоящую историю Руси. И поэтому одно крупное издательство после моего ходатайства взялось за его первое переиздание.
Кто первым говорил по-русски? «Многие древние и новейшие бытописатели такой язык производят от скифов, — отвечает на этот вопрос сам Шишков, — а тех от Иафета, одного из сынов Ноевых. Само слово скивы или скиты почитают славенским, означающим скитание, то есть прехождение от одного места в другое, поскольку первоначальные народы не имели постоянных жилищ. Если даже только по историческим событиям рассуждать о славенском языке, то очевидно, что он был самодревнейший, и ближайший к первобытному языку, ибо одно исчисление скифо-славянских народов, под тысячами разных имен известных и по всему лицу земли расселившихся, показывает уже как великое его расширение, так и глубокую древность».
КСТАТИ: Из 10 самых выдающихся полиглотов планеты 6 — русские: Александр Грибоедов знал 9 языков. Лев Толстой — 15. Московский журналист Юрий Саломахин — 38.
Доцент кафедры скандинавской филологии СПбГУ Сергей Халипов — 44. Научный сотрудник Института вирусологии Вили Мельников — 93. Член-корреспондент Российской академии наук Сергей Старостин — 100. Это еще раз подтверждает, что носители самого первого древнего языка легче осваивают другие наречия.
Рис. 2. Вавилонскую башню достроили бы, если бы сохранился один язык — русский
Мнение энтузиаста. Валерий Чудинов, доктор философских наук, профессор, академик РАЕН и Академии фундаментальных наук, председатель Комиссии по истории культуры Древней и Средневековой Руси при РАН: — Я буду главным редактором первого переиздания томов Шишкова. Работа сложная, потому что много устаревших слов. Но надеемся, что первые тома выйдут уже в 2012 году. И тогда, я думаю, произойдет переворот в сознании многих людей. Они убедятся, что действительно все иностранные слова произошли от русских. Сегодня подобные утверждения кажутся безумными. Но сторонники альтернативной историографии все больше находят фактов, подтверждающих слова Шишкова о том, что русский язык — действительно древо жизни на земле и отец иных наречий.
Из «корнеслова» Александра Шишкова. ДЕНЬ. Приведем для примера одно только слово из сравнительного словаря на многих языках — ДЕНЬ. День, динь, дзень, дженъ, диэна, деиц, диэс, диа, деирна, диорнод, джор, джорно, диэс, дис, жор, жур, дианг, даг, таг, дагур, дегов, дивес, дай, дэй… На сорока наречиях и языках видно, что все они одно и то же слово повторяют. Но какая сделалась разность между русским день, французским jour и немецким tag! Оба пути, по которым изменение слова происходило, весьма очевидны. Первый: день, диэна, диэц, диурно, джорно, жур. Второй: день, дань, даанг, даг, таг.
СЛОВО. …Разберем другое семейство, означающее слово: ворд английское, ворт немецкое, орд датское, орт шведское, воорд голландское. Имена сии могли пойти от славянского говорить и значить то же, что говор или слово. Если отбросить слог го, то воритъ весьма близко подойдет к словам ворт, ворд, орд. Латинское verbum, испанское verbo, французское verbe также отсюда произошли. Если из «говорить» произвесть говорьба (вместо разговоры, говорение) и откинуть ГО, то «ворба» с verbo будут совершенно сходны между собой. Притом слог ГО в «говорить» не составляет корня, который заключен в буквах ОР.
СОН. Возьмем еще два слова, близкие значениями, и сравним. Мы увидим, что иностранные слова имеют один с нашими корень. Сон: somnus, sommeil, sonno, sogno, songe. Сопеть (произведшее глагол спать): sopire, soputo, assoupir. Дремать: dream, dormire, dormir.
СВИНЬЯ. Зверь сей более всего приметен тем, что имеет длинное рыло, которым, ища себе корму, часто роет землю, то есть сует в нее нос свой, и потому от глагола совать, сую, вместо суинъя назван свинья. По-английски и шведски swine, по-датски swiin, по-немецки schwein, по-голландски zwiin.
РЯБЧИК. Птица рябчик по-немецки называется rabhun. Слово hun означает курица. Неоспоримо, что в сем сложном слове часть его rab есть прилагательное, означающее род курицы. Но в немецком языке оно ничего не значит, а потому значение надлежит искать в славенском, где птица эта, по рябости или пестроте перьев своих, именуется рябчик. Вот почему немец рябчика называет рябою курицей.
 Светлана Кузина ждет ваших откликов на нашем сайте |
Мой комментарий. Действительно, я уже сообщал своим слушателям о переговорах с Юрием Григорьевичем Емельяненко на ВВЦ в дни работы весенней книжной ярмарки в Москве в марте. Теперь Светлана Кузина даёт свой репортаж по поводу тех договорённостей.
Хотелось бы прокомментировать находки А. С. Шишкова.
БЛЕКНУТЬ, БЛЕСК, БЛЕДНЕТЬ, БЛЯХА. Во всех этих словах находится русский корень БЕЛ, который сократился из-за полной редукции гласной в корне БЛ. Из этого следует, что корни также могут иметь редуцированную форму. Замечу, что в работе (КУЗ, с. 34) корни названы: БЛЕК, БЛЕСК, БЛЕДН и (КУЗ, с. 35) БЛЯХ. Так что суффиксы -ЕК, в первом, -ЕС, -К во втором, -ЕД, -Н в третьем и -ЯХ в четвертом составителям данного словаря неведомы. У Фасмера мы находим: БЛЕКНУТЬ — связывают с литовским БЛУКТИ «слабеть, вянуть», «что не лишено затруднений. Сомнительно также сближение с БЛЕСТЕТЬ» (ФАС, т. 1, с. 173). Иными словами, у Фасмера нормального объяснения, данного Шишковым, нет.
БЛЕДНЕТЬ. По Фасмеру, родственно древнеанглийскому БЛАТ (ФАС, там же), из чего вытекает, юудто бы древнеанглийский древнее русского.
БЛЕСК. По Фасмеру, родственно литовскому БЛЫСКЕТИ (ФАС, т. 1, с. 174). Уже второй пример, из которого следует, что столь молодой язык, как литовский, якобы заведомо старше русского.
БЛЯХА — по Фасмеру якобы через польское слово БЛЯХА заимствовано из средневерхненемецкого БЛЕХ (ФАС, т. 1, с. 180), как если бы немецкий язык был старше русского. Итожа, приходим к тому же выводу, что и в нашей предыдущей работе (ЧУД): практически все слова с корнем БЛ, как мы убедились, не этимологизированы правильно в словаре Фасмера (ФАС). Точнее говоря, там можно предполагать более или менее правильными описания заимствований слов из далеких неславянских языков, весьма спорными описания заимствований из славянских языков и просто неверными или пустыми (содержащими лишь констатирующую, но не объясняющую часть) описания происхождения собственных слов. Всё-таки словари, видимо, уместнее делать носителям русского языка, а не иностранцам.
ДЕНЬ. Полагаю, что корнем здесь будет ДЕ, тот же корень, что и в слове ДЕЛО. А суффиксом — -НЬ (в слове ДЕЛО — Л, окончание О). В словаре морфем имеем, соответственно, два корня: ДЕЛ (КУЗ, с. 102) и ДЕН (КУЗ, с. 103). По Фасмеру, сближается с древнеиндийским словом ДИНАМ (ФАС, т. 1, с. 498), как если бы санскрит был старше русского языка.
ГОВОР. По Шишкову, корнем будет ОР, тот же корень, что и в глаголе ОРАТЬ, или в просторечном выражении ОР, а также в латинском слове ОРАТОРИЯ. Приставкой здесь будет ГО- как озвонченный вариант приставки КО- со значением совместности. Средний звук -В- — протетический (для благозвучия). Иными словами, из *КО-ОР (что греки поняли как ХОР) получилось сначала слово *КОВОР, а затем и ГОВОР. В словаре морфем находим корень: ГОВОР (КУЗ, с. 83), а у Фасмера — этимологию как сближение с латышским ГАУРА «болтовня» (ФАС, т. 1, с. 434) и с другими словами из весьма молодых языков.
ДРЕМАТЬ. Поскольку -ЕМ — явный суффикс, то, следовательно, ДР есть редуцированный корень. По словарю морфем, ДР произошёл из корней ДЕР, ДЁРГ (КУЗ, с. 109). Иными словами, ДРЁМА — «сон с периодическим выдёргиванием из него». По Фасмеру родственен древнеиндийскому ДРАТИ (ФАС, т. 1, с. 537), как если бы санскрит был старше русского языка.
СВИНЬЯ. По Шишкову корень будет СУ, суффикс -ИН. По словарю морфем корень будет СВИН (КУЗ, с. 297). Понятно, что без знания корня невозможно верно этимологизировать слово, что мы и наблюдаем у Фасмера, который также выделяет СУ, но как звукоподражательный звук (ФАС, т. 3, с. 579).
Слово РЯБЧИК как весьма прозрачное у Фасмера отсутствует.
Обсуждение. Прежде всего, хочу поприветствовать Светлану Кузину за популяризацию моего творчества, а заодно и за привлечение внимания широкой общественности к нашему великому этимологу Александру Семеновичу Шишкову.
Далее, обращаю внимание на то, что Шишков весьма близко подошел к пониманию изначальных морфем, и хотя не выделял их явно, но хорошо представлял в составе слова.
Замечу, что современные описатели морфем древних корней не видят, и потому их объяснения морфем современных слов весьма поверхностны. Что же касается словаря Фасмера, то по нему морфемное строение русских слов опознать вообще невозможно. Могу лишь повториться, что всё изложенное в нём — ложь с точки зрения этимологии, хотя верно передаёт близость слов у более поздних языков с их русскими прототипами. С изучением морфемного строения каждого нового слова непригодность словаря Фасмера для русского человека становится всё более очевидной.
Заключение. Великая русская культура начинает всё больше волновать различные СМИ, и они стараются пропагандировать верный, но не связанный с академической наукой альтернативный взгляд на русскую историю и русский язык.
Литература
КУЗ: Кузнецова А.И., Ефремова Т.Ф. Словарь морфем русского языка. Около 52 000 слов. М.: Русский язык, 1986. -1136 с.
ФАС: Фасмер Макс. Этимологический словарь русского языка в четырёх томах. СПб, Азбука, Терра, 1996
ЧУД: Чудинов В.А. Трансформация приставки ОТ-. Сайт chudinov.ru, 17.04.2009