Обычно до или после праздников научная жизнь затихает. Однако в этот раз было не так. В пятницу 26 февраля состоялось очередное заседание диссертационного совета Д.212.049.13, членом которого я являюсь много лет, а с прошлого учебного года — еще и заместителем председателя. Однако на этот раз меня предупредили, что на второй защите в качестве председателя Совета придется выступить мне. Я не возражал.
Рис. 1. Я председательствую на заседании Совета
Роль председателя Совета. К ней я не стремился, так получилось по стечению обстоятельств. На первой защите председательствовал наш постоянный глава Совета профессор Николай Александрович Омельченко. Мы прослушали весьма интересное сообщение Асылбека Бактыбековича Анарбекова на тему «Политическая модернизация в Кыргызской республике (1991-2008 гг.)» по теме его диссертации, представленной на соискание ученой степени кандидата политических наук. Эта диссертация была высоко оценена — единогласно.
На второй защите диссертантом выступал Алексей Александрович Романов. Тема его работы — «Деятельность органов городского самоуправления по развитию социально-экономической инфраструктуры Москвы в последней трети XIX- начале ХХ века». Она была представлена по специальности 07.00.02 «Отечественная история» на соискание учёной степени кандидата исторических наук.
Рис. 2. Диссертант А.А. Романов и стенографистка
Диссертация была весьма интересная, а соискатель владел знаниями обо всех тонкостях работы Московской городской Думы предреволюционного времени. Его даже во время обучения в аспирантуре заставили переписать работу в сторону уменьшения — там много данных он привел в своём первоначальном варианте. Приятно было слышать, что Мосгордума в свой период работы смогла решить основные жгучие проблемы Москвы за счёт привлечения частного капитала и создать инфраструктуру города — замостить улицы, провести сначала газовое, а затем электрическое освещение, решить проблему общественного транспорта, проложив рельсы для конки, по которым затем был пущен трамвая. Диссертант с интересом отметил, что проект создания первой линии метро обсуждался на заседании думы еще в 1902 году, однако необходимых средств тогда собрать не удалось. А город в том году насчитывал 2 миллиона жителей.
Диссертация также прошла единогласно — «за» проголосовали все присутствовавшие на заседании 19 членов Совета.
Рис. 3. Члены учёного Совета и гости слушают выступление диссертанта
Позже мои коллеги сказали, что остались довольны исполнением мною роли председателя Совета. Я только улыбнулся — мне досталась, так сказать, публичная сторона, наиболее выигрышная. Я не отвечал ни за качество диссертации, ни за своевременное предоставление отзывов на диссертацию и явку оппонентов, ни за качество принятого проекта Заключения. Всё это, включая формирование Совета и кончая составлением отчётов о его деятельности, ложится на плечи Председателя. На самом деле — это весьма ответственное поручение, которое люди исполняют тогда, когда стремятся пополнить число работников с учёными степенями. На нашей кафедре пока такой проблемы нет. Но побывать в роли Председателя Совета — интересно.
Рис. 4. Перед моим выступлением секретарь записывает мои регалии
Выступление на семинаре по проблемам сохранения русского языка и культуры. На этот семинар меня пригласил заранее Владимир Викторович Аксёнов, летчик-космонавт СССР, дважды Герой Советского Союза, президент академии наук и искусств Союза им. С. Королёва, академик, профессор, президент I Международного авторского салона инноваций. Тот самый, который вручал мне медаль лауреата 6 января 2010 года. Темой семинара была проблема сохранения русского языка и русской культуры, однако предварительно Владимир Викторович попросил меня рассказать о моём исследовании русского языка палеолита — чем он отличается от современного языка, и когда примерно возник. Это пожелание я выполнил в моём выступлении. Но перед выступлением секретарь семинара записала все мои регалии, которые при озвучивании были тепло встречены собравшимися.
Рис. 5. Моё выступление с трибуны
На этом семинаре было запланировано всего два выступления по часу; моё — первым. Я рассказал, как был удивлен работам Г.С. Гриневича, как постепенно обнаруживал, что не только руница, но и протокириллица существовали во всё более ранние эпохи, и как постепенно дошел до текстов палеолита, которые лет пять не принимал всерьёз, подозревая, что речь идёт о какой-то странной случайности. Позже выяснилось, что русская письменность существовала не только в верхнем палеолите у кроманьонца, но и в среднем палеолите, когда, согласно распространенным научным взглядам, якобы существовал наш предок — неандерталец. Пришлось предположить, что кроманьонец существовал и в среднем палеолите, тем более, что на фотографии скал в США встретились изображения типично славянских лиц этого периода. А потом обнаружилось, что и в нижнем палеолите, и даже до палеолита, в плейстоцене, письменность существовала и она была русской и по шрифту, и по упоминаемым в ней богам, и, самое главное, по языку.
Рис. 6. Гости семинара не только слушали, но и записывали
В данной аудитории, в конференц-зале на втором этаже дворянского особняка на Пречистинке в доме № 10, слушатели были подкованы и все убеждены в том, что русская культура существовала за много тысячелетий до культуры других народов; однако это было, как сказал бы Юнг, «коллективное бессознательное», тогда как я рассказывал о конкретных фактах, словах и надписях. А факты, как известно, гораздо сильнее любых предположений. Меня приятно порадовало то, что они сами, как я позже выяснил в кулуарах, знают, что против нас идёт многовековая информационная война со стороны Запада, и если я приводил примеры из историографии и лингвистики, то мои слушатели — из ряда других гуманитарных дисциплин. Словом, атмосфера во время моей часовой лекции была отличной, слушатели принимали мои слова близко к сердцу.
Рис. 7. Выступление Ольги Фёдоровны Мирошниченко
Доклад Мирошниченко. Второй доклад сделала Ольга Фёдоровна Мирошниченко. С ее точки зрения, любой язык начинается с алфавита. Я так не считаю, поскольку алфавит появляется на весьма поздней ступени развития письменного языка, однако мне было любопытно послушать, что нового смогла она обнаружить в алфавите за те пять лет, что мы с ней не виделись. Оказалось, что она нашла не менее шести значений букв. Первое — семиотическое, то есть, каждая буква несет некий смысл. Вообще говоря, это утверждение расходится с классической лингвистикой, согласно которой буква обозначает звук, а звук сам по себе смысла не несёт, но служит лишь для его различения. Далее, буква обладает символикой; например, буква «i» якобы является символом «человека со звезды», а буква «ё» якобы символизирует русского человека. И тогда с ее позиции становится понятно, что И.В. Сталин своим декретом в 1942 году ввел точки над Ё, а пару десятилетий спустя профессор Крючков их отменил. На мой взгляд, вся эта «символика букв» вторична, не связана с языком, а является формой народного творчества по поводу языка. Это, разумеется, любопытно, но прописано по другому ведомству. В наши дни имеются попытки внести через Думу закон о сокращении числа гласных букв на письме, а некоторые энтузиасты, напротив, готовы увеличить число букв русского алфавита. Но изменение числа букв с позиции Мирошниченко убьет русский язык.
Рис. 8. Выступление в прениях Владимира Ивановича Говорова
Далее, оказывается, у букв имеется философский смысл, чего я не понял, и цифровой смысл (на мой взгляд, еще более поздний). Еще один смысл: существует «код буквы», количество ее углов, по аналогии с «кодом цифры» (при некоторых особых способах написания цифру можно снабдить тем количеством углов, которое равно числовому значению цифры, например, у 1 — один угол и т.д.). Возможно, что если очень напрячься, то углы можно будет найти даже у буквы «О». Опять весьма произвольное утверждение. Далее, якобы у букв существует вибрационный или космический план, поскольку буквы имеют торсионную природу. И, наконец, слова соотносятся с цветом, то есть, составляющие их буквы можно перевести в колебания с каким-то количеством герц. Якобы чрен-корреспондент РАН Лушанов получил диплом на это открытие.
Меня удивило то, что ни одно положение не было собственной разработкой докладчицы, а только суммой её некритических заимствований из работ других авторов.
Прения. Как обычно бывает в разношерстных аудиториях, где ставятся проблемы самых разных наук, прения были не столько обсуждением докладов, сколько выражали результаты деятельности самих выступающих.
Рис. 9. Выступление Георгия Кузьмича Рапова
Так, В.И. Говоров сообщил, что они занимаются математическим моделированием язык, и что многое из сказанного докладчиками верно. Русский язык обладает гораздо большими возможностями, чем остальные. Г.К. Рапов, кандидат психологических наук, отмечал великолепную усвояемость русского языка иностранцами при надлежащей технологии обучения. Выступали и другие участники, рассказавшие много интересного о своей деятельности.
Заключение семинара. С заключительным словом выступил руководитель семинара В.В.Аксёнов. Он рассказал случай, произошедший с ним в Африке, в бывшей Южной Родезии, ныне Зимбабве. Там преподавательница английского языка, выслушавшая его выступление с приветствием, заметила, что слушает русскую речь впервые в жизни и отмечает ее особую благозвучность — она, профессор фонетики, получившая образование в Оксфорде. А вообще-то русский язык — это гость мироздания. Ни у одного животного языка нет и не может быть. А русский язык — саамы полный и самый старый. И у него лично нет ни какого-либо сомнения в том, что первым языком человечества был язык русский. Именно на этом языке разговаривает вся Вселенная.
Рис. 10. В.В. Аксёнов с заключительной речью
Обсуждение. Основной вывод из этих двух мероприятий — это то, что моя деятельность является востребованной в разных качествах. Действительно, меня приглашают для многих заседаний и выступлений. К сожалению, я часто людям отказываю, поскольку физически не могу удовлетворить все потребности: за мной числится помимо основной еще и общественная работа на кафедре культурологии ГУУ, я являюсь членом двух докторских диссертационных советов, участвую в работе, по меньшей мере, трех академий наук — РАН и двух общественных, пишу монографии и статьи, рецензирую работы аспирантов. Так что нагрузки хватает.
Ну, а участие в разного рода мероприятиях расширяет кругозор. Много интересного пришлось услышать на семинаре В.В. Аксёнова. Так, кто-то из присутствующих сообщил о том, что, например, Солнце и Юпитер разговаривают между собой по-русски. Пока я не знаком с деталями, я не готов принять подобную информацию. Однако подобный взгляд уже озвучен.
Что интересно, так это постепенное изменение состава аудитории, которая меня слушает. Впервые я это отметил в прошлом учебном году — во втором семестре ко мне на лекции в Политехнический музей стала приходить более взрослая и более думающая публика, чем прежде. Теперь на лекциях не приходится останавливать говорунов с последних рядов — их просто нет. Примерно то же самое стало и с аудиториями, перед которыми я выступаю. Скажем, актив издательства «Альва первая», которое первым стало приглашать меня на публичные выступления, состояло в основном из людей хотя и увлеченных, но любителей, обладающих средним, а иногда и высшим образованием. Очень часто им приходилось объяснять элементарные положения. А у В.В. Аксёнова собрались уже не любители, но исследователи с уровнем научной квалификации не ниже кандидата наук. Меня попросили написать обзорную статью в духе моего выступления для сборника РАЕН.
Поэтому я вновь повторяю уже прозвучавший в этом году тезис: в России вообще и в Москве в частности уже сформировалось научное сообщество, которое готово не только принимать участие в постановке, но может уже и решать ряд научных задач в области гуманитарного знания. Альтернативная наука, которая по ряду объективных причин не могла существовать в СССР, и которая подвергалась осмеянию и планомерному осуждению со стороны РАН в первое десятилетие существования РФ, теперь оказалась примерно в сопоставимых условиях работы сравнительно с наукой академической. И хотя она движется только научным энтузиазмом, не получая ни копейки за проводимые исследования, по ряду направлений она уже намного опережает науку академическую, и если государство начнет финансирование по принципу раздачи грантов за реальные научные достижения, а не за титулы и звания, то весьма солидная часть таких грантов уйдёт представителям альтернативной науки. Но и даже в отсутствие такой подпитки альтернативная наука уже привлекает к себе довольно много исследователей не только новизной, но и основательностью научной проработки.
Заключение. Если сопоставить развитие науки с развитием экономики, то помимо крупных научных предприятий, которыми являются академические НИИ, за два десятилетия сложились мелкие научные предприятия, из которых уже постепенно вырисовываются контуры средних. Возникло то, чего в Советском Союзе не существовало — конкуренция между разными научными подходами. И теперь ощущается присутствие того, чего раньше еще не было — появился слой квалифицированных потребителей альтернативной научной продукции. А в таких условиях борьба против новых научных направлений, особенно методами сетевого хулиганства, становится крайне неэффективной. Научная общественность теперь общается между собой и слушает друг друга, не отвлекаясь на невежественные вопли хулиганов из интернета. Разве что забавляется анекдотической глубиной их невежества.