О защитнике академика Зализняка
Чудинов В.А.
Мнение ЖЖ Чудинология о моей деятельности меня касается всё меньше. То, что там орудуют тролли, сетевые хулиганы, мне было известно и раньше, и я многократно расценивал их труд как Сизифов, что тоже не ново. Единственное, что иногда скрашивает мой досуг, так это попытки понять, чем почерк одного тролля отличается от другого, чтобы в тех случаях, когда сетевой хулиган пишет обычную статью, и используют вроде бы нормальные человеческие имена, вроде школьного учителя Яковлева, понять, какой из них именно пытается меня ошельмовать. Поскольку врага надо знать в лицо.
Не так давно, где-то, возможно год назад, появился очередной сетевой хулиган с ником veikko helminen. От этого псевдонима хочется вспомнить бессмертные строки Пушкина об «избе убого чухонца». Он — якобы лингвист, но свои пристрастия в более узкой области обнажил не сразу. Но теперь, кажется, он выразил своё отношение не только к этимологии, но и к некоторым персоналиям.
Защитник Зализняка. Вроде бы моя перепалка с академиком Зализняком закончилась и я лишь изредка шлю ему приветы, когда обнаруживаю на древних надписях не только слово РИМ в названии «вечного города», но и другое его название, слово МИР. Однако чухонца научное реноме этого академика продолжает волновать до сих пор, и последняя реплика чухонца начинается со слов «Во время подготовки анализа чудо-писульки о Зализняке, я обнаружил два интересных слова на чуглише. Не знаю, обсуждали ли их чудинологи, но я решил написать о них пост, такскать, для позитивчика». Как говорится, «такскать ему не перетакскать» неологизмов, но разберем ситуацию с двух сторон, как в расследовании преступлений: собственно деяния и их мотив.
Итак, чухонец сначала цитирует Зализняка. Зализняк: Другой пример: в русском языке праиндоевропейское начальное p сохранилось, а в английском в некоторый момент его предыстории перешло в f. Поэтому в родственных словах этих двух языков имеет место соответствие «русск. начальное п — англ. f», например: пять — five, плыву — flow, полный — full, пясть — fist, пена — foam, паром — ferry (это иллюстрации только для начальной согласной, остальные части этих слов требуют более сложных объяснений).
Обращаю внимание на последнее замечание: это иллюстрации только для начальной согласной, остальные части этих слов требуют более сложных объяснений. Естественно, что я его понял и принял.
Далее идёт цитата из моей статьи. Чудинов: Но ведь Зализняк, приводя пример соответствия «русск. начальное п— англ. f» категорически возражает против того, что «дилетанты» дают соответствие русскому словуплот английским словом flot. Чем же тогда «дилетанты» отличаются в этом от академика?
И вот тут чухонец, как ему кажется, наносит сокрушительный удар: «А дилетанты (ярчайшим представителем которых является Чудинов) радикальным образом отличаются от академика тем, что последний точно знает, что «флот» по-английски — fleet и никак не иначе (к тому же знает, как правильно произносить слово island, см. ниже). Flot — это не из инглиша, это из чуглиша (то есть, нелепой карикатуры на английский язык). В английском языке, конечно, встречается слово flot (flotn), но (!), во-первых, это слово из профессионального сленга горняков и является сокращением слова flotation «флотация», и, в силу своей внешней латинизированности, имеет лишь отдаленное этимологическое отношение к английскому fleet. Во-вторых, ведь не его же Вы имели в виду, Валерий-ибн-Алекссевич?
Ну что ж, давайте разберемся. В немецком языке слово «флот» имеет форму Flotte, то есть, всё-таки «флот». А в английском языке, как известно, имеется два способа образование множественного числа: за счет окончания -s, и за счет изменения корневой гласной, например, tooth-teeth, foot-feet и т.д. Следовательно, буквально слово fleet могло означать при своём возникновении множественное число от слова floot, «флоты», а не «флот». Но закрепилась именно эта форма. В русском языке тоже существуют имена существительные во множественном числе, где единственное число не только не употребляется, но даже не вполне ясно, как его образовать, например, «ворота». Ибо слово «ворот» имеет совсем другой смысл. А в английском слово gate имеет единственное число. Но тут мы имеем дело даже не столько с лингвистическими, сколько с культурными традициями того или иного этноса, с его предпочтениями.
Еще раз напомню оговорку Зализняка: это иллюстрации только для начальной согласной, остальные части этих слов требуют более сложных объяснений. Но чуть ниже сам же отказывается от этой оговорки: «Любитель из всей этой проблематики усвоил только то, что фонетический состав слова может со временем сильно изменяться. И это вдохновляет его на то, чтобы для любого слова предположить нужную для его идеи замену одного звука на другой. Скажем, предположить, что слово флот — это просто плот с переходом п в ф»».
Но если речь идёт именно о начале слова, то дилетант абсолютно прав. Просто академик Зализняк на ходу меняет правила игры: то учитывать только первый звук и не учитывать остальные, то учитывать все звуки слова. Чухонец решил, что правила игры изменил я, и потому валит с больной головы на здоровую: Походя замечу, чтобы потом не возвращаться, что Чудинов опять совершил подтасовку (вольно или невольно).
Понятно, что если академик Зализняк позволил себе передёрнуть карты, то именно то же самое позволяет себе и чухонец. Получается, что чухонец отождествляет себя с академиком. На каком основании? На первый взгляд потому, что при защите чести и достоинства академика РАН Зализняка годятся все средства, в том числе и обман, а о защите чести и достоинства академика РАЕН Чудинова речь идти не может априорно.
Но почему чухонца так взволновали честь и достоинство академика Зализняка в споре, который возник года четыре назад? Уж ученик ли Зализняк вещает от имени чухонца? Поскольку я его больно задел его учителя. Ибо, как говорил товарищ Саахов, ему «Обидно, ей богу обидно, ведь ничего же не сделал!» Вероятно, обращение к забытому уже спору понадобилось потому, что больше говорить не о чем.
А далее следует более точное отображение обиды в словах: «Ни для кого не секрет, что для фриков свойственно записывать иностранные слова русскими буквами, но не Зализняку. При адекватной интерпретации высказывания академика следует понимать, что коль скоро он пишет русскими буквами, то имеет в виду русское слово флот (пока неважно, заимствовано оно или нет), или, по крайней мере, цитирует фриков, которым свойственно брать слово отвлеченно от какого-либо языка вообще и записывать его русскими буквами. И Чудинов здесь попадает в ловушку именно как дилетант, увидев в русском написании английское слово (даже не зная, как правильно оно выглядит в английском). Академик-то, как всегда, безупречно точен. А кто-то берется его критиковать и при этом еще брызгать ядовитыми слюнями. Одним словом, какой-то дилетантишка!»
Обида закрывает чухонцу глаза. В слепой ярости он не понимает, что когда он пишет два предложения кряду, например, И Чудинов здесь попадает в ловушку…, а затем Академик-то, как всегда, безупречно точен, то, поскольку Чудинов тоже академик (пусть и РАЕН), по правилам русского языка следует понимать, что слово «академик» относится именно к нему. И смысл получается таким: И Чудинов здесь попадает в ловушку…, Академик-то Чудинов, как всегда, безупречно точен. Иными словами, чухонец сам себе противоречит! — Вот что значит обида!
Ну, и небольшое пояснение. Я пишу слова иных языков русскими буквами не потому, что не умею писать латинскими (заимствованными из русских рун Рода) буквами, а потому, что русские надписи существовали за десятки и сотни тысяч лет и до этих букв, и до этих иноязычных слов. Пишу на родном мне языке-предшественнике.
А теперь мотив: любым троллям научная сторона глубоко безразлична, им важно зацепиться хоть за что-то. А «он украл» или «у него украли» — какая разница? Поэтому, если Зализняк сначала хочет рассматривать только первые звуки, что специально оговаривает, а потом рассматривает, вопреки своей оговорке, все звуки слова, то виноват, разумеется, не он, а Чудинов. Такова логика тролля.
О законе Гримма. Понятно, что с позиций чухонца закон понимается так: «Закон яко дышло — куда повернул, то и вышло». Таков и закон Гримма.
«Замечу также, что приведя 5 примеров начальных консонантных соответствий, Зализняк иллюстрирует Закон Гримма, о котором рассказывает в той же статье параграфом выше. А в контексте про флот — плот академик говорит, во-первых, не про фонетическое развитие, а про необдуманную и не вполне обоснованную замену (к тому вовсе не в контексте с германскими соответствиями, так как, скорее всего, цитируемый им дилетант может иметь в виду «западные» языки вообще) одного звука на другой. А во-вторых, в случае с Законом Гримма имеются в виду равноправно родственные отношения между языками, в то время как фрикам свойственно трактовать их как заимствования и «направлять вектора» от русского в «западные».
Не в бровь, а в глаз! Спасибо, друг чухонец, теперь я понимаю, что Макс Фасмер — это типичный лингвофрик, ибо только фрикам свойственно трактовать равноправно родственные отношения между языками как заимствования. То-то отечественная лингвистика вообще, и академик Зализняк в частности обрадуется такому уточнению!
И далее чухонец вдруг как бы прозревает, и заключает: «Вообще-то, английские слова fleet, float могут оказаться родственными слову плот (*плътъ), но не целиком, а лишь древним корнем (тем же, что рус. плыть, плыву, т. е. без «-т-«), поскольку, по тому же Закону Гримма, славянское [т] должно соответствовать английскому [þ] или [ð] (th); германскому же [t] — славянское [д] [Фасмер, III, 285 — плот II]».
То есть, он, наконец, уразумел, о чём говорил академик Чудинов, пардон, «дилетантишко Чудинов». Иными словами, заимствовали ли англичане слово «плот» в форме единственного числа floot или flooth, или сразу форма множественного числа стала пониматься как единственное число — это как раз те самые остальные части этих слов, которые требуют более сложных объяснений, и от которых вроде бы отказался Зализняк в начале своих рассуждений, за чем и последовал академик Чудинов. Но далее академик РАН Зализняк тут же стал рассматривать остальные части этих слов, поведя себя как карточный шулер. — Да, действительно, чухонцу есть с кого брать пример!
Неологизмы чухонца. Далее обида заставляет чухонца придумывать какие-то странные слова, например, в его фразе «Итак, Чудинов рассуждирует». Если для академика РАЕН Чудинова имеет смысл общее направление фонетического развития (поскольку речь шла не о заимствовании отдельных слов, а о происхождении германских языков от русского), поскольку учёт мелочей затмил бы общую картину, что вначале хотел сделать и академик Зализняк, то для чухонца основное значение имеют именно мелочи. Он мне приписывает создание «чуглиша» и «чудойча». — Я польщён! Чухонец меня ставит на одну доску с варшавским окулистом Лазарем (Людвигом) Марковичем Заменгофом, который после десятилетней работы в 1887 году сочинил новый язык на базе испанского, скромно подписавшись doctor Esperanto. А я вроде бы сочинил новый язык на базе английского и немецкого. Я бы подписался еще скромнее: doctor Profundo.
Что ж, на любезность надо ответить любезностью. Полагаю, что чухонец придумал первое слово сочинённого им нового языка — чухоруса. И что те слова, которые звучат непристойно не только в устах учёных, но даже просто в общественных местах (некоторые из них выделены у чухонца голубым) — это тоже чухорус. А пристрастие к голубому цвету — это нетрадиционная языковая ориентация, отрицание нормального цвета текста. Например: «Какой ужас! лингвисты ничего не знали о заимствованиях, пока Чудинов их не просветил. Позор! — VH». Вся данная фраза чухонца выделена голубым цветом. При такой лингвистической ориентации — кто его знает, чухонца? Может у них, чухонцев, так принято — своё несогласие с Чудиновым выражать голубым? А, может быть, чухонец действительно полагает, что о заимствованиях не отдельных слов, но целых пластов чужих языковых явлений лингвисты ничего не знали, пока Чудинов их не просветил? — Кто их, чухонцев, разберёт? Ведь если бы это была ирония, ее не следовало выделять особо еще и цветом, она и так понятна. Но выделение цветом — это отрицание. И ирония — это тоже отрицание. А, согласно диалектике Гегеля, отрицание отрицания приводит к утверждению. Так что я и тут польщён подтверждением моего приоритета.
О защитнике академика Зализняка
Чудинов В.А.
Мнение ЖЖ Чудинология о моей деятельности меня касается всё меньше. То, что там орудуют тролли, сетевые хулиганы, мне было известно и раньше, и я многократно расценивал их труд как Сизифов, что тоже не ново. Единственное, что иногда скрашивает мой досуг, так это попытки понять, чем почерк одного тролля отличается от другого, чтобы в тех случаях, когда сетевой хулиган пишет обычную статью, и используют вроде бы нормальные человеческие имена, вроде школьного учителя Яковлева, понять, какой из них именно пытается меня ошельмовать. Поскольку врага надо знать в лицо.
«Германо-славянского единства и вправду (скорее всего) не было» — вынужден согласиться со мной чухонец. Однако каждый читатель поймёт, что тут он снова БИТ. Поэтому он придумывает мнимое противоречие в моих словах: «Но вот как понять «было образование нового пиджина (составного языка, выученного поневоле)»? Может, Валерий-Алексеевич хотел сказать смешанного, а не «составного»? К тому же, зачем им его потом «выучивать», если они сами участвовали в процессе пиджинизации (разве ж переход на пиджин не происходит автоматически, или его в школе преподавали)? Да и кто кого неволил-то, Валений? Но я отвлекся, потому что это уже выходит за рамки лингвистики — пусть чудиновский лечащий психиатр отвечает». — Забавно всё это читать! Написание имени «Валерий Алексеевич» через дефис, равно как и «Валений», это пунктуационные и орфографические ошибки, а чередование обращения на «Вы» (когда употребляется имя и отчество) и на «ты» (когда употребляется только имя), — это стилистическая ошибка. Лингвист так писать не может, не имеет морального права. Стало быть, перед нами опять образец чухоруса.
Но это формальная сторона вопроса. Что же касается содержательной, то тюрки, даже придя в Западную Европу, продолжали говорить на своём языке в быту, как это происходит сейчас, например, у киргизов Москвы. А при обращении к местным жителям они говорили по-русски, но с родной для них тюркской фонетикой. Иными словами, существовала диглоссия (если чухонец знает, что это такое), где тюрки чётко различали, на каком языке они говорят. Поэтому языковая ситуация для завоевателей (еще один лингвистический термин) была именно составной (дома — тюркский язык, на улице — ломаный русский). Креолизация пиджина происходит не через школу, а через непосредственное общение завоевателей с завоёванными — тут чухонец не в ладах с культурологией. Термин «пиджинизация» — это уже из области чухоруса.
Словом, не зря чухонец писал, что у него термин «пиджин» озоном не пахнет. К тому же он, очевидно, никогда озона не нюхал — это весьма резкий и неприятный запах.
«Все, что я здесь рассказывал, это просто желание поделиться с читателем частью своих знаний, так как думаю, что это ему покажется интересным. Ну и чтобы показать разницу между научной и фрической аргументацией, хотя у Чудинова мы сегодня вообще никакой аргументации не нашли. Лингвистика — это наука, а не натуга».
Так полагает чухонец. Я вижу, что он именно поделился с читателем частью своих знаний. А поскольку его лингвистическая ориентация — нетрадиционная, то и знания у него, как мы видели, противоречивые, а некоторые лингвистические термины ему кажутся чуждыми И он прав в том, что лингвистика — это наука, а не натуга. Но он нам продемонстрировал именно натугу. Ибо, когда он начинает оперировать сведениями из древнеанглийского языка, он не подозревает, что они получены эпиграфистами, читавшими тексты на рунных камнях, древность которых определена археологами весьма приблизительно. Это — скорее правдоподобные догадки, чем точное датирование. Он же опирается на эти сведения так, как будто бы кто-то определил дату написания древних текстов с точностью до секунды. А из неверной посылки следуют неверные выводы.
О слове «монах». Слово «монах» ныне считается греческого происхождения. Википедия пишет: «Мона́х (греч. μοναχός — одиночный, единичный), жен. мона́хиня — обычно — член религиозной общины, в соответствии с обетом (клятвой) ведущий аскетическую жизнь либо в рамках монашеской общины, либо в одиночестве, отшельничестве. Монахи проживают в монастырях (обителях), пу́стынях, лаврах».
На первый взгляд, объяснение приемлемое. Но именно на первый взгляд. Монахи, как известно, живут братией, а выражение «принять монашеский постриг» означает именно вхождение в монашескую братию, а не в уединённый образ жизни. О подвижниках, ведущих уединённый образ жизни, говорят иначе: «аскет», «отшельник», «пустынник» и т.д., но не «монах». Так что слово МОНАХ как «уединённый» является типичным «ложным другом переводчика».
Можно даже понять, откуда возникло такое объяснение — полагаю, что из церковной практики Византии, когда любому заимствованному слову приписывалось греческое происхождение. А позже это объяснение было некритически принято как идущее «от древних». Но в те времена против эллинизаторов не создавались объединения троллей, и если бы появился критик типа нашего чухонца, его не стали бы называть неучем или дилетантом, а просто отрубили бы голову, даже если она была бы скрыта плащом.
Я не знаю, откуда произошло слово МОНАХ, но могу лишь высказать предположение. Некоторые египтологи полагаю, что имя египетского бога АМОН или АММОН означает «скрытый бог». Возможно, что корень МОН как раз и есть обозначение бога. Но тогда термин МОНАХ может означать «принадлежащий богу», что гораздо точнее по смыслу. А сами египтяне могли заимствовать данное слово от какого-то более древнего народа, так что истоки этого слова — вовсе не греческие.
А что по поводу Саянского ороглифа вещает чухонец? «Спасибо Вам, дядя Валера, за то, что удревнили среднегреческий язык». Во-первых, я чухонцу не дядя, у меня такого необразованного племянника нет. Во-вторых, чухонцу можно, конечно, плясать от радости от того, что когда-то была политическая установка всем древним словам приписывать греческое происхождение, даже если это среднегреческий язык. И, в-третьих, чухонец берет на себя ответственность: «Мы знали, МЫ ЗНАЛИ, что русский язык в палеолите был не одинок!!!!». Откуда они знали — неясно. Просто безответственное утверждение школьного троечника.
Еще из чухоруса: «А кроме шуток, господин Чудинов, что, по-прежнему используем удобные словечки? А потом, при надобности, придумаем им «русскую» «этимологию»? Опрофанились Вы знатно со своим «монахом»». Слово «опрофанились» — русский неологизм от греческого слова «профан», что означает «человек, несведущий в какой-либо области». Приставка О означает, что человек «делается» чем-то или кем-то. Если я «опрофанился» в настоящий момент, то, следовательно, я «стал профаном» только что, после статьи об ороглифе Саян. А до того я таковым не был. Ну что ж, спасибо за комплимент! Правда, желание чухонца было прямо противоположным, однако точного значения многих слов он просто не знает. Подозреваю, что этнически он не русский, поэтому знать русский язык до тонкостей он не считает нужным.
Понятно, что с больной головы он перекладывает на здоровую. «Ваш уровень знания русского языка ниже старших классов средней школы». Если до этого чудиноманы давали мне уровень старшей группы детского сада, то это, безусловно, более высокая оценка. Если дело пойдёт так и дальше, то, возможно, чудиноманы зачислят меня на младшие курсы вуза. Дальше чухонец производит меня в «графы» и «господа», но тут имеется путаница. Графом является Владимир Геннадьевич Родионов, главный редактор и издатель журнала «Русская мысль», которому данный титул в конце 90-х годов ХХ века дал умерший 21 мая 2000 года Эдуард Борисович Шабадин-Романов-Рюрикович, или, иначе, «Его Императорское Величество Павел Второй». Мне царствующая особа (или претендующая на таковую) графского титула не давала, поэтому его выдача посторонним лицом является (в монархиях) уголовным деянием по статье «мошенничество». Что же касается обращения «господин», оно принято во всём мире.
Генрих Синельников. Что еще характеризует чухонца? Он пасётся на «гостевых книгах» разных вузов, и извлекает оттуда уже совсем частную информацию (видимо, обычной мало). А потом пишет, используя любимое нетрадиционное лингвистическое выделение голубым: «Как видим, история про кур и телескоп ® продолжается, — в переписке относительно Чудинова Ко-ко сумел атрибутировать весь свой айкью, проще говоря, показал себя довольно редким и полным идиотом (а славные угандийцы потрудились рассказать об этом широкой аудитории). И что ж ви таки думали, коллеги? Внезапно, прямо как по заказу в «Жалобной книге» появляется сообщение от некоего Генриха Синельникова (атрибутируем???? Хотя возможна и фикция)».
Ни про кур, ни про телескоп я не писал, никакую Ко-Ко я лично не знаю (Коко — это дружеское название Габриэ́ль Бонёр Шане́ль), слово «угандийцы» на чухорусе означает «чудиноманы», а затем выступает некто Генрих Стрельников. О нём поисковик сообщает, что он в апреле 2013 года посетил 56-ю встречу механиков, выпускников факультета технологий Санкт-Петербургского государственного университета кино и телевидения, окончивших факультет технологий кино и телевидения в 1953 году. Зовут его Генрих Исаакович Синельников, на фото 1 он — второй справа. Почему-то «лингвиста» чухонца заинтересовало мнение Генриха Исааковича, механика, об эпиграфисте Чудинове.
Рис. 1. Генрих Исаакович Стрельников (в очках)
Даже если Генриху Исааковичу в 1953 году было 23 года (а в более раннем возрасте окончить вуз почти невозможно), то он — 1930 года рождения, так что ему сейчас 83 года, однако «лингвист» не называет его ни «дедушко», ни «старикашка», ни другими лестными словами. Очевидно, что, хотя Стрельников на 13 лет старше меня, он, как Ильич, для чухонца «будет вечно молодым». Зато теперь понятно, на чьи мнения опираются бокровцы — на СВОИХ людей.
А в предложении чухонца «внезапно, как по заказу» можно совершенно безболезненно выпустить два первых слова. Так оно будет точнее.
День Дурака. Опять чухонец использует любимый голубой цвет в своем поздравлении: «Хочу поздравить г-на Чудинова и особенно руководство кафедры туристической хвелософии (где уже, как минимум,двое против ветра) с увы-прошедшим Днем Дурака и порадоваться, что теперь уже это профессиональный праздник не только нашего подопечного».
Понятно, что прилагательное «увы-прошедший», а также термин «туристическая хвелософия» является примером чухоруса. Поскольку опека чудиноманов простирается на их сотрудников (троллей ЖЖ Чудинологии), которые выдают им зарплату и предоставляют место на ЖЖ для их умствований, то «нашим подопечным» оказывается чухонец. Поэтому для русского человека приведённая выше цитата может быть понята так: «Хочу поздравить г-на Чудинова и особенно руководство кафедры философии РГУТиСа (где уже, как минимум,двое против ветра) с, увы, прошедшим, Днем Дурака, и порадоваться, что теперь уже это профессиональный праздник не только нашего подопечного чухонца, но и всех коллег-чудинологов».
Я как вежливый человек могу только присоединиться к поздравлением чудиноманов с их профессиональным Днём Дурака. Мне бы не пришло в голову, что с днем Дурака следует кого-то поздравлять. Но если чудиноманы полагают, что это их профессиональный праздник, можно только присоединиться.
Обсуждение. Собственно говоря, тут и обсуждать-то нечего. Почерк у чухонца примерно тот же, что и у других чудиноманов. Нецензурной лексики чуть меньше, чем у Лошадника, лингвистических цитирований чуть больше, хотя, впрочем, всё это находится в пределах статистической ошибки. Но, судя по словам ОБИХОДДИГРАФ или ПОСТЕПЕНН, чухонец менее аккуратен по сравнению с Серым Сержантом, хотя тоже в пределах погрешности. Пристрастен чухонец к голубому, отличаясь нетрадиционной лингвистической ориентацией. И любит поздравлять коллег с профессиональным праздником Днём дурака. — Немного для особой личности, коей является настоящий учёный! Таким образом, перед нами — обычный сетевой хулиган с минимумом видимых отличий от других.
Из лингвистов-хулиганов без псевдонимов я знавал только одного, Виктора Марковича Живова. Но он из-за своей горячности и стремления непременно задеть оппонента, не следил за собственным здоровьем, и плохо кончил, да к тому же не в Москве, а на чужбине. Может быть, чухонцу не дают спать его лавры и его судьба? Как знать!
Вообще говоря, почерк троллей весьма однообразен. Сначала они пытались доказать, что я неизлечимо болен, и надоели этим даже самим себе. Потом они во всех моих деяниях искали подлоги, и тоже не преуспели. Теперь они пытаются показать, что я дилетант или даже неуч, для чего используют сочинения признанных учёных, не особенно в этом разбираясь. Но в таком случае было бы гораздо проще и дешевле, если бы к роботу поиска, ищущего новую информацию с фамилией «Чудинов», был бы добавлен робот-поисковик, который при упоминании любой отрасли науки автоматически выдавал бы цитаты из произведений отобранных ученых. Робот не обрезал бы цитаты, и ставил бы пробелы между словами. Текст выглядел бы наукообразным, и не более алогичным, чем нынешней текст сетевых хулиганов.
Понятно, что если такие методы применять против любых исследователей, которые выдают новую продукцию, то наука развиваться просто не сможет. Уверен, что если подвергнуть аналогичному разбору по мелочам сочинения любого авторитетного учёного, в этих работах окажется намного больше огрехов, чем в моих. Однако тролли никогда не занимались наукой, поэтому ценность тех или иных научных положений для них определяется не по объективной шкале, а исключительно по субъективной — по шкале их заказчиков.
Заключение. Какие бы псевдонимы ни использовали тролли, они остаются тем, чем являются — сетевыми хулиганами. Даже если копируют умные сочинения — они их обрезают в самых неподходящих местах. Иными словами, оперируют не своими мыслями, а чужими, которые не только интерпретировать — просто помещать без искажений в статье не умеют. А еще рядятся в разные тоги. В данном случае — в тогу лингвиста.