Комментарий к статьям Дмитрия Логинова
Чудинов В.А.
Дмитрий Логинов пишет интересные статьи и лекции в духе Северной традиции. Поэтому его сочинения мне читать весьма интересно.
Северная традиция не так давно создала Институт северной традиции, который о себе заявляет так: «Институт богословия Русской Северной Традиции осуществляет, в рамках общей работы Славянской Всемирной Академии, следующие виды деятельности: Научно-исследовательскую. Ее результаты представлены в публикуемых нашими сотрудниками книгах, статьях, сообщениях на конференциях. Преподавательскую.
Читаются курсы лекций: http://prazdniki.dolniy-lad.ru/kursy/ Проводится очное и заочное обучение. Общественную. Институт богословия РСТ является координатором общественного движения РОСТ: http://rusobsch.ru/ А также инициатором ряда проектов. Ведение, которое хранит Русская Северная Традиция, это фундамент, который уникален тем, что только на нем возможно реальное возведение единства в Духе ВСЕХ русских людей. Это Ведение на деле представляет собой отшлифованную тысячелетиями Русскую Идею — ту самую, которую, «изобретая велосипед», «ищут» патриотически настроенные силы России два последних десятилетия. Именно это Ведение представляет собой и предмет исследования, и метод работы Института богословия РСТ».
Я решил прокомментировать несколько статей Дмитрия Логинова от имени РСТ.
Куда «исчезли» скифы — откуда «появились» славяне. Лекция Дмитрия Логинова, директор Института богословия РСТ СВА, 23.03.2013 http://svainstitute.ru/lekcii/dlya-studentov/kuda-ischezli-skify-otkuda-poyavilis-slavyane.html.
«Прославившего Меня прославлю» (св. Серафим Саровский). В учебниках по истории можно встретить, увы, фразу вроде: «Славянские племена появляются приблизительно во 2-5 веке новой эры». И далее перечисляются названия племен, имена многочисленных земель и побережья морей, и реки, на протяжении которых «появляются» во 2-5 веке н.э. славяне. — Так прямо и видишь, читая, это грандиозное массовое явление природы, сиречь истории: стремительное самозарождение славянских племен из, по-видимому, природных стихий. Прошелестел во втором или пятом веке какой-то ласковый дождь и после, словно грибы…
В конце предыдущего раздела тех же учебников можно прочесть не менее «высокоумную» фразу на другую, вроде как, тему: «Согласно изысканиям ведущих специалистов, скифы начинают исчезать приблизительно во 2 веке новой эры и в 5 веке уже исчезают полностью, повсеместно». — Как ухитряются «ведущие специалисты» не замечать, что исчезновение скифов и появление славян есть две стороны одной медали? Как и почему они не задумываются, что ничего не может появиться на пустом месте? Или — что ничего не может возникнуть из ничего?
Закон сохранения энергии вроде как бы заем из физики. Закон сохранения вещества — из химии. А в данном случае, какой самоочевидный закон еще следовало бы вывести, чтобы специалисты, ведущие, как-то все-таки не заводили бы своим неведением неспециалистов из области реальной истории на пространства таинственных исчезновений и, напротив, материализации духов?»
Остроумно. Однако, согласно академической (западной) науке, скифы были народом ираноязычным (хотя в наши дни таковой считается небольшая часть скифов), поэтому с академической точки зрения исчезли персы, а появились славяне, что не является одним и тем же.
Об извращении истории. «Другое дело, намеренное извращение истории тоже суть часть исторического процесса и должно быть исследовано. Действительно, начиная с 1-2 века после Р.Х. и заканчивая 5-7 СЛАВЯНО-СКИФОВ перестают, в основном, именовать СКИФАМИ и начинают их называть, как правило, именем СЛАВЯНЕ. Это исторический факт, он документирован рядом сохранившихся хартий. Это переходный период именования, когда встречаются и такое, и этакое. То есть можно проследить перетекание одного преимущественного именования в преимущественно другое.
Факт изменения названия устраивает круги, заинтересованные представить историю славянства куцей. Вроде того, что славяне не имеют никакого отношения к скифам — просто вот самозародились из ничего веков пятнадцать назад… Подразумевается, что с деревьев слезли! А скифы — это вроде как было нечто совсем иное. Они исчезли, те скифы — так чего ж о них говорить? Подразумевается: вымерли как мамонты или как динозавры…
Этакое вот положение принято в академической науке. Абсурдность такого положения — да и других подобных — бросается в глаза всем. Однако говорить об этом почему-то не любят, в основном. Наверное, потому не любят, что грантов не платят за подобные разговоры. А то, так даже и платят за их отсутствие: за то, чтобы не было интереса к теме».
Полагаю, что дело тут не в выплате грантов, а в идеологии. Императорский Рим и его наследница Византия стремились расширить свои границы не только в пространстве, но и во времени. Поэтому была продлена история латинян и греков вглубь истории. Но и те, и другие знали скифов. И если признать в скифах славян, то придётся сказать, что славяне не уступают по древности ни грекам, ни римлянам. Зачем это современной Европе, наследнице античных Рима и Греции?
Исключение. «Однако есть исключения из печального такого молчания. Не всем из официально признанных историков оно по нутру. Есть вот, например, доктор исторических наук Петр Золин. Он и без грантов готов свидетельствовать, что скифы — это был тот самый народ, который теперь здравствует под именем славяне. И славяне, соответственно, не самозародились по берегам европейских рек пятнадцать веков назад, а есть тот самый народ, который тысячелетиями был известен всему человечеству как скифы, властители Евразии.
Скифов еще за долгие тысячелетия до Р.Х. именовали и славянами (словенами), и руссами. Уж за два с половиной тысячелетия точно. Потому что тогда братья Словен и Рус воздвигли город Словенск (предтечу Новгорода Великого), о чем повествует сохранившееся во многих списках «Сказание о Словене и Русе» (именуемое русофобами и славянофобами «несерьезным» — без малейших попыток с их стороны привести какие-либо АРГУМЕНТЫ в пользу такого именования, хотя бы даже и несерьезные)».
А здесь мы имеем дело с «двойной бухгалтерией» в отношении этногенетических мифов. Если это греческий или римский миф, скажем, о подвигах Геракла или об основании Рима Ромулом и Ремом — то, добро пожаловать! Эти мифы следует изучать, с ними необходимо считаться, даже несмотря на то, что современная археология доказала, что Рим строили этруски. Но если аналогичный миф имеется о городе Словенске, то, поскольку он славянский и даже русский, то он априори «несерьезный».
Проблема перемены этнонима. «Славян и до сего времени иногда называют, и сами они себя именуют, бывает, скифами. В поэме «Скифы» у Александра Блока: «Да, скифы — мы!.. Для вас — века, для нас — единый час… Вы сотни лет глядели на Восток, копя и плавя наши перлы»…Вопрос: а почему вдруг народ, у которого не изменилась ни кровь, ни вероисповедание, ни обычаи — почему он вдруг за какие-то два-три века (не слишком большой срок по исторической мерке) поменял название? Почему все остальные народы мира привыкли за это время звать его по-другому?
Золин этот вопрос не оставляет без ответа. И отвечает он вот как. Изменение именования народа приблизительно совпало со временем распространения на планете христианской веры. А значит, и с распространением по земле Библии. А в Библии князья скифов, основатели древних родов, именуются Рошь, Мосох, Магог… И вот, читая Библию, стали называть великую Скифию — Россией: землями князя Роша (или Роса). Или еще Московией — от Мосоха. Насчет Магога Золин особо не расписывает. А вообще-то имя действительно славяно-скифское. И — несущее интересную информацию. Одна из вариаций произнесения имени Великой Матери это Магужь. Причем это есть одна из наиболее древних транскрипций (немало свидетельств чему приводится в работах Валерия Чудинова).
То есть Магог — или, кратче, Маг — есть жрец Магужи. Надо сказать, на Руси волхвы Макоши в древности действительно чаще были называемы МАГАМИ, чем волхвами. Это уже потом как-то так случилось, что слово МАГ (жрец Магужи) стало восприниматься как западное (не пойми откуда на Западе взявшееся) а не русское. (Точно такая судьба постигла, между прочим, и слово «рыцарь».)
Итак, ответ, который предлагает Петр Золин, интересен. Тем более, что в такой манере ответа чувствуется осознание исследователем: у всего славянства есть русский, российский корень. Изначально были древние руссы, и вот они разветвились на различные славянские племена».
Интересное предположение. Итак, местность вокруг еще не построенной Москвы (но вокруг святилищ) называлось в древности МАСКОВА, от слова МАСКА. Если придумать мифический антропоним от слова МАСКА, то он будет звучать как МАСОК, при окающем произношении МОСОК, при определенном произношении звука К — как МОСОХ. Таким образом, еще до создания Библии, но при создании этногенетического русского и московского мифа, в княжеский период, должен был существовать князь (или народный герой) с именем, от которого позже могли бы произвести название местности (прототопоним). Таким этнонимом и стал «Мосох».
Но антропоним РОШЬ не мог быть образован от топонима РУСЬ. Он образовался от прилагательного РОССИЯ как части этнонима РОССИЯ СКОТИЯ (Русская Скифия), и это прилагательное использовали только скифы, и ни один другой народ.
Наконец, Дмитрий Логинов образует третий антропоним МАГОГ от имени МАГУЖЬ. На мой взгляд, с точки зрения эволюционной фонетики, вполне закономерно.
По сути дела, Золин и Логинов вносят вклад в становление новой науки, которую я бы назвал «исторической мифологикой», то есть, наукой о создании и функционировании мифов. Нынешняя «мифология» как наука о мифах, во-первых, имеет такое же название, как и объект ее исследования, и, во-вторых, прослеживает время и место возникновения мифа, занимаясь в основном описанием мифов (МИФОГРАФИЕЙ), но не проблемой создания мифологем (не МИФОЛОГИЕЙ в собственном смысле слова).
Наконец, я не склонен называть скифов «племенем» или «племенами». У скифов не было племенного строя (существование собственной территории, храмов, войска, чеканка денег никак не вписываются в понятие племени), поэтому я бы называл скифов народом или этносом.
Причина изменения этнонима по Логинову. «Однако Золин, фактически, отвечает не на вопрос, почему скифы начали называться славянами, а на вопрос, почему скифы стали называться руссами, московитами. И связывает ответ с процессом распространения христианства, со становлением христианства все более мощной мировой религией. И в этом безусловно есть смысл.
Но, все же, ответ не полон. Попробуем ответить более точно на вопрос, почему сей великий народ — славяно-скифы — долгие тысячелетия до Р.Х. назывались, в основном, скифы, а в первые века после Р.Х. и до сего времени называются славяне.
Первое. Славяне — или, точнее говоря, словене — всегда почитали Даждьбога. Все славянские племена почитали Даждьбога, здесь не было исключений, тогда как относительно других богов могли иметься разночтения в пантеонах разных племен. А Даждьбог — это Бог Слово. Почему и словене — Даждьбожьи внуки. А то вот все знают, слава Богу, что славяне называются Даждьбожьи внуки «Словом о полку Игореве» многажды. А ПОЧЕМУ они именно так называются, мало кто понимает в точности. А вот потому так и называемся, что СЛОВЕНЕ — то есть внуки Бога СЛОВА Даждьбога. И долгие тысячелетия хранили словенские племена предсказание: Слово станет плотью. Даждьбог воплотится на земле. Ису — громовая стрела («ису» на санскрите и протосанскрите означает «стрела») — ударит в камень земной и камень станет живым. Так символизировал ведизм, то, что в христианстве называется «непорочное зачатие». Поэтому и апостол Петр говорит в послании: «Он есть камень живой» (1 Пет 2:4) о Христе. И еще предрекаемого воплощенного Даждьбога называли Ис — это в основном славяно-скифы скандинавских земель называли — то есть Лёд. Вспомним начертание соответствующей руны — I — Футарка. Лед есть, можно сказать, воплощение (материализация) водяных паров, которые рассеяны в воздухе. Однако до того, как Даждьбог действительно воплотился на земле и стал известен как Христос, до того, как Слово воистину стало плотью, — народы мира не понимали или понимали с трудом, почему это народ наш называется «словене». И какое это такое предсказание они с начала своего бытия хранят. А вот что славяно-скифские племена есть именно скифы, то есть находники, пришельцы, скитающиеся по всей Евразии выходцы с ее крайнего севера — это народы другие помнили. Об этом книга Мавра Орбини, как сколоты — то есть с Кола Великого выходцы — стали скифами. То есть распространились и распространили свое влияние на всю Евразию, а некогда на весь мир».
Замечу, что Дмитрий Логинов уже неоднократно (во многих статьях) показывает, что антропоним ИСУС имеет славянское происхождение со значением СТРЕЛА, МОЛНИЯ. Здесь он объясняет происхождение христианской мифологемы ИСУС.
Замечу, что еще в 1996 году я рассмотрел цепочку фонетической трансформации слова СОКОЛОВЯНЕ (СОКОЛОВЯНЕ — СКОЛОВЯНЕ — СКЛАВЯНЕ — СЛОВЕНЕ — СЛАВЯНЕ), где каждая форма имела свой период бытования. Так, форма СЛОВЕНЕ, совпавшая (омонимичная) с лексемой СЛОВО бытовала в первых веках второго тысячелетия н.э. Следовательно, и мифологема об «ожившем под влиянием слова камне» может быть датирована именно этим временем. Но никак не первым тысячелетием, для которого была характерна лексема СКЛОВЕНЕ или СКЛАВЯНЕ.
Становится понятным и происхождение германского слова ИС (позже произносимого как АЙС) — ЛЁД. Иначе говоря, ИС — это камень, в который попала божественная стрела, сделав его паром. Поэтому название острова ИСЛАНДИЯ как нельзя точно соответствует таянию льдов под влиянием вулканического тепла. С позиций мифологии в них попадает молния, правда, не из туч, но из вулканов.
«Тут, кстати, мы подошли ко второй стороне медали. Выше ведь мы ответили на первую сторону вопроса, почему славяно-скифы стали называться «славяне».
Уточню формулировку. Не СЛАВЯНЕ, а СЛОВЕНЕ, ибо СОКОЛОВЯНАМИ многие народы, говорящие на разных диалектах русского языка, назывались еще с неолита. И помимо языкового предпочтения, по которому одни названия повторяются в языке чаще, а другие реже, сыграла свою роль и новая мифологема, связанная с Дажьбогом. Замечу, что Дажьбог — весьма молодой славянский бог.
Проблема расселения скифов. «Оборотная сторона оного: почему славяно-скифы перестали называться «скифы». Об этом хорошо писал еще Александр Щербаков, открывший Асгард: «В первые века после Р.Х. весь фракийский район Средиземноморья пришел в движение. Скифы отходили на север. Расселялись во все более северных местах по Днепру, по Волге»… Только Щербаков не уточнил один очень важный момент. Скифские племена не просто переместились на север — мы ВОЗВРАТИЛИСЬ на север. Мы вернулись из тех земель, где было воплощение Бога Слово в земли наших великих пращуров. Мы увидели своими глазами то, что должно было свершиться согласно предсказанию этих пращуров. Мы не позволили уничтожить в зародыше весть об этом свершении. Напротив мы распространили весть эту по всему миру. То есть мы сделали христианство мировой религией. И нам больше стало незачем бывать скифами. В смысле — находниками, скитающимися в не исконных землях своих. Мы возвратились в земли своих отцов, дедов, прадедов. И в этом смысле перестали быть скифами. Только лишь в этом смысле. По крови, по обычаям и по вере славяно-скифы остаются и ныне практически тем же самым, чем были они всегда, — за исключением естественных прецессий, конечно же, неминуемо накладываемых течением веков. И, главное, за исключением того, что пророчества скифской древлеправославной веры — исполнились. И теперь все скифо-славянские племена уже не только прославлены, но, говоря языком церковным, прославлены паки и паки: как принадлежащие народу все ключевые предсказания веры коего СБЫЛИСЬ. Скифы называются славянами, можно сказать, по слову «прославившего Меня прославлю»! Ибо многозначительны речения святых и не единственный может быть у них смысл, но множество взаимоусиливающих».
Я тоже сначала полагал, что слово СКИФЫ означало СКИТАЮЩИЕСЯ. Я тогда не знал в полной мере, что многие слова подвержены фонетической эволюции. Но когда я прочитал название этноса РОССИЯ СКОТИЯ, я понял, что ошибался. Скифы были скотоводами, но занимали определенные территории. И их распространение на север вовсе не было единственным приходом на эти земли русских, которые там же и жили, и которые отличались по языку от скифов совсем незначительно.
Так что данное интересное наблюдение Дмитрия Логинова здесь вряд ли приложимо. Хотя оно вполне работает для объяснения «кабинетных мифологем». Так, в XIX веке наука объясняла слово СЛАВЯНЕ якобы производным от лексемы СЛАВА, а СЛОВЕНЕ — от лексемы СЛОВО. И в этом смысле Логинов вносит еще один вклад, но уже в «историческую мифологику науки».
Первооткрыватели Велесовой книги. Это — другая статья Дмитрия Логинова на сайте http://svainstitute.ru/stati/pervootkryvateli-velesovoj-knigi.html. Она начинается так:
Три богатыря. «Первыми, кто исследовал Велесову книгу, были Юрий Миролюбов, Александр Кур и Сергей Лесной. Именно в такой временной последовательности. Низкий поклон трем богатырям духа, спасшим царевну-книгу, которая бы могла так и не проснуться…
Ценные сведения о Велесовой книге опубликовал Сергей Лесной в работе «The book of Vles» (Влесова книга), вышедшей на английском языке в издательстве «Виннипег» в 1966 году. В подзаголовке сообщалось, что данная работа содержит историю открытия, текст «русской летописи до эпохи Олега» и комментарии к нему.
В тексте сей русской летописи упоминаются, например, «Русколань», «Годь» (ассоциируется, кстати, не только с готами, но и с такими, например, именами, как богиня Погода, русские богатыри Ставр Годинович, Иван Годинович, отец Рюрика князь западных славян Годолюб…), «Суренжська Русь», «Русь Карпенська»… Временной диапазон соответственно широк. Повествуется, к примеру, о «седьмом веци Трояни» (что перекликается со «Словом о полку Игореве»)…».
Это — констатация определенных фактов.
Русины Прикарпатья. «У этой книги Лесного есть Посвящение. Причем оно необычно и уже само представляет интерес: «Русинам Прикарпатья, сумевшим удержать имя, язык и народность от 650 года до нашей эры и до наших дней, посвящает автор свой труд, склоняя голову перед столь тяжелым подвигом».
Добавим к этому посвящению Лесного, что евангелист Лука (Лукослав) был родом скиф, а племенем РУСИН, именно. Подробней можно прочесть об этом в статье Андрея Долгина «К вопросу об этнической принадлежности евангелиста Луки» (2011) [1].
И еще, заметим, именно в этой земле — в Карпатах — сохранилась древняя славянская мифология, которая представляет собой, фактически, раннехристианское богословие. Эта мифология, богословие карпатских славян, представлены в книгах Ильи Тёроха. Например, «Карпаты и славяне. Предание» (издание Общества ревнителей русской старины, Нью-Йорк, 1941).
Читая работы Тёроха легко видеть: примерно так выглядело христианское богословие в первые века, пока его не официализировали, снабдив изрядной долей помпезности. Максимум православных представлений насчет рая и ада, Бога и дьявола, других ключевых можно видеть в этих карпатских русинских преданиях-притчах. Тогда как у Ветхого завета, к примеру, реальных пересечений с христианским богословием и богомировоззрением нет, практически, никаких.
Что и не удивительно. Раннехристианское богословие опиралось на древлеправославие славяно-скифов, славивших Правь. Опиралось от самого Начала своего в «Галилее языческой» (Ис 9:1; Мф 4:15), сиречь скифской, и по времена первого Вселенского собора включительно. Скифом же — ардием — Константином созванного».
О том, что Константин был скифом, я не знал. Википедия пишет: «Константин (Флавий Валерий Аврелий Константин), родился в провинции Верхняя Мёзия в городе Наисс (современный Ниш в Сербии) 27 февраля около 272 года (точный год рождения не установлен)». То, что скифы говорили на языке, предшествующим украинскому и сербскому, я показал в одной из статей.
«Да и в последующую эпоху великих Каппадокийцев скифское первоначало православного христианства в Константинополе продолжало чувствоваться. Увы, в последствии линия Дионисий Ареопагит — Максим Исповедник — Иоанн Дамаскин — Симеон Новый Богослов — Григорий Палама заглохла во втором Риме. Но в третьем — то есть на Руси — ортодоксия продолжалась до никонианской реформы».
И это тоже понятно. Ведическая традиция сохранялась вплоть до реформ патриарха Никона, поскольку Россия долее всех государств оставалась Русью Яра.
Золотое сечение дощек. «Но возвратимся к труду Лесного. В нем цитируется одно из первых писем Юрия Миролюбова, касающихся Велесовой книги: «Уважаемый госп. Ал. Кур.! К сожалению, не знаю Вас кроме как под этим, несомненно сокращенным, именем. Эти дощки мы старались разобрать сами. Несмотря на любезное предложение Брюссельского университета в лице ассистента профессора Пфейфера изучить их — по вполне понятным причинам».
Интересно само это слово «дощки», которые Миролюбов стал употреблять сразу же для обозначения дощечек Велесовой книги. Это только сейчас горе-опровергатели заявляют, что-то вроде: вероятно ли, что вообще существовали книги на деревянных дощечках? Не выдумка ли это фальсификаторов? — на дереве писать неудобно и т.д.
На самом деле Миролюбов и употребил это слово «дощки» потому, что было специальное понятие, отличающее дощечку, например, шкафа от дощки как не просто дощечки, а такой, конкретно, на которой что-то написано. То есть — насколько это было в обиходе Древней Руси, что даже сохранилось специальное слово для обозначения подобных предметов!»
Я рад, что Дмитрий Логинов обратил внимание на это слово. Скорее всего, слово ДОЩКИ означало КНИГУ в современном смысле слова.
«Из книги Лесного ясно, что с этим словом были знакомы еще в начале прошлого века. Не только Миролюбов, но и сам Лесной. Причем Лесной все-таки предпочитает название «дощечки». Почему? Потому что Лесной не хочет, чтобы возникала ассоциация между Велесовой книгой и ДОЛГОВЫМИ ЗАПИСКАМИ, т.к. содержание Велесовой книги совсем другое, нежели записи о задолженностях.
То есть долговые записки еще в 19 веке называли словом «дощки». Тогда еще существовал пережиток времен, когда информацию, не предназначенную для длительного хранения, начертывали на Руси на бересте, которая менее надежна, а вот которая чтобы подольше сохранилась — дабы ее можно было предъявить — на дощечках. И даже когда дощечки, как и береста, давно вышли из употребления в качестве информационных носителей — для долговых расписок сохранилось иносказательное название «дощки». Ничего себе — «не было» на Руси деревянных книг вообще!»
Итак, становится понятно, что можно было собирать и хранить «бересту» (записки), а можно — дощки (книги).
«Однако вот что самое интересное. Размер дощечек описывается Миролюбовым как «приблизительно 38 см на 22 см». Давайте поделим ширину дощечки Велесовой книги на ее высоту. Получится соотношение, выражаемое бесконечной периодической дробью 1,72… А, между тем, знаменитое ЗОЛОТОЕ СЕЧЕНИЕ — число Фи, прозванное во времена Леонардо да Винчи «божественная пропорция» — это бесконечная дробь 1,62…»
Эти величины, согласитесь, близки настолько, что говорить о случайном их совпадении в данном случае было бы опрометчиво. (Тем более что Миролюбов измерял «приблизительно», в сантиметрах, и нельзя исключать, что при более тщательной статистике получилось бы еще более поразительное по точности совпадение.) ПРОПОРЦИИ ДОЩЕЧЕК ВЕЛЕСОВОЙ КНИГИ СООТВЕТСТВУЮТ ЗОЛОТОМУ СЕЧЕНИЮ. Насколько мне известно, до меня еще никто не обратил внимания на сей факт.
А стоило бы. Дощечки для священного писания руссов изготовлены, конечно уж, не случайно по канону «божественной пропорции». Ибо это канон ведический. Запад приписал открытие золотого сечения Фибоначчи. Но сам этот ученый в своей знаменитой «Книге абака» (1202) ссылается на «древнюю мудрость индии». Предлагает индийские цифры вместо римских, чтобы было нагляднее.
Действительно, влияние числовой последовательности, которая теперь называется Фибоначчи, можно заметить в построении индуистских ведических писаний. Но тексты их родились — как это теперь, кажется, уже никто не оспаривает — на крайнем севере доисторической Евразии, то есть, говоря словами Велесовой книги, «во крае Русском».
Перед нами — наглядный пример вестернизации русской истории, в данном случае системы мер и «золотого сечения». Как обычно, русское наследие приписывается тому, кто повторяет какие-то русские достижения спустя недолгое время после принудительного забвения русской культуры.
«Оттуда же пришел и канон. Поэтому почти до нашего времени русская земля сохраняла систему саженей. «Древнерусский Всемер», как доказывается работами архитектора Пилецкого, выстроен строго по канону золотого сечения.
Это не удивительно. Русская Северная Традиция сохранила сведения про ключевой триглав Числобога, куда входят Ноль, Один и Царь-Число. Причем это последнее представляет как раз известное ныне как Фи, получаясь развертыванием вселенской мерности, т.е. наращиванием ряда, где каждый третий член получается сложением (заметим созвучие слов склад/лад — слаживание вселенной) двух предыдущих. 0+1=1, 1+1=2, 2+1=3, 3+2=5 и т.д.
Кто-то возразит: число ноль русские не знали. Однако на самом деле — прекрасно знали. Просто записывали ноль как малозаметный знак — точку (также как индусы свой знак ноля — ньясу). Да не употребляли к обозначению порядков. Поэтому и знал мало кто, кроме хранителей Традиции Числобога».
Замечу, что русская культуры, в отличие от западной, не любит выпячивать что-либо. Буквы, культовые камни, пещерные храмы настолько стилизованы «под естество», что современный грубый век отказывается видеть в них творения рук человека.
«От них перенял, между прочим, крестьянин из глубинки Леонтий — тот, что написал по заказу Петра I «в 1701 году словенским диалектом книгу арифметику» (запись Оружейной палаты). Написал серьезнейшее исследование в первый же год появления своего в Москве — якобы ни у кого не учась: «магически». За что Петр жаловал ему фамилию Магницкий и дворянство. И даже на могильном камне у этого Леонтия вырезано: «изучился дивным и неудобовероятным способом»… Жрецы Числобога всегда крепко требовали от посвящаемого сохранения тайны».
Вот вам и «Арифметика» Леонтия Магницкого! Википедия пишет о нём: «Родился в Осташковской патриаршей слободе. По одной версии, был сыном крестьянина Филиппа Телятина. С юных лет работал с отцом на пашне, самостоятельно обучаясь чтению и письму, и был страстным охотником читать и разбирать мудрёное и трудное. По другой версии, был родным племянником архимандрита Нектария, устроителя Ниловой пустыни близ Осташкова Тверской губернии и потому имел доступ к церковным книгам.
В 1684 году отправлен в Иосифо-Волоколамский монастырь как возчик для доставки рыбы монахам. Поразил монахов своей грамотностью и умом, оставлен при обители в роли чтеца. Затем переведён в московский Симонов монастырь. Монастырское начальство решило готовить незаурядного юношу в священнослужители.
1685-1694 годах — учится в Славяно-греко-латинской академии. Математика там не преподавалась, что говорит о том, что свои математические познания он приобрёл путем самостоятельного изучения рукописей, как русских, так и иностранных.
Знания Леонтия Филипповича в области математики удивляли многих. При встрече он произвёл на царя Петра I очень сильное впечатление незаурядным умственным развитием и обширными познаниями. В знак почтения и признания достоинств Пётр I «жаловал» ему фамилию Магницкий «в сравнении того, как магнит привлекает к себе железо, так он природными и самообразованными способностями своими обратил внимание на себя».
Мы видим, что ни в одном учебном заведении он не мог получить соответствующие математические познания, так что Дмитрий Логинов тут прав.
Агнец, телец и волк. «Но возвратимся к Лесному. Вот что приводит он из письма Миролюбова ему самому: «На полях некоторых дощек были изображены головы быка, на других солнца. На третьих разных животных. Может быть лисы или собаки. Или же овцы. По-моему это были символы месяцев года».
То, что показалось Миролюбову лисой или собакой, может быть воспринято и как изображение волка. Агнец, телец и волк… Агнец — общеизвестный символ Христа (до Р.Х. он был столь же общеизвестен как символ Ярилы-Даждьбога, «ярый агнец», откуда и латинское aries — овен). Небезынтересно, что символом евангелиста Луки, которого мы упоминали, является телец. «Понтийским волком» именовали богослова второго века Маркиона, который полагал Евангелие от Луки наилучшим.
Интересно выражение из письма: «изображены головы быка, на других солнца». Можно прочитать и как если бы речь идет о… голове солнца. То есть о солнце с человеческим лицом, которое было гербом гиперборейской столицы, да и Гипербореи в целом».
Очень интересно. Каков герб Гипербореи-Аркторуси — я до сих пор не знал.
Апракос, Кормчая книга, книга Велесова. «Еще Лесной цитирует из письма ему Миролюбова: «Я ждал более или менее точной хронологии. Описания точных событий, имен, совпадающего со смежной эпохой других народов. Описания династий князей и всякого такого исторического материала, которого в дощках не оказалось. Зато оказалось другое, чего я не предполагал. Описание событий, о которых мы ничего не знали, обращение к патриотизму руссов, потому что деды переживали такие же времена и так далее». А в другом письме на эту же тему Миролюбов говорит: «Дощечки представляют из себя хроники, записи родовых дел, перемежаемые молитвами Перуну, Велесу, Даждьбогу и т.д.».
Причем в этом письме от 26 сентября 1953 года Миролюбов считает должным прибавить: «Настоящее сообщение рассматриваю как показание, данное под присягой, и готов принести присягу по этому поводу дополнительно. Прошу это письмо напечатать в журнале Жар-птица». Столь неожиданным показалось построение текста дощечек Миролюбову, что даже присягу посчитал нужным принести, что это построение именно такое, дабы ему поверили. Лесной никаким образом это не комментирует.
Мы же отметим: не так уж эта композиция материала дощечек необычна. Она напоминает апракос — то есть Евангелие, но не простое, а специальное церковно-служебное: храмовое, по которому идут недельные службы, начиная с Пасхи.
Апракос, подчеркнем — исключительно православное явление. Ни католической, ни протестантский каноны не допускают подобной разбивки, перетасовки текстов Евангелий (представляющих священные хроники) соответственно праздникам годового круга, перемежения соответствующими праздничными молитвами. Лишь христианский православный канон естественно перенял особенности строения древлеправославного священного текста славяно-скифов, примером которого является Велесова книга».
Подход к христианским богослужебным книгам с позиций русского ведизма я встречаю впервые.
«И еще в одной знаменитой православной старообрядческой книге чувствуется влияние книги Велесовой: сочетание во единый сплав домостроительств церковного и мирского — богодержавность. Это Софийная Новгородская Кормчая книга 1282 года. Она свела воедино болгарскую и сербскую Кормчии, то есть объединила православную мудрость этих же прикарпатских земель и земель, в которых были собраны песни книги Веды Словена болгар-помаков.
Софийная Новгородская Кормчая содержит: Апостольские правила, правила первых четырех Вселенских соборов, 68 правил Василия Великого, а также пространное (а не краткое) изложение Русской Правды, уставов князей Владимира Мономаха и Ярослава Мудрого.
Вот эта старообрядческая Кормчая вызывала особенную неприязнь расколоначальника патриарха Никона. Именно с нее начал он свою печально знаменитую «книжную справу», не дожидаясь даже собора 1666 года, где восторжествовала его идея обновленческой «сверки по кривой мерке» (хоть и осужден был, между прочим, сам Никон). А именно, горе-патриарх этот еще в 1653 году так «отредактировал» Кормчую, что выбросил из нее русские статьи, правила снабдил «толкованиями», написал предисловие, подразумевающее, будто до Владимира Святого христианства на Руси не было, а также побеспокоился дополнить получившуюся в итоге ущербную композицию… законами Моисея! Конечно же, после всего этого структура модернизированной Кормчей никоим образом не напоминала таковую Велесовой книги».
Это — весьма интересно.
Лука неотредактированный. Здесь — третья статья Дмитрия Логинова. Называется она ОСТРОМИРОВО ЕВАНГЕЛИЕ или ЛУКА НЕ «ОТРЕДАКТИРОВАННЫЙ» (статья), 05.05.2013, адрес http://svainstitute.ru/stati/luka-ne-otredaktirovannyj.html.
«Первые четыре стиха Евангелия от Луки — предисловие. Обыкновенно предисловия не читают или пробегают поверхностно: скорей к делу! то есть к непосредственной ткани повествования. Но в случае святого евангелиста дело — КАЖДОЕ начертанное им слово. Боговдохновенным пером ничего не будет написано просто ради литературной формы. Четыре первых стиха Евангелия от Луки содержат концентрированный объем разноплановой информации. Взглянем на них внимательно:
Синодальный перевод: 1 Как уже многие начали составлять повествования о совершенно известных между нами событиях, 2 как передали нам то бывшие с самого начала очевидцами и служителями Слова, 3 то рассудилось и мне, по тщательном исследовании всего сначала, по порядку описать тебе, достопочтенный Феофил, 4 чтобы ты узнал твердое основание того учения, в котором был наставлен.
Перевод Сергея Аверинцева: 1 Поскольку многие уже брались составлять повествования о событиях, совершившихся среди нас и 2 переданных нам теми, кто с самого начала были очевидцами и служителями Слова, — 3 счел за благо и я, тщательно исследовав все с самого начала, связно изложить это для тебя, достойнейший Феофил, 4 чтобы ты мог усмотреть, насколько достоверно учение, которое тебе преподали.
Кстати, почему стоит иногда заглядывать и в Аверинцева? Ответ в его собственном Послесловии к своим переводам (Евангелия, Псалтирь, Иов):
«Не говоря даже о целом каноне Нового Завета, в пределах одного-единственного Евангелия от Луки, мало того, первой же его страницы, мы находим резкий контраст между прологом… и повествованием, начинающимся с пятого стиха. Первая фраза — плавно разворачивающийся период во вкусе хорошей греческой риторики; явление литературной нормы; вторая фраза, напротив, предлагает семиотически артикулированную интонацию… Когда евангелисту не нужен ветхозаветный стиль, он обходится без него прекрасно; когда нужен — вводит»… Синодальный же перевод, говорит Аверинцев далее, тяготеет к ветхозаветному стилю, где надо и где не надо. «Если бы перевод этот не содержал, по моему мнению, ряда существенных невнятиц, ряда непоследовательных актов выбора, — чего стоит, на фоне ряда буквализмов, неточное «предмет пререканий» (Лк 2:34), где речь идет о знаке и знамении! — едва ли я вообще сел бы за новый перевод».
Проще говоря, Синодальный перевод — не без извращений оригинала, навеянных духом никонианской реформы (которая больше напоминает ересь). Аверинцев — осознанно или нет — пытается исправить эту злополучную «справу», продолженную Синодом по эстафете от времен печально известного Собора 1666 года. То есть это вроде как здравое движение в направлении возврата к неповрежденному священному тексту. Однако и перевод Аверинцева «осуществлен по стандартному критическому изданию Нестле-Аланда». А это все-таки тоже некая справа, только современная западная, на основе греческих же переложений, несколько улучшенных благодаря раскопанным недавно раннехристианским кодексам.
Но вопрос: а все ли из открытий о раннем христианстве выгодно неправославному Западу доводить до всеобщего сведения? Не пошатнутся ли в случае последовательно и во всем возвращения к настоящим подлинникам позиции католичества и протестантизма? Аверинцев и сам иронизирует по поводу «так называемого Общепринятого Текста (Textus Receptus)».
Точный перевод латинского слова Receptus: Означенный. Причем, как правило, в значении Предписанный… То есть — улучшения некоторые заметны, но все же опять прописывают нам некий иностранный рецепт… Так что наиболее надежным источником (из общедоступных) по-прежнему остается Остромирово Евангелие. Писаное диаконом Григорием для новгородского посадника Остромира в 1057 году. То есть за шесть веков до реформы горе-патриарха Никона и за четыре с половиной века до «ереси жидовствующих», осужденной новгородским собором 1490 года.
Этот извод был окончен через три года после того, как официально отщепились католики (1054). То есть из Остромирова Евангелия можно хорошо видеть, от чего именно католики отщепились. Причем на книге начертано: «Евангелие Софийское апракос», а значит, по нему шли недельные службы в знаменитом Новгородском Софийском соборе (который был младший брат и соперник Софии Царьградской). Признано: оригинал, с которого списывал диакон Геннадий, был «древне-южно-славянский», то есть, короче говоря, скифский. (Нюансы — в труде Александра Христофоровича Востокова «Грамматика церковно-словенского языка, изложенная по древнейшим онаго письменнымъ памятникам», который был написан ровно через восемь веков после рождения книги.)
Расхождения сего словенского извода с известными греческими «оригиналами», как их не подгоняй, получаются слишком уж велики… То есть Остромирово Евангелие может представлять — по крайней мере, частично — ПРЯМУЮ передачу учения Святых Палестинских Скифов без эллинского или, тем более, позднейшего иудейского посредничества.
Лист 217-й Остромирова Евангелия: «Яко сътвори мне величие сильныи, и с[вя]то имя Его. Пребысть же Мария съ нею яко три месяця и възвратися въ домъ свои». То есть до никонианской реформы Песнь Богородицы «Величит душа моя Господа» 8 сентября и «и в прочяя праздникы ея» (лист 216) звучала вот как (если переложить на современный русский): «И сказала Мария: величит душа Моя Господа, и возрадовался дух Мой о Боге, Спасителе Моем, что призрел Он на смирение Рабы Своей, ибо отныне будут ублажать Меня все роды, что сотворил Мне величие Сильный, и свято имя Его. Пребыла же Мария с нею около трех месяцев, и возвратилась в дом свой».
Сравним Песнь Богородицы в современном изводе Евангелия (Лк 1:46-56):
«И сказала Мария: величит душа Моя Господа,
и возрадовался дух Мой о Боге, Спасителе Моем,
что призрел Он на смирение Рабы Своей, ибо отныне будут ублажать Меня все роды;
что сотворил Мне величие Сильный, и свято имя Его;
и милость Его в роды родов к боящимся Его;
явил силу мышцы Своей; рассеял надменных помышлениями сердца их;
низложил сильных с престолов, и вознес смиренных;
алчущих исполнил благ, и богатящихся отпустил ни с чем;
воспринял Израиля, отрока Своего, воспомянув милость,
как говорил отцам нашим, к Аврааму и семени его до века.
Пребыла же Мария с нею около трех месяцев, и возвратилась в дом свой».
То есть, в древнем изводе — в Остромировом Евангелии — отсутствуют стихи, нумеруемые ныне 50, 51, 52, 53, 54, 55. Специалисты по древним рукописям любят задавать вопрос: почему? Только вот как-то риторически они его задают. Без попыток ответить. Тайна, мол, сия — велика есть…»
Здесь мы видим Дмитрия Логинова в ином амплуа — в качестве текстоведа. И он показывает нам разные варианты написания и осмысления священного текста.
«Однажды, впрочем, довелось встретить вместо этого глубокомысленного молчания мелкомысленное предположение: новгородские певчие, де, считали сей фрагмент столь простым, что нечего было тратиться его записывать — и так помнили.
Попробуйте такое запомнить: «и милость Его в роды родов к боящимся Его; явил силу мышцы Своей; рассеял надменных помышлениями сердца их; низложил сильных с престолов, и вознес смиренных; алчущих исполнил благ, и богатящихся отпустил ни с чем; воспринял Израиля, отрока Своего, воспомянув милость, как говорил отцам нашим, к Аврааму и семени его до века». Трудновато запоминается, не правда ли? — ибо перед нами тут точно не, говоря словами Аверинцева, «плавно разворачивающийся период во вкусе хорошей риторики»…
Если принять версию легкого запоминания, пришлось бы предположить: почему-то ВСЕМ певчим Руси сей сложносочиненный период сам собой ложился на память. Потому как вообще НИ В ОДНОМ из русских дониконианских апракосов этого текста нет! Не только лишь в Остромировом Евангелии…».
Вывод напрашивается один: перед нами — позднейшее добавление при редактировании Апракоса.
«Так почему же, все-таки, нет? Попробуем ответить разумно. Тем более что ларчик открывается, вероятно, в данном случае совсем просто: нет, потому что пассажа этого насчет Израиля, Авраама, боящихся и т.д. И НЕ БЫЛО в оригинале оригиналов, то есть в писании, выполненном рукой самого Луки.
Этого и подобных мест не было в изначальном тексте Евангелия от Луки, если верить, например, Маркиону. А доверять этому раннехристианскому подвижнику стоило бы несколько больше, чем ныне принято, хотя бы потому, что был он, практически, современник святого евангелиста.
Маркион бы посмел произвольно вычеркивать из Луки? У большинства здравомыслящих историков такая версия вызывает сомнение. Предпочитают осторожно говорить о каком-то кратком варианте Евангелия, которым располагал «Волк Понта»…
На деле мы тут можем видеть пример, конечно же, не вымарывания части оригинального текста. Напротив, Остромирово Евангелие показывает писание самого Луки, не поврежденное вставкой. Следуя в этом точно тому Евангелию, которое вошло в канон книг нового завета, предложенный последователями богословской школы Маркиона в 144 году от Р.Х. (Знаковый, между прочим, с точки зрения славяно-скифской нумерологии год. 12×12 это Колыван, царь-год… Но это тема отдельная.)
Заметим, без вставки фраза перетекает во фразу легко, естественно — данное место из Евангелия от Луки воспринимается как, именно, ПЕСНЬ Богородицы. Никаких смысловых разрывов от «И сказала Мария…» до «…и возвратилась в дом свой».
А вот со вставкой, которая, не пойми к чему, пересказывает кратко историю евреев, да еще и «предсказывает» их рассеяние, теряется нить повествования. Можно и позабыть, с кем «с нею» «пребыла Мария три месяца и возвратилась в дом свой». Хоть бы уж удлинивший так излагаемое Лукой не поленился и заменить, соответственно, «с нею» словами «с Елисаветой»…».
Итак, перед нами — вестернизация не абы какого текста, а именно божественного, священного. Каким же необходимо быть богохульником, чтобы вносить в него какие-либо исправления!
«Еще Джекоб Коннер в книге «Христос не был евреем» (1936) указывал на наличие в современных Евангелиях позднейших евионитских вставок. Конечно, последователи ереси Евиона и Керинфа (она явилась на Руси как «ересь жидовствующих», говоря языком новгородского собора 1490 года) не могли не сделать «врезку» (по терминологии американского исследователя) именно после слов «будут ублажать Меня все роды», потому что слова эти ясно показывают истинность идеи, выраженной в самом названии книги Коннера. Евионитам тут надо было как-то замутить воду. Только вот в данном случае они, пожалуй, перестарались. Речь, получившая странноватое «дополнение», ощущается как исходящая из уст мужчины-раввина, а не Девы-Вседержительницы…
Лидерам общин еврейского рассеяния была прямая, очевидная и очень существенная выгода инспирировать подобного рода вставки. Ведь раннее христианство было, между прочим, антииудаизмом. Этот исторический факт маскируется ныне оксюмороном «иудеохристианство», навязчиво тиражируемым СМИ полтора-два последних столетия. Некритичное употребление термина «иудеохристианство» свидетельствует о богословской безграмотности, как справедливо замечает, к примеру, Кэролл Р. Бирбауэр, доктор богословия, в статье «Парадокс богов» (2005) [2].
Итак, ортодоксальное христианское учение непременно включает антииудаизм (как доказал еще Маркион в начале второго века специальным трактатом «Антитезы», указывающим 36 непримиримых противоречий Нового и Ветхого заветов) и этот антииудаизм стал, уже в начале средних веков, поддерживаться монархами стран, в которых пребывали общины рассеяния иудейского. Раввины оказались поставлены перед выбором: либо отказаться от иудаизма — а значит, и от абсолютной власти внутри еврейских общин, — либо…
Либо попытаться «приручить» христианство, используя факт издевательской надписи, которую сделал Пилат над распятым Христом: «царь иудейский» (Ин 19:19). Раввины, подведшие Христа под распятие заведомой клеветой, будто «сын» Иосифа претендует на царство, были очень и очень против (Ин 19:21) такой надписи над «га-ноцри», то есть инородцем, «гоем». Однако раввины средневековья развернулись в этом вопросе, что называется, на 180 градусов и не уставали повторять западным королям: «ваш Бог — наш родственник»…».
Эта мысль проходит красной нитью через многие статьи Дмитрия Логинова.
Короли и священные тексты. «Откуда было скандинавским, например, королям знать, что между Галилеей скифской и Иудеей еврейской лежало целое государство, Самария, а вот от Назарета до Скифополя было, напротив, не более часа конной прогулки? А также едва ли те «наихристианнейшие монархи» читали Новый завет столь внимательно, чтобы заметить ясное свидетельство Павла «распяли Господа Славы» (1 Кор 2:8).
Впрочем, от своих духовников западные короли слышали: Библия ничего не говорит о еврейском происхождении Христа. И это могло подвигнуть лукавых лидеров иудейских общин постараться «исправить» задним числом сей факт. Евреи нанимались, к примеру, переводить Писание на латынь, требуемую каноном западных месс, а попутно…
Конечно, если бы врезка явила грубое противоречие с проповедями тогдашних священников, это чревато было б разоблаченьем фальсификации. Поэтому врезчики в основном стремились лишь привнести возможность превратного толкования, заложить «предмет пререканий». Дабы в дальнейшем постепенно склонить к приятию выгодного для себя смысла. «Утратив», разумеется, уже к тому времени оригинал».
Сайт «Академик» поясняет: «Скифополь, иначе Беф-Сан, Скифский град — город в колене Иссахаровом, принадлежавший колену Манассиину лежавший в 120 стадиях от Тивериады и в 600 стадиях от Иерусалима. Он был весьма сильною крепостью, как по своему естественному положению, так и по своим искусственным укреплениям, величественные развалины коих сохранились и доныне. Во времена Спасителя Беф-Сан, или Скифополь, был главным городом Декаполя или союза 10 городов, населенных большею частью язычниками. Некогда это был цветущий город, который в Талмуде называется воротами рая, городом пальм и маслин, но в настоящее время это бедная деревня среди нагой, бесплодной пустыни, в которой насчитывают только от 70 до 80 домиков» (http://dic.academic.ru/dic.nsf/biblerus/Скифополь).
Священные тексты у славян. «Возможен вопрос: почему тогда же не сделали подобного с православными церковнослужебными книгами? Ответ: потому что некому тогда еще было делать. Евреи, которые рассеялись не на запад, а на восток, осели в иудаизированной Хазарии (а там вообще ни одна христианская книга не выжила. Потому как иудаизм сделался государственной религией хазар со времен хана Булана). Первая еврейская община на Руси появилась только в десятом веке — в Киеве.
Так обстояло дело и во многих других землях потомков скифов. В них долгое время не приходили те, кто был заинтересован в утрате оригиналов. Поэтому церковные книги на старославянском (точней — словенском) — наиболее древние среди всех вообще христианских книг. Сей факт известен весьма немногим, но это не мешает ему быть фактом. Найдется очень и очень мало церковнослужебных текстов, которые могли бы поспорить по древности с написанными на языке наших предков. Имеется в виду, естественно, не оригинал, который у всех один, а задокументированная дата начертания конкретного извода.
Яркий пример: знаменитое Реймсское Евангелие. 27 июня 1717 года Петр I посетил старинный французский город Реймс, традиционное место коронации властителей Франции. Там ему показали главную реликвию города: «старинную странную книгу, написанную таинственными, никому не понятными знаками». Но русский царь изумил присутствовавших, свободно читая из книги вслух и определив ее как Евангелие, написанное на старославянском. Реймский хроникер записал эту историю как «замечательнейшее» событие при посещении Петром I Франции.
Даже и к самому Реймскому Евангелию имеется теперь следующая приписка, сделанная в 1782 году: «Рукопись эта принадлежала сокровищнице Константинопольской и была увезена из библиотеки св. Иеронима. Первая ее часть написана буквами сербскими, называемыми по имени св. Кирилла, на языке восточном, для употребления калугеров; вторая иллирийскими буквами, называемыми по имени св. Иеронима, на языке Индийском или Эсклавонском. Русский царь Петр I, проезжая через Реймс 27 июня 1717 г. очень бегло читал, равно как и двое господ, с ним бывших: они сказали, что язык рукописи их природный».
Заметим, что это Евангелие, которое позже вместе с Анной Ярославной переехало во Францию и на котором позже присягали французские короли, было написано кириллицей и хорватское глаголицей. Это и есть Индийское, или Эсклавонское, или Иллирийское письмо. Петр, очевидно, читал не только кириллицу, но и глаголицу.
«Спросят: почему тогда и на нашем природном языке в современных изводах Евангелия встречаем эти самые врезки? Ответ в книге «Христианопасный щит веры». Она была написана Иноком Епифанием в 1667 году — когда и до нас докатилась, тысячелетие спустя, волна начатой на Западе «справы»: «Егда же, грех ради наших, попустил Бог сатане посадити на престол патриаршества врага и расколника, предотечу антихристова, окаяннаго Никона, он вскоре посадил на печатной двор ко книжной справе друга своего — жидовина Арсения, недостойного нарековения иноческого, отрекшагося от Христа троекратно, что сам он исповедал в монастыре Соловецком. Стакався же с ним вкупе, приискал себе подручников таковых же. И начаша в книги печатные плевелы сеяти еретические, проклятые. И те их уложенные книги еретические, по действу сатанину, разсеяша по всей Русской земле по церквам Божиим на погубление веры християнския». Но это тема особенная и мы, даст Бог, ее раскроем еще подробно».
Крайне интересная цитата!
Евангелие от Луки. «А сейчас возвратимся к началу Евангелия от Луки. Стих второй: «как передали нам теми, кто были с самого начала служителями Слова». От начала служители Слова — это словене-скифы. К их роду принадлежал сам Лука. Конкретно — к племени русинов, как это показано в работе Андрея Долгина «К вопросу об этнической принадлежности св. евангелиста Луки (Лукослава)» (2011) http://svainstitute.ru/stati/ob-etnicheskoy-prinadlezhnos.html. Славянские племена все, без единого исключения, поклонялись Даждьбогу, Солнцу Истины. Причем, задолго до Рождества Христа, исповедовали Его под именем Бога Слова (поэтому славянская поговорка: «кто слова своего не сдержит, того Даждьбог не поддержит»).
Весьма примечательно упоминание имени Бог Слово в житии праведного Аввакума, который противостал расколоначальнику Никону. В этом житии сказано: в день Распятия Христа ученики спросили Дионисия, почему солнце померкло, хотя сегодня не день затмения. Дионисий ответил: если светило дня меркнет не в день затмения, то — или конец миру сему приходит, или Бог Слово плотию страждет.
Долгие годы тогда еще отделяли Дионисия от крещения во Христа, которое примет он от апостола Павла в Ареопаге Афинском. Но, посвященный в Русскую Северную Традицию, он и тогда был уже исповедник Слова. Скифы за тысячелетия до Рождества Христа назывались иными народами СЛОВЕНЕ, ибо прославляли грядущее воплощение Бога Слово, были от начала его служителями.
Сегодня — 5 мая 2013 года — Светлое Христово Воскресение. В Иерусалиме на Гроб Господень сошел Небесный Благодатный Огонь. Это ежегодное христианское чудо. Многие старались обличить его как, якобы, какой-то подлог… и — тщетно. А ведь подобный скандал был бы ого, как выгоден атеистам… язычникам… сатанистам… Да и конкурирующим конфессиям. Да и даже внутри христианства — католикам, протестантам, сектантам… Ибо ведь Огонь сходит лишь по молитве ПРАВОСЛАВНОГО патриарха.
Итак, Небесный Огонь — сам собой — возгорается ежегодно. В ознаменование подвига Воскресения Бога нашего. И вот, собственно, это старославянское — словенское — слово-то ВОСКРЕСНУТЬ и означает, именно, ВОЗГОРЕТЬСЯ. Отсюда, между прочим, КРЕСАЛО скифское. Прибор Анахарсиса Скифа, как это называли эллины, так именно писавшие на кресалах древних и величавшие Анахарсиса — Прометеем…».
Действительно: слово КРЕСАЛО означает «ДАЮЩЕЕ ОГОНЬ». Но ведь и КРЕСТ — это символ Солнца, символ небесного ОГНЯ.
Заключение Логинова. «Суть этого главного праздника — Светлое Воскресение Христово — передается ТОЛЬКО на языке древних руссов. Только на языке славян ВОСКРЕСНУТЬ и означает ВОЗГОРЕТЬСЯ. Ужель из одного этого непонятно, ЧЕЙ это Бог?»
Понятно, что бог русских и всех славян. Сильная концовка!
Ладога симметрична Риму. http://svainstitute.ru/stati/ladoga-simmetrichna-rimu.html. 11.04.2013. Последняя из данной серии статей Дмитрия Логинова.
«В каком году был основан город Старая Ладога? Точный ответ узнали совсем недавно: от Рождества Христова в 753 году. Такая точность возможна благодаря работе, которую провел доктор исторических наук Анатолий Кирпичников, утверждающий: «Археологическими исследованиями Ладоги впервые установлена дендрологическая дата ее основания… древнейший спил определен 753-м годом».
И странно было б, заметим, когда не так. Руссы ведь еще в середине восьмого века освоили Волжский и Днепровский торговые пути на дороге «из варяг в греки». О чем свидетельство есть, к примеру, в стариной «Книге путей и стран» Касима ибн Хордадбеха. Непросто было бы совершать эти регулярные плаванья без опоры на молодой — тогда — город Ладога на реке Волхов. Так что и еще насчет одного русского города выяснили: он древнее, чем понуждали нас раньше думать. Но в данном случае, может быть, это даже и не самое интересное. Дата — число это 753 — ничего не напоминает?
Как не напоминает? — откликнется любой романист, — ведь это год основанья Рима, «вечного города»! По Варрону. Да и вообще согласно латинской традиции в целом, как устоялось… Только, естественно, за 753 года до, а не после Р.Х. был основан Рим.
Получается: Ладога и Рим симметричны зеркально во времени относительно Рождества Христова.
Гербы их, что интересно, как будто бы знают это. Они являют пример практически совершенной зеркальной симметрии: орел Рима — герб города Старая Ладога».
Рис. 1. Гербы двух городов
Рассуждения, конечно, интересные, однако слева изображен орёл, тогда как справа — падающий сокол.
«Но этим совпадения не исчерпываются. Ромул основал Рим по желанию деда своего Нумитора, потомка Инея (Энея), царя древних — илионских (т.е. троянских) — славян. Рюрик же воссел в Ладоге на престол по желанию своего деда Гостомысла, потомка Словена, который был родоначальником и царем древнего ильменского племени словен.
Ромул основал первую династию царей Рима как второй Трои. Рюрик основал первую царскую династию Руси как третьей Римской империи. Ромул был сыном Реи Лесной (Сильвии), жрицы священного для древних руссов ордена Весты. Рюрик был сын Умилы, княгини священного для руссов острова Рюген. (Вспоминается из поэмы Елены Семёновой «Северная элегия»: «Очнулась поутру Умила/ И вспоминает странный сон./ Почудилось? Взаправду ль было?/ Лесная глушь со всех сторон»… Более известен по летописям сон Гостомысла: из чрева его средней дочери — Умилы — произросло великое древо.) Если посмотреть время года, Рим был основан близ Весеннего равноденствия (через 3,5 месяца после того, когда сейчас празднуем Р.Х.). Ладожский престол Рюриком был основан близ равноденствия Осеннего (за 3,5 месяца до Р.Х. — в день Рождества Пресвятой Богородицы).
Это далеко не единственный пример в истории, когда что-то симметрично чему-то. Случаям подобного рода, что называется, несть числа. Пожалуй, трудней указать пример значимого исторического события, у которого нет симметрии. Как правило, для наиболее значимых вех истории «зеркальной поверхностью» оказывается Рождество Христово. Однако существуют и другие зеркала времени. Может ли современная официальная историческая наука как-либо объяснить подобные факты? Разумеется, она может. И вот ее универсальный вердикт относительно всяческого такого: случайное совпадение.
Применимо ли объяснение такое для вышеописанного случая? Конечно же — применимо! И, посмотрите, какое тут у нас красивое совпадение получается: случайно согласились хором совпасть века, десятилетия, годы, месяцы… Ну, и тогда уж и обстоятельствам, сопутствующим на разных уровнях, тоже ничего не осталось делать, как только согласиться совпасть.
Кто силен в математике, может посчитать вероятность случайного совпадения в одну кучу всех этих случайных совпадений. Она получится астрономически малой. Астрономически в смысле, что для того, чтобы могло реально случиться что-то подобное, история человечества должна быть, пожалуй, сопоставима по времени с историей солнечной системы.
Историки, познакомившиеся с такими расчетами, бывает, начинают переписывать изложение своих фактов. То есть пытаются как-то замаскировать симметрию (то было на самом деле не совсем так, а это не совсем этак, и не вполне тогда и т.п.). или же просто заявляют с подкупающей гордой простотой: серьезная наука подобными вещами не занимается.
Эффект симметрии это лишь один из примеров (причем, признаем, один из наиболее экзотических) того, чем отказывается заниматься «серьезная» историческая наука. Несколько последних веков она вообще много чем отказывается заниматься. Так уж постановлено кем-то, что для «серьезных» историков не должно существовать, например, слоговых рун древних руссов. И даже для них «этрусское не читается». И вообще славянских племен (в т.ч. антов) не должно существовать в античную эпоху для «серьезного исследователя» и т.д.
Поэтому, может быть, некоторые полагают сегодня как бы уже не совсем приличным называться официальным историком. Считают, что настала пора как-то размежеваться с миром искусственных самодовольных ограничений. Недавно стартовала наука, назвавшаяся КЛИОДИНАМИКА (Клио, как всем известно, это муза истории). Последователи этой школы рассматривают историческое время не как безликий «прогресс», но как среду динамических интерференций воздействия духовных учений. То есть во главу угла ставится духовная составляющая, а не способы производства. Похоже, что за таким подходом будущее. Потому как он лучше чувствует прошлое».
Понятно, что не только Фоменко и его последователи, но и ряд других исследователей вроде меня и Дмитрия Логинова заметили массу нестыковок в истории.
Симметрия времени. «Возвратимся, однако, к эффекту симметрии. Конечно, если представлять себе время линейной инертной пустотой, абстрактной, как ньютоново пространство, — что может создать симметрию расположенных в нем событий, кроме как лишь случайность? Но, может быть, не случайно есть в русском языке устойчивое словосочетание: течение времени? То есть наш язык воспринимает время как среду, стихию, поток. Реальный поток отличается наличием турбулентностей (завихрений). Если в поток бросить камень, то симметричные волны разойдутся не только в направлении основного течения воды, но и в направлении противоположном. Аналогия очевидна.
Представим, происходит некое грандиозное событие, потрясающее умы. Рассмотрим даже просто материальный носитель ума, то есть мозг. Он представляет собой электромагнитный излучатель (вспомним ЭЭГ). Грандиозное событие произведет впечатление и мозг излучит соответствующую электромагнитную волну. Уравнение Максвелла для электромагнитной волны может быть представлено в виде f = f1(t — x/c) + f2(t + x/c). То есть математическая физика свидетельствует: информация, распространяемая посредством электромагнитного поля, передается как в будущее, так и в прошлое. Да и не только из Максвелла это видно. Борис Искаков, к примеру, еще в 1990 году заметил: «В уравнениях Шредингера есть описания так называемых антисигналов, которые как бы плывут по реке времени из будущего через настоящее в прошлое».
Пока это только общие рассуждения. Однако Дмитрий Логинов продолжает:
«Это математически-теоретически… а на практике? Практика давно научила радиолюбителей и, тем более, радиопрофессионалов расценивать получение запаздывающего и даже опережающего(!) сигналов как «обыденную мистику». Это радио. Во времена Христа его не было. А может ли наблюдаться что-то подобное без использования электроники? Наблюдалось. А именно, в Институте экспериментальной медицины Сибирского отделения АН СССР академиком Казначеевым проводились опыты по сверхчувственному восприятию. То есть один испытуемый должен был передать впечатление свое другому без каких-либо технических средств, а их разделяли тысячи километров. И — победили пространство, но даже и не это более всего изумило. Потому что нечаянно победили также и время: принимающий ощущал сигнал ДО того, как передающему было сообщено, что передавать! (Никто бы не поверил, наверное. Сами бы себе не поверили. Да только эксперимент был масштабный, международный, с участием западноевропейских и американских лабораторий. Необыкновенные результаты зафиксировали сотни участников.) Пожалуй, полотно истории можно уподобить орнаменту, живому, в котором каждая следующая фигура и подобна, и не подобна фигуре предыдущей. Такой орнамент под силу создать лишь мастеру. Историю как раз и ткет Мастер: промысел Божий. Предвзятая атеистическая установка на несуществование «для серьезных исследователей» знаковых симметрий дискриминирует в реальном историческом процессе самое, может быть, интересное.
Но возвратимся на побережье Ладоги. Оно и вообще хранит великое множество тайн. Доктор исторических наук Анатолий Кирпичников сообщает: «1 августа 1998 года, в последний день раскопок, которые проводила на Земляном городище в Старой Ладоге археологическая экспедиция Института истории материальной культуры РАН, студент Анатолий Трухин заметил… свинцовую печать диаметром около 3 см. Находка была столь необычной, что поразила даже специалистов. На лицевой стороне печати с незаурядным художественным мастерством представлена Богоматерь с Младенцем. Тонко проработано удлиненное лицо, глаза, нос, губы, голова, плащ на плечах. Среди многих сохранившихся печатей с этим сюжетом ладожская оказалась наиболее выразительной, выполненной по первоклассному иконописному образцу. На черно-белой макрофотографии, сделанной А. М. Клером, на глазах Богоматери и младенца проступили зрачки. Такая подробность на печатях замечается впервые. Надпись на печати гласит: «Матерь Божия, Богородица, помоги рабу твоему Леонтию, митрополиту Лаодикеи». Лаодикея упоминается в Библии». Упоминается, уточним, в книгах исключительно Нового завета. А именно, в Откровении Иоанна — знаменитое: «Ангелу Лаодикийской церкви напиши: так говорит Аминь, свидетель верный и истинный, начало создания Божия» (Откр 3:14). А также — четырежды — в Послании Колоссянам. А колоссяне, как это показано в работе Андрея Долгина «К вопросу об этнической принадлежности св. евангелиста Луки» (2011), это колоссаи — потомки скифского царя Колоксая.
И примечательно, между прочим, созвучие Лаодикия и Ладога. Этимологию того и другого названий можно представить восходящей к имени Лада. Она есть ипостась Макоши, как называли Богородицу древлеправославные скифы (надпись на ладожской печати, как упомянуто, начинается: «Матерь Божия, Богородица…»). Дабы почтить исконную землю Макоши, Рюрик приурочил основание своего ладожского престола к великому православному христианскому празднику Рождество Богородицы (заметим, задолго до того, как правнук его Владимир придал христианству на Руси статус государственной религии). Похоже, весь православный мир воспринимал престол в Ладоге как подножие Богородичного Престола Небесного. К нему паломничали митрополиты, как у католиков — кардиналы к апостольскому престолу в Рим».
Если продолжить рассмотрение двух топонимов, то их можно представить в таком виде: ЛАДЫ-ДИКИЯ и ЛАДО-ГА. Полагаю, что слово ЛАДА как теоним не было основой для данных топонимов.
Обсуждение. Прежде всего, хотелось бы отметить многогранность Дмитрия Логинова как исследователя. В своих статьях он выступил и как критик существующей историографии, и как специалист по трактовке исторических имён собственных, и как исследователь герба Гипербореи, и еще как аналитик по целому ряду научных направлений.
Я хотел бы обратить внимание на то, что я прежде не знал значения корня КРЕС. Теперь, благодаря Логинову, я понял, что это — ОГОНЬ. В таком случае ВОСКРЕСЕНИЕ есть ВОЗЖИГАНИЕ, ВОЗГОРАНИЕ, месяц КРЕСЕНЬ — ОГНЕННЫЙ, а ИСУ КРЕСЕНЬ — ОГНЕННАЯ СТРЕЛА (МОЛНИЯ). Слово КРЕСТ означает СОЛНЕЧНЫЙ ОГОНЬ, КРЕСАЛО — ОГНИВО.
Логинов напомнил, что ДОЩКИ есть русский синоним слова КНИГИ, и он догадался, что МАГОГ есть МАГУК, МАГ МАКАЖИ. Благодаря его напоминанию стало понятно, что МОСОХ — это маг МАСОК-МОСОК, а народ РОШЬ — это народ РОССИИ СКОТИИ. И тем самым стал понятнее этногенетический миф.
Правда, термин СОКОЛОВЯНЕ появился еще в неолите и у южных славян. Поэтому пока он дошел до Западной Европы, прошло время. А какой термин произносить, СКИФЫ или СЛАВЯНЕ — это дело предпочтения. Хотя и тут имеется определенная причина: слово СКИФЫ означает СКОТОВОДЫ, то есть, скорее, образ жизни, который, в связи с изменением природных условий или переходом на другие территории может измениться. Тогда как термин СЛАВЯНЕ/СОКОЛОВЯНЕ означает почитание Яра в орнитоморфном образе СОКОЛА. Понятно, что религиозный термин предпочтительнее.
Проблема этногенетического мифа пока еще не вполне разработана. Мифы пока чаще всего берутся в плане их уже готового результата, и историографы с них начинают историю того или иного этноса. Хотя мифы возникают гораздо позже самого события, когда само событие стёрлось в народной памяти, и представляют собой определенную форму народного творчества, где события группируются не по хронологии, и не по степени значимости для судеб этноса, а по логике мифа. Миф как народная точка зрения на историю играет важную роль в этнической идеологии, однако, на мой взгляд, он не должен быть источником той или иной историографии. Миф непременно должен быть научно препарирован, а не воспринят как он есть, без научного анализа.
Помимо этногенетического мифа Дмитрий Логинов затрагивает и проблему религиозного мифа, весьма болезненную для верующих. Время создания, божественные персонажи, авторы сакральных повествований (для христианства — апостолы), изъятия и дополнительные вставки религиозного текста, комментарии — всё это пока монополизировали культовые организации, причём на уровне высших церковных иерархов, так что даже обсуждение таких проблем открыто, бывает возможным в очень небольшие промежутки времени. Дмитрий Логинов нашел такой период открытого обсуждения. И показал, что даже в богослужебных христианских книгах имеются добавления анонимных авторов (а это уже сакральный подлог).
Весьма болезненным для науки является и проблема выявления «кабинетных мифов», то есть, непроверенных допущений учёных, которые даже после косвенных или прямых демонстраций их ложности, продолжают циркулировать в науке. Дмитрий Логинов не боится ставить и эту проблему: «Намеренное извращение истории тоже суть часть исторического процесса и должно быть исследовано». И потому весьма важным я считаю такой его научный комментарий: «Церковные книги на старославянском (точней — словенском) — наиболее древние среди всех вообще христианских книг. Сей факт известен весьма немногим, но это не мешает ему быть фактом. Найдется очень и очень мало церковнослужебных текстов, которые могли бы поспорить по древности с написанными на языке наших предков. Имеется в виду, естественно, не оригинал, который у всех один, а задокументированная дата начертания конкретного извода».
Сопоставляя западную историографию с отечественной, а также западные изводы христианских книг с отечественными, я бы добавил, что, в силу строгости русского ведизма и раннего христианства с одной стороны, и в силу многообразия подходов западных историков и религиозных философов и богословов, наши книги по истории и наши изводы Библии подверглись меньшим деформациям, чем западные. Так что Дмитрий Логинов прав не только в частностях, но и по крупному счёту.
Дмитрий Логинов не зря напоминает о таком названии Велесовой книги, как ДОЩКИ. По всей видимости, Миролюбов сделал несколько поспешное заключение, назвав данное произведение «Велесовой книгой». Она не «Велесова», и не «книга» в привычном для нас смысле слова. Не «Велесова» она потому, что Велес — это славянский бог удачи, а в данном произведении описаны скорее неудачи в исторической судьбе какой-то части славян; упоминание Велеса автором в начале повествования связано с тем, что автор пожелал удачи себе в плане достоверного изложения истории, так что оно относится как бы к «Предисловию автора», но не к «Введению» в смысл произведения. И не «книга», поскольку книги делятся на кодексы и свитки (последние в античности); глиняные таблички, бересту и дощки называть книгами пока не принято. Правда, рабочее название «Велесова книга» пока закрепилось, и я не призываю к его замене, однако читатель должен понимать суть дела.
В связи с тем, что святой Константин Великий родился на территории нынешней Сербии, уместен вопрос: какую версию христианства он проповедовал и узаконил? Я уже не говорю, что в связи с хронологическими сдвигами в западной историографии, возникает вопрос: а когда он жил реально? — До знакомства со статьями Дмитрия Логинова такие вопросы не возникали.
Незнаком мне был и термин «Клиодинамика». Википедия пишет о нём: «Клиодинамика — междисциплинарная область исследований, сфокусированная на математическом моделировании социально-исторических процессов. Название происходит от имени Клио — музы истории и героической поэзии в греческой мифологии. Термин предложен П. В. Турчиным в 2003 году. Среди ученых клиодинамика не получила общего признания и является спорным дискуссионным подходом. Значительный вклад в развитие клиодинамики внесли Л. И. Бородкин, Джек Голдстоун, П. В. Турчин, Г. Г. Малинецкий, С. П. Капица, Ю. Н. Павловский, А. В. Коротаев, С. Ю. Малков, С. А. Нефёдов, А. В. Подлазов, Хайнц фон Фёрстер, С. В. Цирель и др..
Основной задачей клиодинамики является выявление и исследование исторических закономерностей на основе анализа долговременных социальных процессов. Согласно публикациям основоположников клиодинамики к настоящему времени основными достижениями можно считать разработку математических моделей «вековых» социально-демографических циклов и достаточно успешное математическое моделирование долгосрочного развития Мир-Системы.
По мнению П. В. Турчина, клиодинамика вырастает из клиометрии, нуждается в ней как в поставщике «сырья», эмпирических данных, но и клиометрия нуждается в дисциплине, подобной клиодинамике, как в источнике теорий и моделей, направляющих эмпирические исследования». Согласно публикации научного журналиста Лаура Спинни в «Nature», большая часть учёных-историков относятся к клиодинамике глубоко скептически, оценивают перспективы клиодинамики критично и не уверены в возможности успешного применение её методов в исторической науке. Некоторые, как Сергей Капица подчеркивали, что «общие вопросы применения методов математики к общественным явлениям также требуют большего внимания и понимания» и во многих случаях «речь может идти лишь о качественном, „мягком» моделировании». Калифорнийский «The Institute for Research on World-Systems», поддерживает научный журнал, посвященный клиодинамике, в редакционную коллегию которого входят Рэндалл Коллинз и Кристофер Чейз-Данн».
Что касается Турчина, то о нём сказано следующее: «Пётр Валентинович Турчин (род. 1957, Москва) — американский ученый советского происхождения, специалист в области популяционной динамики и математического моделирования исторической динамики (клиометрии и клиодинамики). Руководил несколькими крупными экологическими проектами. Особо важный вклад здесь им был внесён в разработку математических моделей «вековых» социально-демографических циклов, в том числе с использованием социологической теории Ибн Хальдуна. Именно П. В. Турчиным было впервые предложено понятие «клиодинамика».
Что касается экономических циклов, то их исследовал наш знаменитый профессор А.Л. Чижевский. А Сергей Петрович Капица « — создатель феноменологической математической модели гиперболического роста численности населения Земли. Впервые доказал факт гиперболического роста населения Земли до 1 года н. э.. В последние месяцы своей жизни писал работу по демографии. Считается одним из основоположников клиодинамики» (Википедия).
Новым для меня оказалось и утверждение Дмитрия Логинова о том, что «ортодоксальное христианское учение непременно включает антииудаизм». В современном изводе Библии на это нет и намёка. Не знал я и о передаче Леонтием Филипповичем Магницким «народной математики». Оказывается, была и такая!
Наконец, Дмитрий Логинов показал, что в каком-то отношении Ладога (Старая Ладога) равнозначна Риму. Разумеется, это меня заинтересовало настолько, что следующую статью я решил посвятить только ей.
Заключение. Знакомство с произведениями Дмитрия Логинова расширяет познание и ставит ряд новых проблем, научная значимость которых несомненна.
Литература
- Долгин Андрей. К вопросу об этнической принадлежности святого Евангелиста Луки. Сайт http://svainstitute.ru/stati/ob-etnicheskoy-prinadlezhnos.html
- Кэролл Р. Бирбауэр. Парадокс богов. Адрес статьи: http://xpectoc.com/issledovaniya/apokrificheskie-pisaniya/antitezy/
Комментарий к статьям Дмитрия Логинова
Чудинов В.А.
Дмитрий Логинов пишет интересные статьи и лекции в духе Северной традиции. Поэтому его сочинения мне читать весьма интересно.
Северная традиция не так давно создала Институт северной традиции, который о себе заявляет так: «Институт богословия Русской Северной Традиции осуществляет, в рамках общей работы Славянской Всемирной Академии, следующие виды деятельности: Научно-исследовательскую. Ее результаты представлены в публикуемых нашими сотрудниками книгах, статьях, сообщениях на конференциях. Преподавательскую.