Наше солнышко, земной небожитель — Чудинов. Исследования

Рецензия на работы А.И. Асова

В.А. Чудинов

С именем Александра Игоревича Асова (Барашкова) связан большой вклад в исследование славянской мифологии. Прежде всего, он не побоялся опубликовать «Велесову книгу» (ВЕЛ), а в дальнейшем отстаивал подлинность исходных дощечек; он творчески переработал народное мифопоэтическое творчество в сборник мифов «Звездная книга Коляды» (РВЗ); он привлек массу иллюстраций как из бывшего славянского храма города Ретры в нынешней земле Мекленбург (Германия), так и своего собственного изготовления в книге серии «Златая цепь» (АСЗ); он обратил внимание на славянское узелковое письмо (БУП) и попытался определить значение ряда его знаков. Он также — автор ряда статей, посвященных «Боянову гимну», надписи на памятнике Бусу и другим источникам древней славянской истории и мифологии; он пересмотрел резко отрицательное отношение научной общественности к деятельности собирателя древностей XIX в. Сулакадзева. Короче говоря, его усилия можно только приветствовать. Вместе с тем, понимая всю грандиозность поставленных им перед собой задач, хотелось бы обратить внимание на некоторые детали его деятельности, которые вызывали и продолжают вызывать настороженное, а в ряде случаев и резко отрицательное отношение к полученным им результатам.

Рис. 1. А.И. Асов во время выступления в Красной Поляне, лето 2005 года

Фотография. У А.И. Асова имеется ряд фотографий, сделанных по его просьбе, в том числе и в виде русского волхва. Там он предстает перед читателем в виде весьма уверенного в себе исследователя. Однако я бы хотел дать свою фотографию, сделанную во время его выступления в Красной Поляне в июле 2005 года на конференции по славянофилам. Обратим внимание на его неуверенную позу, на опущенные глаза, которые он боится поднимать на слушателей, на его желание постукивать по столу левой рукой, как бы ища дополнительной опоры. Это — портрет человека, готового к тому, что его начнут разоблачать, если не тут же, то через какое-то время. Очевидно, он уже тогда понимал, что его развенчание — не за горами. К сожалению, в данном очерке это будет сделано, причем рядом лиц, и я — лишь замыкающий в этом строю.

Позиция А.И. Асова. Открыв свой сайт, А.И. Асов о себе заявил, что он является «автором 30 книг по древней славянской истории и культуре, а также романов, повестей, рассказов, поэзии. Общий тираж книг более 3,5 милионов экземпляров» (АСС, с.1). Цифра, безусловно, впечатляет. Миллионными экземплярами в советское время печатали разве что сочинения В.И. Ленина. Неужели А.И. Асов столь же читаем и почитаем? Сделав грубую прикидку, получаем, что каждая из 30 книг имела тираж примерно в 110 тысяч экземпляров. Тоже дух захватывает. Тем не менее, в этой области легко сделать не прикидки, а точные подсчеты. Возьмем, например, одно из первых изданий «Велесовой книги», ВЕЛ (1994). Тираж — 5 000 экз. Возьмем более свежее ее издание, АТК (2001). Тираж — 5 000 экз. Так что если даже было 20 изданий «Книги Велеса» (в чем тоже есть сомнения), это дает всего 100 тысяч. Можно, конечно, приплюсовать издание книги «Мифы древних славян» (МДС), куда в качестве одной из пяти работ была помещена «Велесова книга» за подписью Бус Кресень; там был тираж в 100 тысяч экземпляров. В сумме это дает 200 тысяч. Но это — основная тема публикаций А.И. Асова, и, следовательно, его основные тиражи.

Другие книги: «Златая цепь» (1998), АСЗ — 8 000, «Русские Веды» (звездная книга Коляды), РВЗ — 1 000, «Атланты, арии, славяне» (2000), ААА — 7 000, «Славянская астрология» (2001) — 7 000. Усредняя, опять получаем около 5 000 экз. Если таких книг чуть больше 20 наименований, опять выходим на цифру порядка 100 тысяч экз. Так что в целом получаем порядок величины около 300 тысяч экземпляров. Такую цифру (а именно 355 тыс. экз.) А.И. Асов называет как сумму более 20 изданий «Велесовой книги» и «Боянова гимна». У меня возникает впечатление, что такова реальная цифра всех тиражей всех книг А.И. Асова. Иными словами, первая из приведенных им цифр завышена в 10 раз. Таков масштаб, мягко говоря, «неточности». Иными словами, на 10% истины — 90% фантазии.

Но впечатляет не только это. Переиздавать две книги в буквальном смысле двадцать раз за период с 1993 по 2006 год, то есть, раз в 7,5 месяцев — для этого действительно нужно большое мужество и недюжинный талант. Вероятно, только это достижение достойно занесения в книгу рекордов Гиннеса. Правда, возникает вопрос — какое это имеет отношение к науке? Не является ли это элементарной PR-кампанией?

Был ли перевод? Среди эпиграфов к изданию «Тайны книги Велеса» мне очень нравится мнение доктора Радмило Мароевича, декана филологического факультета Белградского университета: «Велесова книга, переведенная на русский язык А.Н. Асовым, — это памятник, значимый для культуры и для исторического самосознания славян» (АТК, с. 3). Во-первых, тут Асова зовут не Александром Игоревичем, а, возможно, Александром Николаевичем, ибо он тут А.Н. Этому не следует удивляться, ибо то он был А.И. Барашковым, потом стал Бусем Кресенем, теперь он уже А.Н. Асов. Конечно, это личное дело автора, как ему себя позиционировать, но угнаться за изменениями имени данного исследователя весьма сложно.

Далее, мне было приятно узнать, что перевод был сделан именно А.И. Асовым, а не А Куренковым. Хотя, честно сказать, в первых изданиях «Книги Велеса» я никаких отличий между этими переводчиками не нашел. Более того, сам А.И. Асов писал, что «За основу бралась публикация текста А. Куренковым. Разночтения с текстами из копии Ю.П. Миролюбова отмечались» (ВЕЛ, с. 255). Да и на обсуждении в 2003 году украинского издания «Книги Велеса», подготовленного Галиной Лозко, многие участники критиковали А.И. Асова именно за отсутствие самостоятельного перевода этой книги. Так что до 2001 года А.И. Асов просто честно опубликовал перевод А. Куренкова — Ю.П. Миролюбова за своей подписью. Ибо покойники опротестовать свои права уже не могли.

Но, возможно я не уследил за разными изданиями этой книги. Так, Л.С. Клейн отмечает: «В 1990-е годы некто Бус Кресень (он же Асов или А.И. Барашков) опубликовал новый вариант «Велесовой книги», заявив, что именно этот является единственно правильным переводом текстов Миролюбова. Однако в каждом издании (1994, 2000) этот «канонический» текст тоже менялся. Фактически читатель получил еще одну Велесову книгу» (КЛЕ, с. 116). Так что правка текста все-таки происходила, но негласно. А вот какие слова не устраивали А.И. Асова, почему, как их следовало изменить — об этом ни слова. Но так в науке к публикации источников не подходят.

Л.С. Клейн дает весьма сильную критику взглядов А.С. Асова. Говоря об интерпретации последним славянских богов, он замечает: «Итак, дремуче древним славянам автор писаний приписывает веру во Всевышнего, Дух Божий и Слово Божие, знание египетского бога солнца Ра (где Египет, а где первобытные славяне!), и индийский термин Веды (неизвестный как обозначение священных книг нигде, кроме Индии). Барма (видимо, от древнерусского слова «бармы» — оплечье в княжеском облачении) напоминает же индийскую «карму», но умеет барматать-бормотать исконно славянские молитвы… Я опущу славянские мифы, в которых фигурируют неизвестные славистам боги Вышний и Крышний (читатель, конечно, легко узнает индийских Вишну и Кришну, а как они попали к славянам, пусть специалисты гадают). Еще немного о Перуне. Перуна родила от бога Сварога матерь Сва, съев щуку Рода. Когда Перун был еще младенцем, на землю русскую пришел Скипер-зверь. … Имя германского бога Одина и римского императора Траяна, вошедшего в балкано-славянский фольклор, в Велесовой книге Асова объединены и «систематизированы» очень по-русски: потомками праотца Богумира являются «братья Один, Двоян и сын Двояна Троян» (АСБ, с. 259). Тогда уж надо было Одина переделать в Одиняна, но получилось бы слишком по-армянски. Историческое повествование «Велесовой книги» — о первом Киеве на горе Арарат (в четвертом тысячелетии до н.э.), Москве как первом Аркаиме (второй — на Урале во втором тысячелетии до н.э.), об отце Яруне-арии, герое Киське, стране Русколани и прочее — я здесь разбирать не буду. Об их фантастичности и несуразности достаточно сказано историками. Это — ура-патриотическая белиберда» (КЛЕ, с. 116-121).

Согласен, что очень многие из положений Велесовой книги весьма трудно принимать на веру, требуются научные доказательства. Асов их не дает. Следовательно, пока эти положения весьма гипотетичны. Но я бы хотел поговорить о том, что можно проверить уже сегодня. Например, можно проверить правильность атрибуции имен и изображений.

Кто такая Матерь Сва из Велесовой книги? В «Велесовой книге» мы встречаем персонаж по имени «Матерь Сва». Сомневаясь в подлинности этого литературного источника, один из его критиков, М.Л. Серяков писал: «…следы Яви, Нави и Прави в русской культуре полностью отсутствуют. То же следует сказать и о богине Сва-Мать. Русский эпос знает Мать Сыру землю, но о Сва-Матери, играющей достаточно большую роль в «Велесовой книге», не имеется абсолютно никаких сведений» (СЕР, с.8). Попробуем теперь разобраться, насколько прав этот критик.

О Матери Сва мы читаем в отрывке II 7е: «И вот матерь Сва бьет крылами по бокам своим с двух сторон, как в огне вся сияя светом. И все перья ее — иные: красные, синие, рыже-бурые, желтые и серебряные, золотые и белые. И так же сияет, как Солнце-царь, летает она в Ясуни, и так же сияет седьмой красой, завещанной от богов» (ВЕЛ, с.15). В разделе II 7 з: «...Рано или поздно наступит время последнего конца, и пусть мы будем иметь силу нашу во степи Матери Солнца-Сва. Она крылья распускает во все стороны, а тело Ее в середине, а голова в Ясуни. Она не может ее лишиться в сече» (ВЕЛ, с. 55). I 8 а: «Посмотрите вокруг — увидьте птицу ту на челе вашем! И та птица поведет вас к победам над врагами. И вот вы с птицей Сва, и потому победите» (ВЕЛ, с. 61). II 7 э: «И рекла Сва в поле нашем, и била крыльями Матерь сва, и пела песни к сече. И та птица не есть царь Солнца, но она — та, которая от оного восстала» (ВЕЛ, с. 61). I 2 а: «И вот птица Матерь Сва поет о дне том. И мы со всеми ждали время это, когда завращаются сварожьи колеса. Это время вслед за матерью Сва придет. Говорили мы матери Сва, когда терпели беды: ‘хорошо обороняй землю нашу!‘» (ВЕЛ, с. 71). Хотя о матери Сва упоминается и в других фрагментах, сказанного вполне достаточно, чтобы понять, что Матерь Сва есть птица с разноцветным оперением, которая садится на голову воинов и расправляет крылья. Песни она свои поет к битве. И хотя она сияет как Солнце, но она не являет собой Солнце, а, напротив, «от него восстала».

Так кто же такая Матерь Сва? Согласно А.И. Асову, Матерь Сва есть «Священная птица, инкарнация Великой Матери. В санскрите «сва» означает: самосущий. То есть Матерь Сва — значит: Сама Матерь, Сущая Матерь» (ВЕЛ, с. 277). Нас настораживает обращение к санскриту — разве нет понятных славянских объяснений? Они есть, причем там же, где говорится о Матери Сва. Итак, вот первое: «И Матерь Слава крылами бьет. Идем мы под наши стяги, и это — стяги Ясуни» (ВЕЛ, с.15). Таким образом, Матерь Сва — это Матерь Слава. Второе: «Матерь Слава сияет в облаках, как солнце, и возвещает нам победы и гибель… И так слава отцов наших придет к Матери Славе, и пребудет в ней до конца веков земных и иной жизни. И с этим мы не боимся смерти, ибо мы — СЛАВНЫЕ потомки Дажьбога…» (ВЕЛ с. 69). Третье: «Мы молили Патера Дыя, чтобы он низверг огонь, чтобы он позволил Матери Сва славу принести на крыльях своих праотцам нашим» (ВЕЛ, с. 87). Тем самым, сомнений больше не остается: Матерь СВА — это русская средневековая аббревиатура другого названия, Матерь СЛАВА, не что иное как С(ЛА)ВА. Ни о какой другой «матери» в тексте «Велесовой книги» не говорится. В таком случает ни о каком толковании с позиций санскрита тут не может быть и речи. Но, напротив, можно говорить об определенной небрежности переводчика, не заметившего такого очевидного промаха.

Следовательно, М.Л. Серяков прав в том смысле, что Матери Сва в русской мифологии не существует. Но вместе с тем, правота эта не абсолютна. Мы знаем в русской мифологии птицу, которая предвещает будущее и, в частности, воспевает славу. Имя этой птицы — Гамаюн. «Гамаюн — вещая птица, посланница славянских богов, их глашатай, поющая людям божественные гимны и провещающая будущее тем, кто умеет слышать тайное. Когда летит Гамаюн, с востока солнечного приходит смертоносная буря. Гамаюн все на свете знает о происхождении земли и неба, богов и героев, людей и чудовищ, птиц и зверей», читаем мы в «Словаре славянской мифологии» (ГРУ с. 80). Недаром в «Велесовой книге» имя ГАМАЮН не употребляется: оно было бы излишним, поскольку Гамаюн фигурирует под именем СЛАВЫ.

Имя ГАМАЮН выглядит не славянским. Это так, поскольку, по нашему мнению, произошло искажение его фонетической формы; первоначально оно должно было выглядеть как ГАМ-БАЮН. Слово ГАМ означает ПЕСНЬ и родственно греческому слову ГИМН; глагол БАЯТЬ означает ДЕКЛАМИРОВАТЬ СТИХИ или ПЕТЬ ПЕСНЬ; из сказок известен, например, разговорчивый КОТ-БАЮН. Следовательно, ГАМБАЮН есть ПЕСНОПЕВЕЦ. Но тот же смысл содержит и выражение СЛАВОСЛОВИТЬ; СЛАВА и есть ХВАЛЕБНАЯ ПЕСНЬ, ГИМН. Поэтому птица СЛАВА и есть птица ГАМБАЮН в смысле ПЕВЕЦ ГИМНА, это слова-синонимы.

Но почему птица зовется матерью? В одном из наших исследований (ЧУМ) мы показали, что слова СЛАВЯНЕ через длинный ряд видоизменений восходит к слову СОКОЛ. Княгини еще в средние века обращались к мужьям со словами СОКОЛ ТЫ МОЙ ЯСНЫЙ! Падающий сокол был символом киевских князей и изображался в качестве княжеского знака. Понятно, что сокол должен был восприниматься как мифологический отец всех славян. Но в таком случае слово СЛАВА, являющееся далеким потомком слова СОКОЛ, должно было восприниматься как обозначение мифологической матери славян. Тем самым на смену СОКОЛУ ЯСНОМУ пришла СЛАВА из ЯСУНИ. О СОКОЛЕ в «Велесовой книге» не упоминается вовсе.

Таким образом, М.Л. Серяков отчасти не прав: птица СЛАВА славянской мифологии известна под именем ГАМАЮН, а матерью СЛАВЯН она становится по созвучию с СОКОЛОМ, ибо у племени СОКОЛ был покровитель в виде «отца» СОКОЛА. Но он прав в главном: никакой Матери Сва у славян не было! Что же касается Матери СЛАВЫ, то этот мифологический образ является вытеснением образа ГАМАЮНА аналогичной по смыслу птицей, причем слово МАТЬ введено для вытеснения понимания СОКОЛА как мифологического отца всех славян. Тем самым, не решая вопроса о подлинности или подложности самой «Велесовой книги», можно отметить, что ее издатели проявили определенную небрежность в изложении текста, создав очередного «поручика КИЖЕ», и проинтерпретировав его как индийское божество.

Велесова грамота. «Велесова книга», если она подлинная, является важнейшим историческом источником не только мифологии, но и языка, и письменности славян. О языке книги сейчас говорить не хотелось бы, это отдельная тема, но о письменности говорить было бы возможно, если бы был полностью воспроизведен с хорошим увеличением единственный сохранившийся лист, передающий вырезанные знаки одной из дощечек. К сожалению, весьма мелкий шрифт на фрагменте этого листа воспроизведен лишь на шмуцтитуле, так что сравнивать с ним тот шрифт, которым набраны все левые страницы текста книги, крвйне сложно. Но на первый взгляд кажется, что более широкий и полужирный шрифт Асова, примененный им при компьютерной верстке книги, отличается от кириллицы больше, чем «велесовица», так что все выводы об особом отличии велесовицы от кириллицы основаны отчасти на анализе не велесовицы, а шрифта Асова.

Рис. 2. Сопоставление «велесовицы» и «асовицы»

Возьмем, к примеру, первую строку книги и сравним со шрифтом Асова (ВЕЛ, с. 62), рис. 1. Мы увидим, например, что у буквы В середина полукружий не касается мачты и округла, тогда как у Асова нижнее полукружие В треугольно и касается мачты; у Л велесовицы наклонная часть прогнута и идет круто вниз, тогда как у Асова буква шире и наклоная часть прямая; вместо округлого Е велесовицы с широким низом и узким верхом Асов предлагает треугольную букву с равными размерами верха и низа; вместо широкой центральной диагонали буквы S велесовицы Асов делает более крупными верхнюю и нижнюю диагонали; нет более высокой мачты слева у букв К и Н Асова, хотя это есть у велесовицы и т.д. Короче говоря, шрифт «Велесовой книги» в определенной степени искажен Асовым.

А в примечании, в разделе «Велесова грамота» Асов, ища предшественников своей деятельности, называет Г.С. Гриневича, полагая, что «ученые-одиночки сумели добиться впечатляющих результатов» (ВЕЛ, с. 224). Говорить о книге, на 87% посвященной исследованию неславянской письменности как о труде по исследованию славянского письма, несерьезно. Гриневич выступил как продолжатель Тадеуша Воланского, который тоже, хотя и прочитал несколько «славянских» надписей, но прежде всего пытался ославянить этрусские тексты. Правда, он читал буквами, а Гриневич — слогами. Но результат от этого не изменился: он неприемлем.

Впрочем, А. И. Асов — горячий поклонник творчества Г.С. Гриневича. В комментарии к «Велесовой книге» он пишет: «Согласно недавно опубликованной работе Г.С. Гриневича, автора книги «Праславянская письменность», М., 1993 г., предки славян знали письмо в древнейшие времена. Эта работа — пионерская для этого направления науки. Однако, его книга носит скорее популярный, чем строго научный характер. Поэтому не все его выводы достаточно подкреплены доказательствами. Надеюсь, это будет сделано в дальнейшем» (ВЕЛ, с. 224). Мы не только полностью согласны с оценкой работы как популярной и малодоказательной, но считаем, что А.И. Асов высказался еще весьма деликатно. «До исследований Г.С. Гриневича попытки дешифровки надписей предпринимались Н.В. Энговатовым. Истоками славянской письменности занимался и В.А. Истрин, в ХIХ в. Чертков» (ВЕЛ, с.224). Как видим, Асов прав, однако он не называет две ключевые фигуры, которые ставят под сомнение пионерство Гриневича: И.А. Фигуровского и Н.А. Константинова. Это показывает, что Асов не занимался глубоким анализом истории дешифровки.

«В работе Г.С. Гриневича показано, что эта письменность была слоговой, а не буквенной, как кириллица. То есть каждому знаку письма соответствовал слог» (ВЕЛ, с. 114). Опять мы сталкиваемся с незнанием Асовым истории дешифровки: как мы показали в одной из наших работ, мысль о слоговом характере письменности была высказана задолго до Гриневича Эпштейном, Константиновым и Монгайтом. Перечислив те неславянские надписи, которые попытался прочитать по-славянски Гриневич, Асов замечает: «Все эти записи, по мнению Г.С. Гриневича, были сделаны на праславянском языке. Также он сделал вывод, что прямым наследником этих древнейших письмен можно считать восточнославянское письмо V-Х вв. типа «черт и резов». Все эти выводы, во многом гипотетичные, еще не признаны официальной, академической российской наукой. Но тем не менее, вопрос о происхождении восточнославянской письменности типа «черт и резов», как я полагаю, ученым поставлен верно. Время покажет кто прав: Гриневич, либо его оппоненты» (ВЕЛ, с. 224-225). На наш взгляд, время уже показало, что Гриневич неправ: протоиндийские, этрусские, критские, хазарские, дьяковские, германские надписи не были сделаны на праславянском языке. Славянское слоговое письмо явно шире по своим возможностям того, которое Храбр называл письмом типа «черт и резов», и обслуживало оно всех славян, а не только восточных, а прежде, видимо, и всех индоевропейцев. Так что «вопрос» Гриневичем тоже поставлен неверно. Ну, и слоговое письмо отнюдь не ограничивается рамками V-Х веков.

При анализе букв «велесовицы» Асов пишет: «Заметим, что славянское имя Гермеса — Велес. Напомним и предположение Г.С. Гриневича, который после изучения памятников древней письменности и иных источников пришел к выводу, что пеласги, а затем и критяне, были праславянами. То есть мы не можем утверждать, что эти буквы имеют греческое происхождение, они могут быть и исконно славянскими. Подробное изложение упомянутых выше теорий и гипотез может стать предметом крупного исследования. Здесь же скажу только, что они основаны на ограниченном археологическом материале, а зачастую и на мифах, не только древних, но и рожденных пером современных исследователей. Более правдоподобными мне представляются исследования Гриневича. Но я убежден, что тут необходима работа не одного подвижника, а крупной научной школы» (ВЕЛ, с. 226-227). На наш взгляд, Г.С. Гриневич — именно один из современных мифотворцев, чьи выводы как раз не правдоподобны, а весьма фантастичны.

Завершив рассмотрение всех знаков «велесовицы», Асов приходит к выводу: «Итак, получилось, что многие буквы, имеющиеся в велесовице, являются общими для ряда алфавитов Древнего Мира» (ВЕЛ, с. 230). На наш взгляд, это совсем не так, ибо отличие «велесовицы» от кириллицы не выходит за вариации начертаний самих букв кириллицы, равно как и отличие более далекой от кириллицы «асовицы». Увы, мы вынуждены отметить, что А.И. Асов плохо знаком со славянской кирилловской палеографией.

Чтение надписи Буса. Александр Асов, весьма увлечен также изучением русских рунических знаков, которые, однако, он называет «пеласго-фракийскими» и читает написанные на них тексты. Его наиболее интересным исследованием является получение им чертежей памятника легендарному русскому князю Бусу, казненному на Кавказе в четвертом веке н. э. Деятельности Буса он посвятил специальную статью (АЛБ) а затем опубликовал заметку с чтением надписи на памятнике (АПБ с. 181-185). Надпись просматривается плохо, хотя прочитать ее возможно, рис 4-14. Заимствована она из книги немецкого ученого Гульденштадта, путешествовавшего в 1771 году по Кавказу (GUL),.

Рис. 3 Наша попытка чтения текста (на базе значений Сулакадзева) на памятнике Бусу

Асов полагает, что «надпись эта выполнена той же руникой, что и текст Боянова гимна» (АПБ, с. 185, АТБ, с. 42). Нам, однако, кажется, что при общей основе этих двух графических документов, между ними есть определенное различие, например, появился знак g, который тут читается как М, несмотря на присутствие еще по меньшей мере двух совершенно непохожих на него и между собой знаков «Боянова гимна», читаемых как М. Общий вид надписи и нашу попытку транслитерации по Сулукадзеву (значения знаков из «Боянова гимна») можно видеть на рис. 2.

Асов сопровождает статью только переводом (рядом мы даем свой перевод):

ВОТ БУЙНЫЙ БУС

О-О-М! БОГ МОЙ! ОМА,

О-ОМ ХАЙЕ! О-ОМ ХАЙЕ! ОМА, ХАЙ!

О-ОМ ХАЙЕ! ОМ-ОМ!

ПОПЛЫЛ К ТЕБЕ МОЙ ЦАРЬ! ПОПЛЫЛ ОТ ТЕБЯ ЕЕ ЦАРЬ!

ВЕРЬТЕ — ВЕРИТСЯ —

ТОТ БУС БЫЛ ЛУЧШИМ БУСОМ! ТОТ БУС ЛУЧШИЙ,

БУСЕ — ПОБУД РУСИ БОЖИЕЙ ТО ЛУЧШИЙ БОГ,

РЕК О БУСЕ БОЯН БОГ ЛУЧШЕ БОЯНА,

5875, 31 ЛЮТЕНЯ БОЯННЫЙ БОГ.

ТРОЕ ЛИШЬ С РУСИ,

А ИНЫЕ БРЕННЫ.

ОТ БОЯНА, О БУС! АС!

Простейшее сравнение показывает, что при общем совпадении смысла у Асова пропал ряд строк. Прежде всего само название памятника ВОТ БУЙНЫЙ БУС. Затем очень важный фрагмент о трех живых богах из Руси, а остальных погибших, и о том, что хотя Бус лучше Бояна, но он Боянный бог, бог от Бояна. Далее, Асов вставляет непонятную строку насчет того, что Бус был лучшим Бусом — разве их было несколько? Наконец, добавлена строка о том, что Боян говорил о Бусе, хотя из текста ясно, что Боян это бог. Словом, вольности в переводе весьма велики. Но самое большое недоумение вызывает, разумеется, дата. Вообще в археологии датированных источников весьма немного, так что любая датировка приковывает пристальное внимание исследователей, и эта сторона дешифровки должна быть отделана наиболее тщательно. Здесь же эпиграфист спокойно вынимает дату из рукава, не просветив озадаченного читателя, как ему удалось проделать этот фокус. Ведь ничего похожего ни на слова-числительные (кроме слова «трое»), ни на буквы, цифры или иные счетные знаки в тексте нет! Да и датирование скульптурного памятника с точностью до дня — вещь даже в наши дни неизвестная! Словом, на наш взгляд, нормальный процент фантазирования, присущий любым чтениям, здесь явно завышен.

Но нельзя удержаться от указания и на явную нелепицу: на полученную «дату» в виде 31 лютеня 367 года (АПБ, с.185). Сам же Асов в другой статье, где он выступает под своей подлинной фамилией, Барашков, пишет: «30 лютеня (добавляется в високосном году). День Кащея. В русском православии — день святого Касьяна» (БАК, с. 116). Так что 31 лютеня — это примерно то же самое, что 30 февраля, это какой-то «сверхвисокосный» год, каких, разумеется не бывает. Тут уже веет чем-то инфернальным, неким «мартобрем», как в «Записках сумасшедшего» Гоголя. Но и при переводе этой даты в христианскую, для чего надо прибавить только 21 день, Асов получает уже не 367-й, а 368-й год. Воистину: чудесны дела твои, Господи!

Что же касается графики, то буква П здесь того же вида, что и на другом памятнике, «Бояновом гимне», тогда как следующий знак может быть понят как перевернутый слоговой знак ВО, у которого теперь вирам стоит справа (а если его перевернуть в нормальное положение, он окажется слева), так что надо читать согласный звук. Если бы знак ВО стоял в нормальном положении, он бы читался ВО, но он перевернут, и, следовательно, должен читаться БО, а с вирамом как Б. Буква Е, видимо, греческая. Буквы Й и Н соединены в лигатуру, на конце стоит Е, что дает чтение БЕЙНЕ; конечный звук Й на письме не обозначен, как это характерно для слоговых надписей. Вместо БУС написано QС. Итак, мы видим смесь греческих букв со слоговыми знаками, что можно характеризовать лишь как некоторую промежуточную систему письма между греческой и славянской, но не как особую «пеласго-фракийскую рунику». Как видим, здесь мы встречаемся с крайне небрежным выполнением чтения оригинального текста, с домыслами от себя, приводящими к явным нелепицам.

Иллюстрации из книги А.Г. Маша. С книгой А.Г. Маша (MAS) А Асов, судя по некоторым моментам, познакомился из статьи Антона Платова в сборнике (ПЛА, с. 9-28). Каково же было наше удивление, когда в ссылке Платова на эту работу Андреас Готтлиб Маш стал человеком по имени Андреас, и с фамилией Готтлиб (ПЛА, с. 9), а название трансформировалось с «Богослужебные древности оботритов из храма Ретры на Толленцком озере» в «Богослужебные Оботритов», да еще с ошибкой в слове Dienst, которое было передано как Dienft. Из этого сразу следовало, что автор данной заметки находится не в ладах с немецким языком. Еще большее удивление вызвала фраза Платова: «Среди значительного количества надписей могут быть прочитаны только две, постоянно повторяющиеся, rhetra и radegast» (ПЛА, с. 11) . Судя по тому, что оба слова написаны с маленькой буквы, а также исходя из смысла фразы, вся книга «некого Андреаса Готтлиба» (ПЛА, с. оказалась совершенно неизвестной Платову, ибо суть этой книги как раз и состояла в чтении надписей и интерпретации полученных имен. Следовательно, он ограничился только разглядыванием и копированием картинок, а в смысле понимания рунических надписей значительно уступал Машу.

Но то А. Платов. А что же А. Асов? Он в подписи к одной из иллюстраций пишет: «На тыльной стороне статуи Велеса из Ретры, согласно гравюрам из книги Masch Andreas Gottltb «Die Gotes…» (Berlin, 1771)…» (АСЗ, с. 42). Вот так штука! Фамилия Маша превратилась в имя, второе имя — в странную фамилию готтлтб, а название книги стало звучать как «Готы…»! Асов перекрыл Платова! Такое пренебрежение к немецкому языку можно только поискать! — Кстати, откуда он знает, что перед ним — Велес? Оказывается, на картинке, которую он привел, есть пояснительная подпись: «Оплавленная статуя Велеса из Ретры V-XI вв. Гравюра XVIII века. Надпись: ВЕЛЕСЪ ВИЛЪ» (АСЗ, с. 41). Вот так, ни больше, ни меньше! Оказывается, то ли в пятом веке в Ретре писали кириллицей и ставили твердые знаки, то ли Асов ухитрился каким-то образом вычитать твердые знаки из рун. Но как? Обращаемся к тексту Маша. У него явно написано ИПАБОРГ, да иначе соответствующие руны по-немецки прочитать и нельзя, рис. 73-1.

Рис. 4. Чтение рунических надписей Машем, по Гриневичу и Асовым

Но если Маш читает 7 знаков как 7 букв, а при чтении по Гриневичу получается 13 букв, ИМОПЕСИ ЧАКИЗА, то по Асову в надписи ВЕЛЕСЪ ВИЛЪ имеется 10 знаков. Это слишком много для буквенного чтения, но слишком мало для слогового. Удивительно читаются и другие надписи. Так, на «Зодиакальном блюде из Ретры» он читает ПЕРУН, радомант, ЛАДО^Н, СКОРПЕН (АСЗ, с. 35), тогда как по Машу надо прочитать ЗИБОГ, РАДЕГАСТ, МЕМИС, ИАПАН, рис. 73-2, 73-3, 73-4, и 73-5.

После этого уже не возникает удивления, когда на фигурку Перкунуста (Перуна), на которой даже в воспроизведении Асова видна руническая надпись ПЕРКУНУСТ, А.И. Асов смотрит как на Коляду (АСЗ, с. 136); на Цирнитру — как на Ящера и богиню Смерти (АСЗ, с. 29), на Радегаста — как на Хорса (АСЗ, с. 77), зато Перуном делает постороннюю фигурку (АСЗ, с. 111). Никаких объяснений на этот счет Асов не дает. Иными словами, возникает полнейший произвол в чтении и интерпретации памятников.

Сварог. У Асова Сварог имеет много голов. Так, в «Славянской астрологии» Сварог показан четырехголовым (АСА, с. 486), рис. 74.

Рис. 5. Сварог по А. Асову

Между тем, по всем славянским мифам четырехголовым был только Святовид. Да и то в неверной интерпретации, ибо такова была уже вторичная легенда. На самом деле под Святовидом понималось четыре бога: Макошь, Перун, Род и Велес. Но Сварог никогда не изображался четырехголовым. Так что А.И. Асов предлагает в научное обращение собственную фантазию вместо реального изображения Сварога.

Однако частица истины в словосочетании СВЯТОВИД-СВАРОГ есть. Дело в том, что на запад в Святовиде смотрит либо Перун, либо его предшественник Сварог. Так что данное словосочетание показывает, что в СВЯТОВИДЕ на запад смотрит СВАРОГ, а не ПЕРУН. И именно это должно быть написано неявным образом на самом изображении, если оно — не новодел. Поэтому обращаемся к самому изображению и видим, что оно слева и справа обрамлено узелковыми цепями. Но узелки, как я понял, знакомясь с «узелковым письмом» (название одной из статей А.И. Барашкова, то есть, Асова), это — лигатура знаков руницы. Поэтому я с удовольствием берусь прочитать их в обращенном цвете, то есть, перейдя от позитива к негативу.

Рис. 6. Мое чтение надписей, выполненных узелковым письмом

В результате чтение получаются именно те слова, которые ожидались: слева — слово СВЯТОВИТ, справа — слово СВАРОГ. Однако в них есть одно отличие, которое заставляет насторожиться: слова выполнены протокириллицей, а не руницей. Иначе говоря, не сакральным, а профанным письмом. И именно это было невозможно для древнего изображения. Поэтому я все-таки воспринимаю данное изображение как новодел современного художника, которому знакомо узелковое письмо. А в качестве такового, как ни странно, позиционировал себя именно А.И. Асов. Для того, чтобы убедиться в этом, рассмотрим его собственное изобразительное творчество.

Рис. 7. Квасура и Богумир. Рисунок А.И. Асова

Богумир и Квасура. На этот сюжет самим мифотворцем написана миниатюра: «Квасура дает сурью Богумиру. Рисунок А. Асова» (АСА, с. 364). Казалось бы, как чудесно: исследователь занимается иллюстрацией древних славянских мифов, хотя и не поясняет, что именно и как он взялся изображать на рисунке, вообще говоря, имеющем характер иконы для русского ведизма (язычества). Однако прежде чем умиляться новому проявлению таланта исследователя, посмотрим, что же вписано в само изображение. А здесь мы видим

Рис.8. Мое чтение надписей на рисунке А.И. Асова

Сначала рассмотрим солнечный диск в обращенном цвете. Примерно на уровне 8 часов мы находим тут букву А., чуть правее и выше И, а еще правее лигатуру из четырех букв, после разложения которой сомнений не остается — написано А.И. АСОВ. Чуть ниже центра и вправо с небольшим подъемом начертано слово СЫН. В прямом цвете чуть выше середины читается слово СЛАВЫ. Таким образом, читается первое предложение: А.И. АСОВ — СЫН СЛАВЫ. Таково славянское Солнце.

Другие надписи выделить сложнее. В обращенном цвете от центра вниз и направо читаются слова ОН РОЖЕН, а наверху — слово ДЛЯ, тогда как в прямом цвете внизу читается крупными буквами слово МИРА, а чуть выше справа — слово ЯРА. Итак, мы поняли, что ОН РОЖДЕН ДЛЯ МИРА ЯРА. И потому он воссиял на славянском небосводе подобно новому Солнцу. Продолжением этого самовосхваления являются надписи, выполненные узелковым письмом слева и справа от изображений двух персонажей. Однако они начертаны по вертикали и я их разворачиваю горизонтально.

На левой стороне, после опускания излишних линий, читаются слова: СЕ ЯРА ХОРСДИВ, тогда как на правой стороне можно дочитать продолжение и окончание: НЫЙ В РОДУ ЯРА АСОВА. Итак, дивным Хорсом, то есть, солнечным светом явился миру А.И. Асов, чей род восходит непосредственно к Яру. Неслабо для выпускника кафедры физики моря физического факультета МГУ!

Рис. 9. Мое чтение надписей на ликах Богумира и Квасуры

Теперь обратимся к чтению надписей на персонажах. Вероятно, более молодым, протягивающим братину с квасом, является Богумир, а сидящим старцем — Квасура. Попробуем подтвердить или опровергнуть это мнение, прочитав надписи. Так, на уровне низа шевелюры можно прочитать буквы А.И., правее, захватывая глаз — слово АСОВ, там же и чуть ниже — ЯРА СВЯТОЙ, под воротником — МУЖ, на воротнике — БОГУМИР, чуть ниже — И, знаки на братине — ЧИСЛОВ, продолжение в вид руки — ЕД, под поясом — МИРОСВЯТ, под левой рукой на поясе — ПОТОМ, низ рубахи — ПИЛИГРИМ. Получается довольно большая фраза: А.И. АСОВ — ЯРА СВЯТОЙ МУЖ БОГУМИР, ЧИСЛОВЕД И МИРОСВЯТ, ПОТОМ ПИЛИГРИМ. То есть: ни ИСТОРИК, ни ИССЛЕДОВАТЕЛЬ, ни ФОЛЬКЛОРИСТ, ни ЭПИГРАФИСТ, ни вообще УЧЕНЫЙ, а СВЯТОЙ. И быть Бусом Кресенем А.И. Асову оказалось мало, он еще захотел стать прародителем всех славян.

Но кто же сидит перед ним? Чтение на уровне глаз дает слова БУЙ ЯР, на уровне кисти руки — САМ. Итак, святой муж, Богумир Асов угощает святым миром самого буя Яра. И если Яр — это славянское Солнце, то Асов — это Хорс, это его божественный свет. Ибо весь род Асовых — от Яра.

Расчет прост: кто-то, не поинтересовавшись происхождением, перепечатает из книги А.И. Асова изображение «Квасуры и Богумира» как подлинно славянскую миниатюру, и будет воздавать хвалы Богумиру, то есть, самому Александру Игоревичу. А, возможно, и молиться. Ибо именно для того и явился в этот мир Саша Барашков (Бус Кресень, А.И. или А.Н.. Асов, а теперь еще и Яров Хорс, а также Богумир).

Именно подобное «творческое» отношение к русское старине и заставляет очень скептически относиться к миниатюре Сварога, рассмотренной выше. Уж не Хорс ли, то бишь, Богумир, он же Бус Кресень оказался автором и этого изображения?

Дажьбог и Жива. Здесь А.И. Асов просто демонстрирует изображение без каких-либо комментариев, подписав его «Дажьбог и Жива, Чернигов, XII век» (АСА, с. 249). Он не удосуживается объяснить, почему он так атрибутирует изображение, рис. 16.

Рис. 10. Якобы Дажьбог и Жива и мое чтение надписей

Между тем на верхней части музыкального инструмента мужчины читается надпись ВЛАСИЙ ОКСКИЙ, а на нижней части левого предплечья женщины можно прочитать слова ДРУЖИНА ВЛАСИЯ ВАСИЛИСА, то есть, СУПРУГА ВЛАСИЯ ВАСИЛИСА. В то, что А.И. Асов не смог прочитать эти две несложные надписи, в то время как он сам писал гораздо более мелкие и изощренные, поверить я не могу. Так что остается единственный вывод: А.И. Асов неверно интерпретирует славянские мифологические изображения не потому, что он их не умеет читать надписи на них, а потому, что он стремится сознательно обманывать читателей. То есть, он вовсе не наивный, но несколько некомпетентный эпиграфист. Он гораздо более искушен, чем кажется на первый взгляд. Его задача, как я понимаю, проста: сознательное искажение славянской мифологии, приписывание иконографии одних славянских богов другим богам.

Фигурка якобы Буса Белояра. На совещании славянофилов в Красной поляне летом 1995 года А.И. Асов показал участникам небольшую фигурку, найденную в Московской области и относящуюся к Кавказу. Как обычно, ни об обстоятельствах находки, ни о методах атрибуции он слушателям не проронил ни слова. Просто явочным порядком он ввел некую историческую реалию, рис. 80 и 81, (АСР, с. 104 и 105).

Рис. 11. Передняя, женская сторона талисмана Асова

На первый взгляд тут нет никаких знаков, однако для их выявления следует, как обычно, пристально рассмотреть детали, желательно в увеличенном виде.

Рис. 12. Задняя, мужская сторона талисмана Асова

Сначала рассмотрим изображение женщины. Подпись гласит: «Талисман Белояровой веры, найденный в 1999 году под Москвой. Лицевая сторона: Матерь Слава» (АСР, с. 104). Как попал этот талисман к А.И. Асову, как была произведена его атрибуция и выявление имени Славы, какое отношение имеет этот талисман к Русколани — как обычно, в тексте данной книги не сообщается. Читателя ставят перед фактом, неизвестно кем и как полученным: вот Матерь Славы. Зная, что А.И. Асов имеет склонность фантазировать колоритнее всего именно насчет скульптурных изображений, я сразу же ставлю под сомнение полученный результат, и пытаюсь определить по надписям на самом талисмане, кого именно он изображает, и где изготовлен.

Рис. 13. Мое чтение надписей на лицевой стороне талисмана Белояра

Прежде всего, я читаю крупную надпись под грудью, где очень большими буквами протокириллицы написано слово РУНА, а внутри этой надписи, начиная с правого края буквы Р, вписано слово МАКАЖИ. Так что на данном изображении должны встретиться руны Макоши. А внизу на набедренной повязке можно прочитать слова МАКАЖЬ РУСИ. Следовательно, перед нами — не Матерь Слава, а Макошь Руси. Я уже давно обращал внимание читателей на весьма зыбкие атрибуции Асова как исследователя, но всегда приветствовал его как собирателя новых источников. И в данном случае я выражаю искреннее восхищение данной находкой А.И. Асова — это первое известное науке малое изображение этой богини.

Вдоль правого бедра тянется линия, которую для чтения необходимо повернуть горизонтально, что я и делаю. С помощью лигатур протокирилловских букв здесь можно прочитать слово МОСКВА. Таким образом, указано место изготовления. Если же более крупный фрагмент вокруг данной надписи обратить в цвете, можно прочитать слова: МАСТЕРСКАЯ МАКАЖИ. Вообще говоря, это само собой разумеется, поскольку религиозные и художественные изображения изготавливались именно в мастерских храма Макоши. А в середине правого крыла (на рисунке слева) можно прочитать слова ХРАМ МАКАЖИ. Вероятно — это указание на место постоянного хранения талисмана.

Рис. 14. Мое чтение оборотной стороны талисмана Белояра

Перейдем теперь к рассмотрению оборотной стороны, о которой А.И. Асов пишет: «Бус Белояр со свирелью под Ирийским деревом. На крыльях изображен небесный град» (АСР, с. 105). Поскольку лицевая сторона талисмана была атрибутирована неверно, возникает подозрение, что столь же неверно была атрибутирована и оборотная сторона. Это подозрение усиливается тем, что князь Бус Белояр держит в руках музыкальный инструмент. Такой атрибут приличествует актеру (миму), а не князю. Для проверки прочитаем надписи и на этой стороне.

Рассмотрим лицо персонажа в обращенном цвете, как показано на рис. 9. В прямом цвете здесь читаются слова: МАСКА МИМА, в обращенном — НА ЛИК РУСА С, и ниже, крупными буквами, РАВНИН КАВКАЗА. Следовательно, перед нами — вовсе не Бус Белояр, а именно актер (мим), хотя и С РАВНИН КАВКАЗА. На самой маске еще раз в обращенном цвете читаются слова МАСКА МИМА. А под маской, на груди, в обращенном цвете можно прочитать слова РУССКИЕ и, справа внизу на выделенном фрагменте, еще раз слово МОСКВА. В прямом цвете здесь читается слово ЛИК.

Я прочитал на обеих сторонах 22 слова, но их здесь, разумеется, много больше. Ведь в мою задачу входило не полное исследование данного памятника, а лишь его атрибуция. И она показала, что в число служителей храма Макоши в Москве входили некоторые актеры, выходцы с равнин Кавказа, где, однако, проживали русские. Ни о каком Бусе Белояре здесь речь не идет — это фантазии А.И. Асова. Что и следовало ожидать. Добавлю также, что надпись эль-Недима, где написано БЕРОЙ И И ВЕДИ ВЬ РУСКОЛАНЬ, относится к Х веку, и удостоверяет, что Русколань тогда существовала, тогда как по мнению А.И. Асова, можно говорить о падении Русколани в IV веке н.э.. Иными словами, русские приглашали эль-Недима пройти на территорию, которая, согласно А.И. Асову, уже более шести веков не существовала. В данном случае я склонен верить эль-Недиму, и не склонен верить А.И. Асову — уж больно высоко фонтанирует струя его фантазии.

Общие выводы. Когда-то, в начале 90-х годов я написал небольшой очерк, «Осторожно, Асов!» Там я рассматривал его многочисленные небрежности и заканчивал такими словами: «А.И. Асов взялся за очень нелегкий и неблагодарный труд по реконструкции славянской мифологии. Введение в научный оборот исчезнувших источников, пересмотр на основе вновь открывшихся обстоятельств негативного мнения к деятельности ряда исследователей прошлого, поиск аргументов в защиту сомнительных памятников — все это весьма патриотичная и очень полезная деятельность. Однако при этом ни на минуту не следует забывать о максимально возможной точности при обращении к материалу, тем более уже основательно рассмотренному предшественниками, например, И.В. Ягичем (ЯГВ). Пока же мы с сожалением можем констатировать, опираясь на рассмотренные примеры, что доверия к исследованиям А.И. Асова у нас довольно мало. И всякому человеку, который захочет опереться на добытые им результаты, посоветуем вспомнить заглавие этой статьи».

Однако с тех пор мое мнение изменилось в худшую сторону. Когда я увидел его слабость как эпиграфиста, я искренне ему посочувствовал, но полагал, однако, что опыт придет с годами. Незнание им иностранных языков я посчитал профессиональной непригодностью, и мысленно принес ему свои соболезнования. Но когда я заметил, что Зибог у него становится Перуном, Радегаст — Родомантом, Мемис — Ладонном, Япан — Скорпеном, а Перун — Колядой, у меня зашевелились неясные подозрения. Даже при отсутствии знания германских рун и полного невладения немецким языком для столь категоричных утверждения одного невежества мало, нужна отчаянная смелость, основанная на чем-то ином, на каких-то иных знаниях и целях. Но, когда я понял, что он-таки умеет не только читать, но и самостоятельно писать подобного типа выражения, сомнения рассеялись. Теперь у меня возникло стойкое убеждение, что амулет Макоши-мима, выдаваемый за амулет матери Славы и Буса Белояра (притом, что А.И. считает себя сыном как раз матери Славы), трактовка Власия и жены его Василисы, как Дажьбога и Живы, и, наконец, изображение себя как Хорса на фоне Яра в виде невинной миниатюры на тему о Богумире и Квасуре, — все это звенья одной цепи сознательной фальсификации славянской истории. Так что Александр Игоревич — не новичок, не перебежчик (из стана физиков в стан гуманитариев) и не фантазер. Он — сознательный и умелый фальсификатор. Не исключено, что узелковое письмо и многие другие техники, которые он не раскрыл, а лишь упомянул, служили и служат ему для иных целей, например, связанных с магией. Ибо открещивание от данной ему на роду фамилии Барашков (и отсутствие ее упоминания в его биографиях), принятие имени Буса, подача себя в виде бога Хорса на фоне бога Яра (то есть, всего-навсего богом), сознательная подтасовка имен славянских богов на их ликах, стремление к миллионным тиражам бесчисленного повторения одних и тех же книг — это всё шаги к утверждению в общественном сознании вместо славянских богов культа ХОРСАДИВНОГО В РОДУ ЯРА АСОВА, а именно культа самого А.И. АСОВА. Ведь мы имеем дело не с выросшим, но не состоявшимся физиком Сашей Барашковым. Перед нами — ЯРА СВЯТОЙ МУЖ БОГУМИР, ЧИСЛОВЕД И МИРОСВЯТ, ПОТОМ ПИЛИГРИМ. А у святых, ими самими провозглашенных и ими самими же канонизированных, и иная наука, и иная логика поступков. И, как мы знаем, иная природа святости.

Литература

ААА: Асов А. Атланты, арии, славяне. История и вера. М, 2000, Гранд-Фаир, 560 с

АЛБ: Асов А. Легенда о Бусе // Наука и религия, 1994, № 11

АПБ: Асов А. Памятник князю Бусу // Мифы и магия индоевропейцев, вып. 2. М., 1996

АСА: Асов Александр. Славянская астрология. Звездомудрие, звездочетец, календарь, обряды. М., «Гранд-Фаир», 2001, 592 с

АСБ: : Асов А.И. Славянские боги и рождение Руси. М., 2000, «Вече»

АСГ: Асов А.И. Руны славян и Боянов гимн. 2-е издание, исправленное и дополненное. М., «Гранд — Фаир», 2006, 480 с.

АСЗ: Асов А.И. Златая цепь. Мифы и легенды древних славян. М., «Наука и религия», 1998, 320 с.

АСМ:. Асов А.И. Мифы и легенды древних славян. Издание 1. М., «Наука и религия», 1998, 320 с.

АСР: Асов А.И. Русколань: Древняя Русь. История и традиции русского казачества. М., «Вече», 2004, 128 с.

АСС: -http://Acov.m6.net/Rodosl/Acov.htm

АТБ: Асов. А. Тризна по князю Бусу // Наука и религия, 1995, № 10, с. 40-42

АТК: Асов Александр. Тайны «Книги Велеса». М., 2001, АиФ-Принт, 559 с.

БАК: Барашков А. Календарь ведической Руси // Мифы и магия индоевропейцев, вып. 1. М., Менеджер, 1995

БУП: Барашков А. Узелковое письмо древних славян // Наука и религия, 1992, № 4-5

ВЕЛ: Велесова книга. Перевод и комментарии Александра Асова. М., «Менеджер», 1994, 320 с.

КЛЕ: Клейн Л.С. Воскрешение Перуна: К реконструкции восточнославянского язычества Издательская группа «Евразия» , 2004 г., 479 с.

МДС: Мифы древних славян. Саратов, «Надежда», 1993, 320 с.

ПЛА: Платов Антон. Культовые изображения из храма в Ретре // Мифы и магия индоевропейцев. Под редакцией А. Платова. Выпуск 2. М., «Менеджер», 1996, 199 с.

РВЗ: Русские Веды. Звездная книга Коляды. Собрал Бус Кресень (А. Асов). М.,1996, 432 с.

СЕР: Серяков М.Л. Русская дохристианская письменность. СПб, 1997

ЧУМ: Чудинов В.А. Мировоззренческая основа названий славянских племен // Мир человека и человек в мире. Сб. ГАСБУ, М., 1997, с. 306-329

ЯГВ: Ягич И.В. Вопрос о рунах у славян // Энциклопедия славянской филологии. Вып. 3. Графика у славян. СПб, 1911

GUL: Guldenstadt Johann Anton. Reisen durch Rubland und im Kaukasischen Gebirge. St. Petersbourg, 1791

MAS: MAS: [Masch A.G.] Die Gottdienstlichen Altertümer der Obotriten aus dem Tempel zu Rethra am Tollenzer See. (Nach den originalien auf das genaueste gemahlet, und Kupferstichen nebst Hrn Andreas Gottlieb Maschens Herzjgs. Meklenb. Strelitzischen Hofpredigers, Konsistoral, Raths und Superintendantens. Erleuterung derselben herausgegeben von Daniel Wogen, Herzogl. Meklenb. Strel. Hofmahler). Berlin, 1771

Наше солнышко, земной небожитель

Рецензия на работы А.И. Асова

В.А. Чудинов