В.А. ЧудиновПятого ентября 2009 года я получил письмо от Елены Александровны Мироновой, участницы двух международных конгрессов по докирилловской славянской письменности и дохристианской славянской культуре. Вот его содержание.
Письмо от Елены Мироновой. «Добрый вечер, уважаемый Валерий Алексеевич! Хочу поделиться с Вами открытием, которое сделала чуть больше недели назад, находясь на Крите. При посещении дворца Минойской цивилизации в Малии (это небольшой посёлок, но по Критским меркам — город) уже на выходе с алтарной площади я заметила странный гладкий серый камень, в центральной части которого было много трещинок, на первый взгляд, природного характера. Но! На Крит я уже ехала с установкой, что обязательно найду надписи руницей (наивно полагала, правда, что произойдёт это в Кноссе, который на деле оказался изрядно затёртым современным цементом). Поэтому этот валун в Малии я сфотографировала, но только два раза! Наверное, Вы знаете, как это бывает (а так и бывает с сакральной письменностью, которая и призвана была быть тайнописью, чтобы непосвящённые не заметили!) — хотя голос интуиции тебе просто кричит: «Вернись! Посмотри лучше! Зафиксируй больше!» Голос разума в это же время монотонно твердит:»Ну что тут особенного — природные трещины — вон их сколько на всех камнях! И батарейки в фотоаппарате заканчиваются, снимок дома посмотришь!»
И посмотрела… в самолёте, уносящем далеко-далеко от места возможной мировой сенсации! Со снимка просто выпрыгнули на меня буквы М и А и вертикальные чёрточки…
Детали посещения этого дворца описаны в моей статье «Следы руницы на Крите», которую сегодня опубликовали на сайте «Академия Тринитаризма». Я высылаю Вам две фотографии этого камня. Конечно, взглядом профессионала Вы определите больше букв и надписей. Хочу сказать, что во всех трёх павильонах-раскопах были такие природные валуны серого цвета, как бы вмонтированные органично в постройки из рыжих камней. Но спускаться вниз туристам было нельзя, мы смотрели на это с деревянных настилов. Может быть и на тех камнях были надписи. Да я просто в этом не сомневаюсь! Как не сомневаюсь и в том, что у Южных ворот будет лежать ещё один валун Рода.
Словом, туда надо ехать ещё раз и как можно быстрее. У меня нет опыта поиска спонсоров для таких экспедиций. Хотя такое исследование, если оно подтвердит «русскость» так называемой (вслед за Артуром Эвансом!) Минойской цивилизации, будет благом для всей России, обращаться в государственные научные структуры наверняка глупо! Надо искать каких-то меценатов. Если бы можно было собрать команду исследователей: археологов, палеографов во главе с Вами, мы бы уже в этот полевой сезон (да достаточно будет и нескольких дней хорошей солнечной погоды в сентябре-октябре!) как туристы, не привлекая внимания, собрали бы достаточно материала! Да даже этого камня достаточно! Ведь не все надписи попали в две фотографии!
Словом, я буду с невероятным нетерпением ждать Вашего отклика и советов по дальнейшим действиям. Я просто уверена в том, что там жили русы! Остаётся доказать с обилием артефактов.
Всего Вам доброго! Елена Александровна».
Мой комментарий. Как видим, письмо написано добрым и весьма заинтересованным исследователем, который теперь сам, собственноручно обнаружил надписи на камне Крита. Это чудесно. Вместе с тем, было бы правильно прочитать сначала статью пытливой экскурсантки на Крит.
Следы руницы на Крите. Е.А. Миронова, Следы руницы на Крите // «Академия Тринитаризма», М., Эл № 77-6567, публ.15510, 05.09.2009 «В настоящее время в связи с развитием туризма наблюдается повышенный интерес наших соотечественников к древностям, к истории, к артефактам, оставленным предками в разных частях Земли.
Минойская цивилизация, остатки которой обнаружены на о. Крит и подарены населяющим этот остров ныне грекам в виде раскопок дворца в Кноссе сэром Артуром Эвансом, является непреодолимым магнитом для тех, кто пытается разгадать хитросплетения истории. Считается, что Крит был населён уже в неолитическую эпоху, то есть, в YI тысячелетии до н.э. Культуру эпохи неолита сменила культура эпохи бронзы, или «минойская» цивилизация, названная так английским археологом, раскопавшим Кносский дворец, Артуром Эвансом по имени легендарного критского царя Миноса. Эта цивилизация существовала с 2 600 до 1 100 г. до н.э., то есть более 1 500 лет, а высший расцвет её приходится на XYIII — XYI вв. до н.э., когда были созданы величественные дворцы, мега-города и великолепные образцы искусства и предметов обихода (Кносс. Дворец Миноса, 2009: 7).
Имеющий глаза — да увидит. Путешествующему по Криту нашему соотечественнику невозможно не заметить преемственность символов, изображений богов, солярных знаков, ёлочных, меандровых узоров, спиралей и свастик (являющихся маркерами славянского мира) повсюду на обнаруженных предметах минойского искусства, которые экспонируются в Археологическом музее Ираклиона, а также на огромных глиняных сосудах во дворцах Кносса и Малии. Возникает закономерный вопрос — возможно ли, чтобы похожие, если не идентичные, произведения искусства и обихода были созданы представителями одного и того же этноса? И если — да, то какие ещё доказательства единства культуры жителей Русской равнины и населения Крита можно найти на его территории?
Вот уже более десяти лет в научной литературе освещается новое направление в палеографии, а именно — чтение древних надписей на камнях — то есть петроглифов. Данные надписи, которые обнаруживаются на находках времён палеолита на территории Русской равнины, а также на настенных росписях в пещерах Европы: Комбарель, Альтамира, Руфиньяк, Фон де Гом, Истюриц, Труа Фрер, Гаргас и др., дешифрованы профессором В.А. Чудиновым. Данные надписи сделаны древними мастерами так называемой руницей (термин В.А. Чудинова). Учёный воссоздал силлабарий этой древней письменности, дошедшей к нам из палеолита и представляющей собой сочетание согласного с гласным. Многочисленные расшифровки (более 2000) показывают, что большинство надписей носило сакральный характер, так как они отражали имена богов и богинь палеолитического пантеона — Мары, Макоши, Рода, Волоса и др. Например: «Лик Мары», «Лик Макоши» и т.д.
Крит полон неразгаданных загадок, нераскопанных дворцов и городов, пока ещё не найденных сокровищ. Но то, что доступно уже сейчас — ждёт своего исследователя. И если дворец в Кноссе, к глубокому сожалению, претерпел реставрационные изменения — во многих местах превратившись в новодел, где древние камни замазаны современным цементом, то другой дворец Минойской цивилизации — в Малии — пока ещё доступен для изучения непредвзятым глазом ищущего.
Этот дворец, по крайней мере, раскопы, доступные для обозрения в настоящий момент — представляет собой три консервационных павильона, в которых находятся развалины настоящего города — жилые помещения, мастерские по обработке металла, по производству керамики и ювелирных украшений. Все три павильона отстоят друг от друга на большие расстояния, имеют внушительную площадь каждый. Всё это говорит о том, что перед нами — настоящий протогород, который в своё время имел развитую инфраструктуру и продуманную архитектуру.
Рис.1. Один из трёх павильонов раскопа
Под крышей — помещения, отделённые друг от друга толстыми стенами. Облицовка стен сложена из камней, а во многих местах внутри этой облицовки виден грунт вперемешку с камнями, который и наполняет каменный каркас (сразу же приходит на ум ассоциация с Аркаимом, где по такому же принципу возводились стены, только роль внешней облицовки выполняли брёвна). Стены таких помещений во многих местах оштукатурены. В стенах сделаны ниши, возможно для светильников. По краям некоторых помещений тянутся глиняные лавки. Можно увидеть глиняные или каменные ёмкости, в виде умывальников, от которых отведены канализационные стоки.
Ещё более внушительным представляется раскоп под открытым небом, где стены ещё более толстые, помещения неисчислимы, а большая мощёная плитами площадь имеет следы двенадцати украшавших её колонн и две прекрасно сохранившиеся лестницы.
Рис. 2. Раскоп под открытым небом
Так же как и в Кноссе, дворец имел хранилища с огромными пифосами — сосудами в человеческий рост и выше, предположительно, для хранения масла, зерна, воды.
Рис.3. Пифос
Недалеко от Южных ворот находится жертвенный стол с 33-мя круглыми углублениям по краям. Несомненно — главное место на площади занимает алтарь ровно посредине её. Это квадратное углубление с четырьмя небольшими каменными квадратными столами внутри. Вся площадь вымощена камнем, и сделано это так искусно, что нет никаких перепадов по высоте на стыках. Она ориентирована по длине строго с севера на юг и имеет два входа — Южный и Северный.
Рис.4. Жертвенный стол недалеко от Южных ворот
Камень у Северного входа. В греческих путеводителях приводится достаточно информации о вышеперечисленных объектах, однако ни слова не говорится об уникальном явлении — камне — валуне у Северного входа. Вероятно, только подготовленный глаз смог разглядеть то, о чём будет рассказано ниже.
Надо сказать о том, что если дворец в Кноссе выстроен из серого камня, который находится в той местности в изобилии, а также из серого мрамора, то город в Малии — в основном рыжего цвета, как впрочем, и почва вокруг.
Однако валун у Северного входа — это абсолютно гладкий серый камень. Сбоку в камне находится отверстие. Недалеко от данного валуна находится ещё один камень с арочным отверстием внизу. Из-под этого отверстия в сторону (к северу) выведен желоб, состоящий из двух параллельных каменных бордюров из серого камня, довольно длинный (около полутора метров). Сейчас невозможно представить его первоначальную длину. Уже сам по себе этот ансамбль привлёк моё внимание. Для чего служил этот камень? Для чего в нём было это отверстие? И для чего из него шёл жёлоб?
Всем известно, что на Крите почиталась Богиня-Мать, культ которой поддерживался с помощью жриц — отважных женщин, спускающихся в подвалы, кишащие змеями и по их поведению предсказывающих — будет ли спокойным год для Крита — не случится ли землетрясений или других катаклизмов. Что если в данном месте змей выманивали на поверхность из недр, где они скрывались от зноя, с помощью этого жёлоба, наполненного, скажем, молоком? Ведь именно так поступали в русских деревнях, когда змей, случайно заползающих в рот спящим на сеновалах людям, выманивали с помощью поставленной рядом с несчастными миской с молоком. Это конечно, одна из возможных версий предназначения данного камня.
Иную точку зрения высказывает В.А. Чудинов: «Наиболее ранние изображения Мары, как божества смерти, очень странны — они в стилизованном виде передают женский родовой орган в весьма открытом виде, как если бы женщина рожала. Камень лежит горизонтально, и имеет круглое отверстие типа очень глубокой чаши, а ниже — щель или жёлоб, так что дождевая вода там не задерживается, а стекает вниз. Краеведы называют такой камень «чашечником со стоком». Похоже, что Мара как богиня смерти, действительно рожает, но «рожает обратно», забирая покойника внутрь себя, так что отсюда можно вывести интереснейшее мировоззренческое положение: из материнского лона человек вышел, в него он и уйдёт. Первоначально отверстие смотрело на север, и это можно понять так, что функции Мары ещё не слишком отделились от функций Макоши» (Чудинов, 2006: 229).
Но главная находка ждала впереди. При внимательном осмотре этого серого валуна область, покрытая трещинками, в центральной части камня выглядела довольно странно — ведь весь камень, повторяю, был абсолютно гладким! Не доверяя невооруженному глазу, я сделала два снимка мест, покрытых чёрточками. Но когда потом, на фотоаппарате высветилось изображение — я не поверила своим глазам — проступили буквы М и А!
Рис. 5. Буквы на валуне у Северных ворот и отверстие (фото автора)
На другом снимке можно увидеть чёткие буквы — Ш и Л. Если внимательно рассматривать в режиме увеличения данную фотографию, можно увидеть и лигатуру — ЛК, то есть ЛИК. Поскольку буквы М видны на камне многократно, можно предположить, что данный валун предназначен для Мары или Макоши, чьи лики — маски, возможно, носили по алтарной площади во время религиозных праздников.
Рис.6. Валун у Северных ворот (фото автора)
Возможно отсюда — от сакрального действа — ношения ликов богов и богинь, в русском языке появилось слово «ликовать». То есть, соединение древних корней «ЛИК» и «ВА». По частям в названиях русских рек — Сылва, Колва, Нева и т.д. мы знаем, что данная часть слова — «ва» — обозначала воду (А.Х. Востоков). Но воду, которая течёт и течёт быстро (то есть движется) Нева же — это река с медленным течением, в которой вода «не движется» — «не ва». Возможно, что корень «ва» обозначал не только движение воды, а движение как таковое. Вот поэтому — слово «ликовать», этимологию которого трудно вывести из чего-то другого, по нашему мнению, обозначает — «ношение ликов богов во время праздника», сопровождающееся радостью и всеобщим подъёмом. Позднее значение сузилось — «радость».
Итак, перед нами — явные буквы, прорезанные в камне неизвестным нам способом. Поскольку камень несёт многократное повторение букв М, а также отверстие внизу, то возможно, он предназначался для поклонения сразу двум богиням — Маре и Макоши, потому что «…весом от нескольких десятков килограмм до нескольких центнеров представительские камни Макоши, не просто находятся в храмах Макоши, но задают главное направление, на север, возможно на историческую прародину славян в Гиперборее» (Чудинов, 2006: 225). А это именно так и есть — данный валун находится у Северных ворот площади с алтарём и жёлоб от него тянется точно на север.
Для того чтобы детально изучить весь этот храмовый комплекс дворца в Малии, на предмет нахождения других свидетельств цивилизации наших предков (например, изучить камни у Южных ворот — вполне вероятно обнаружение ещё одного валуна, посвящённого Роду), необходимо предпринять ещё одну экспедицию археологов и эпиграфистов-профессионалов, и сделать это как можно быстрее, иначе наверняка найдутся те, кому в очередной раз не понравится очевидный факт — факт пребывания наших предков на острове Крит в минойскую эпоху. И тогда такое говорящее свидетельство, как этот культовый камень может просто «исчезнуть» из экспозиции дворца под открытым небом в Малии».
Мой комментарий. Я уже неоднократно отмечал, что тот или иной мой читатель постепенно переходит от изучения моих работ к самостоятельному выявлению надписей на камнях, а затем и к их чтению. Так случилось и с Еленой Александровной Мироновой. Она смогла разглядеть наиболее яркие буквы на самом камне, что, вообще говоря, является наиболее сложным моментном эпиграфической разведки. Ибо человеческий глаз не рассматривает предметы с такой высокой степенью контраста, как это может сделать фотоаппарат. Поэтому данный поступок Е.А. Мироновой показывает, что она уже созрела для самостоятельно эпиграфической деятельности.
Теперь рассмотрим опубликованный ею материал более внимательно. И сначала обратимся не к ее фотографиям, а к изображению так называемого «жертвенника». Я уже привык к тому, что археологи дают часто неверную атрибуцию изучаемого артефакта, и потому хотел бы подтвердить или опровергнуть атрибуцию жертвенника. Если это жертвенник, мы должны будем обнаружить на нем соответствующие надписи. Поэтому я хотел бы провести эпиграфический анализ этого объекта.
Рис. 7. Моё чтение надписей на «жертвеннике»
Моё чтение надписей на жертвеннике. Прежде всего, ярассматриваю надписи на внешней верхней поверхности. Для определенности я взял правый фрагмент и развернул его на 90 градусов влево, чтобы буквы были расположены нормально. Тут я смог прочитать слова МАРА в верхнем ряду и ЯРА МАРА в нижнем. Иными словами, предположение Е.А. Мироновой о том, что камни этой части Мали были связаны с Марой, подтвердились.
Затем я рассматриваю левую часть боковой поверхности. Здесь читается надпись МАСКА ЯРА. По всей видимости, имеется в виду та маска, которую надевал мим во время мистерий, и, таким образом, перед нами — вовсе не жертвенник, а стол для хранения масок. С подобного рода столом я сталкивался во время экспедиции на Кольский полуостров в 2007 году. Правее находится еще одна надпись, частично на верхней поверхности, которая гласит ЯРА МАРЫ МАСКИ. Из этого следует, что на «жертвеннике» помещались маски, как Яра, так и Мары Яра.
Рис. 8. Моё чтение надписей и выявление ликов на первом фото камня
Моё чтение надписей на валуне у Северных ворот. Теперь можно прочитать надписи и на валуне у Северных ворот. Сначала на границе света и тени я читаю надписи меньшими буквами: МАРЫ, МАРЫ ХРАМ ЯРА, то есть то же самое, что и на «жертвеннике». Затем чуть ниже слова ЯРА (мелкими буквами, выше) и МАРЫ (огромными буквами со второй буквой А, начертанной вверх ногами, ниже). Эта надпись повторяет предыдущую.
Далее, тут на теневой поверхности я выделяю лик бородатого мужчины, развернутый вправо на ¾ и несколько наклоненный влево, с огромными глазницами, в которых, однако, не видно глаз. Нос мужчины крючковатый, борода подалась вперед. На очерченном черной рамочкой фрагменте можно прочитать слова ЛИК ЯРА, что и поясняет портрет. Таким образом, Е.А. Миронова была права, найдя на камне слово ЛИК.
Рис. 9. Моё чтение надписей и выявление ликов на втором фото камня
На втором фото камня также можно прочитать несколько надписей. Вначале меня привлек фрагмент, на котором надпись пытались замазать белой краской, однако она проступила. На ней читаются слова МАСКИ ЯРА МА(РЫ). Тем самым, повторяются тексты, начертанные на «жертвеннике». В нижней части белого пятна читается надпись МАЯК, что определяет принадлежность данного валуна. В отличие от «жертвенника», который был столом для масок, камень привлекал внимание посетителей, указывая на близость храма Мары Яра. Ибо надпись ХРАМ действительно находится ниже и правее пятна белой краски.
А правее пятна и примерно на уровне его первой строки читается слово МАСКИ еще раз. Возможно, что и данный камень-маяк использовался как дополнительный стол для хранения масок мима Яра или мимы Мары. В обращенном цвете можно прочитать слова ХРАМ ЯРА.
Наконец, и на этой фотографии камня можно видеть лики. Один лик зооморфен — он изображает морду льва в профиль, повернутую вправо. Левее и правее его глаза можно прочитать поясняющее слово: ЯР. Тем самым, перед нами лик Яра, в честь которого и был построен весь храмовый комплекс. Однако ромбовидный фрагмент морды льва от глаза до носа образует самостоятельный лик, как показано отдельно. Это — лицо женщины анфас, наклонённое влево. Видны очень крупные закрытые глаза, небольшой нос, и рот. Подпись на фрагменте ниже, гласит: МАРА. Такова Мара Яра.
Обсуждение. Итак, предположения Е.А. Мироновой полностью подтвердились. Во-первых, на сфотографированном ею камне действительно имелись русские буквы М и А, во-вторых, имелись и выявленные ею слова МАРА и ЛИК, в-третьих, надписи были выполнены на русском языке протокириллицей, то есть, рунами Рода. Так что мои читатели постепенно убеждаются в том, что они и сами могут читать древние русские надписи далеко за пределами нынешней России.
Далее, на этом валуне у Северных ворот имеются и другие надписи, свидетельствующие о том, что где-то рядом находился храм Мары Яра. Более того, надписи говорят также о том, что на данный валун мимы могли помещать маски Яра или Мары, о чем говорят также изображения — мне удалось выявить два лика Яра (антропоморфный и зооморфный в виде льва) и один лик Мары (антропоморфный). Но основное назначение валуна — служить маяком, то есть указателем на близость храма.
Кроме того, выяснилось, что буквально испещрен надписями и так называемый «жертвенник». Характер надписей не оставляет сомнений в том, что перед нами — основной стол для масок мима. В то же время надписей, поясняющих назначение данного круглого сооружения в качестве жертвенника, нам не встретилось никаких. Разумеется, из-за малого размера данной фотографии я не смог прочитать еще несколько надписей, но и уже прочитанных хватило для того, чтобы усомниться в атрибуции данного культового сооружения в качестве жертвенника.
Надписи и лики на валуне и «жертвеннике» еще раз подтверждают ту мысль, которую я неоднократно проводил при своих чтениях — что в древности Греция представляла собой часть Яровой Руси, где располагались храмы русских богов и где до сих пор сохраняются русские надписи. Возможно, что за минувшее столетие наиболее яркие русские надписи в само Кносском дворце были устранены, однако в менее посещаемых публикой местах они вполне могли уцелеть, как мы это видели на рассмотренном примере.
С другой стороны, никакой срочности для посылки экспедиции для осмотра именно этого валуна я не вижу, хотя полагаю, что в Мали надписи сохранились еще на многих камнях. Со временем, естественно, либо я сам, либо кто-то из моих читателей сможет произвести более подробное фотографирование этого места со всеми его достопримечательностями. В том числе, и с валунами.
Заключение. Данное наблюдение Е.А. Мироновой еще раз подтвердило то, что в древности в Греции и на Крите проживали русские.
Литература:1.Кносс. Дворец Миноса. Минойская цивилизация. Афины, 2009. — 95 с., ил. 2.Чудинов В.А. Русские руны. — М.: Альва-Первая, 2006. — 336 с., ил.
В.А. ЧудиновПятого ентября 2009 года я получил письмо от Елены Александровны Мироновой, участницы двух международных конгрессов по докирилловской славянской письменности и дохристианской славянской культуре. Вот его содержание.
Письмо от Елены Мироновой. «Добрый вечер, уважаемый Валерий Алексеевич! Хочу поделиться с Вами открытием, которое сделала чуть больше недели назад, находясь на Крите. При посещении дворца Минойской цивилизации в Малии (это небольшой посёлок, но по Критским меркам — город) уже на выходе с алтарной площади я заметила странный гладкий серый камень, в центральной части которого было много трещинок, на первый взгляд, природного характера. Но! На Крит я уже ехала с установкой, что обязательно найду надписи руницей (наивно полагала, правда, что произойдёт это в Кноссе, который на деле оказался изрядно затёртым современным цементом). Поэтому этот валун в Малии я сфотографировала, но только два раза! Наверное, Вы знаете, как это бывает (а так и бывает с сакральной письменностью, которая и призвана была быть тайнописью, чтобы непосвящённые не заметили!) — хотя голос интуиции тебе просто кричит: «Вернись! Посмотри лучше! Зафиксируй больше!» Голос разума в это же время монотонно твердит:»Ну что тут особенного — природные трещины — вон их сколько на всех камнях! И батарейки в фотоаппарате заканчиваются, снимок дома посмотришь!»