В.А.Чудинов

Расшифровка славянского слогового и буквенного письма

Апрель 22, 2007

Славянские руны в германской интерпретации

Автор 18:01. Рубрика Рецензии на чужие публикации


Надпись из Ситово. Платов приводит еще несколько примеров, которые есть смысл обсудить чуть ниже, поскольку они повторяются и в других работах этого исследователя. Болгарскую надпись из Ситово А.В. Платов упоминает в двух работах. В первой он пишет: «Таким образом, постепенно проясняется картина возникновения славянской и германской рунической письменности. Еще в первом тысячелетии до Р.Х. венеды использовали знаки североиталийских алфавитов» - прерву пока цитирование, чтобы заметить, что картина была как раз обратная, и именно северные италики, как народы пришлые, заимствовали письмо у автохтонных праславянских народов. «Примерно в конце этого тысячелетия, или в начале следующего, эти знаки могли позаимствовать у них (в полном согласии с мифологией!) предки германцев, создавшие на их основе Футарк, и в то же время - или чуть раньше - началось продвижение прарунической письменности на восток и северо-восток, в будущий славянский мир. И путь этих знаков в Приднепровье почти наверняка лежал через Фракию. Действительно, в 1928 году на фракийской земле около болгарского села Ситово была обнаружена выбитая на скале надпись, названная позднее "Шутерадской" (илл. 33). Дешифровка ее до сих пор проблематична, и можно сказать лишь, что выполнена она знаками, напоминающими одновременно и германские руны, и знаки рипневского фрагмента, и буквы североиталийских алфавитов. Быть может, шутерадская надпись даст нам образчик некоторого переходного алфавита, своего рода веху на пути продвижения рунической письменности в славянские земли? Ведь культурные и ассимиляционные связи фракийцев и далеких предков славян - факт известный» (ПЛА, с. 87). Вот этот пассаж данный исследователь и считает своим вкладом в историю происхождения "славянских рун" и Футарка. Заметим, что как взгляд на "североиталийские" алфавиты, так и позиция об их продвижении на запад в Германию, полностью повторяет существующую в современной науке традиционную точку зрения. Новизна тут лишь в том, что похожие на германские руны попали также и к славянам, возможно, через Фракию. С этим фактом можно было бы посчитаться, если бы Платов показал промежуточное положение не только знаков "Шутерадской" надписи между знаками "североиталийских" (античных или праславянских) алфавитов и "приднепровскими" знаками, но и наличие сходства языков во всех трех случаях. Разумеется, для этого надо было бы прочитать все три типа надписей. А.В. Платов не только этого не делает, но даже не сравнивает репертуары знаков, так что вся его "теория" - это лишь беглое замечание спекулятивного характера.

Демонстрация А.В. Платовым
Рис. 69. Демонстрация А.В. Платовым "Шутерадской" надписи

В другом месте он называет ее уже "Шутгардской" и говорит об "открытии в Родопах огромной не поддающейся дешифровке наскальной надписи, подлинность которой неоспорима" (ПЛБ, с. 116). Сразу замечу, что хотя статья называется "Памятники рунического искусства славян", в оглавлении стоит название "Работы мастеров славянской школы рунического искусства". И речь идет не столько об издательском браке, сколько о том, что Платов мыслил все эпиграфическое богатство как праславян античности, так и самых разных славянских этносов средневековья продуктом единой славянской школы. Странная точка зрения! Еще более эта мысль усилилась в главе "Славянская школа рунической магии" в большой его книге (ПЛМ, с. 251), где по сути дела повторяется славянский раздел книги "Руническая магия". Как и прежде, о славянской магии в связи с рунами - ни слова, только демонстрация руноподобных знаков, где значительная часть оказывается надписями руницы.

Далее он пишет: «Надпись, как уже упоминалось, была обнаружена в 1938 году близ села Ситово, неподалеку от руин древнего Штутгарда. Первое описание надписи принадлежит секретарю археологического общества в Пловдиве Пееву (цитата по статье Стефана Христова в журнале "Техника-молодежи")» (там же). Это, как мне кажется, забавно - черпать эпиграфическую информацию из журнала "Техника-молодежи". Тем не менее, хотя бы такую информацию стоит все-таки отметить как положительную, ибо она дает некоторые сведения. Платов отмечает, что нашел надпись некто Пеев, однако "расшифровать надпись Пееву не удалось" (ПЛА, с. 116). Правда, ссылок на его работу Платов не дает, ибо она, видимо, ему не известна. В таком случае дам я: Пеев 1928 (ПЕЕ).

«Следующая попытка дешифровки была предпринята в начале пятидесятых годов академиком Гошевым. По его мнению, надпись была выполнена мастерами славянского племени рунхинов; начало надписи Гошев переводил как Я, КНЯЗЬ РУНХИНОВ» (там же). Ссылок на работу академика Ивана Гошева, равно как и его имя Платов не приводит. «Впоследствии попытки прочтения надписи предпринимались неоднократно. В качестве примера приведем перевод надписи, принадлежащий профессору Титову: В 6050 ГОДУ (542 ГОД Н.Э.) УЧИЛ ЯЗЫК И СТАРИННЫЕ ПИСАТЬ КНЯЗЬ (?) ЕЛАНИЯ ИЗ ВЕСЛАНИДА (предположительно - ФЕССАЛОНИК). Однако ни этот, ни другие варианты прочтения и перевода надписи не кажутся нам хотя бы в какой-то степени убедительными» (ПЛА, с. 117). В данном случае я полностью согласен с А.В. Платовым. Однако удивлен, что он приводит примеры чтения, сообщаемые молодежным журналом, и не дает отсылок к работам упомянутых им авторов.

Но почему же он черпает сведения не из более солидных источников? Так, в "Вестнике древней истории" за пять лет до второй статьи и за год до первой книжечки Платова была помещена весьма обстоятельная статья двух авторов, Л.С. Баюна и В.Э. Орела о Ситовской надписи (БАЮ). Была дана новая прорись надписи, а также фригийское чтение (I) EI VIXUSIN VIXU IPTIN IMIN IPTIN SAI KU IOI 8AXIN EIS IMIN ZI (II) N UIXUSI с переводом: (А) ЕСЛИ СОЗДАДУТ ОБРАЗ ИПТЫ В ВИДЕ ИМОНА ИПТЫ ДЛЯ НЕЕ (БОГИНИ), (В) (ТО КОГДА) КТО (-ТО) ДЛЯ НЕГО (БОГА) (НЕЧТО) ВАКХАВО СДЕЛАЛ, ИМОН БОГА (ВАКХА) СОЗДАДУТ. Другой вопрос, удовлетворяет ли такое чтение, или нет, однако, если не удовлетворяет, надо написать конкретно, почему именно, как я это делаю по поводу каждого чтения надписи на рунице или, на худой конец, "славянскими" рунами. Но А.В. Платов дальше развлекательных журналов для молодежи не идет.

Правда, дурные примеры заразительны. Нынешний болгарский эпиграфист Илко Стоев предлагает уже два варианта чтения надписи: (1) ИКХ Ю ИИСУСУО ЦИУ СИУО СИ ЙУЖЬУСО ЙУЙ ОУИ Ю ИКХИ УМАЙ (2) ИМАТЗОРИУ ЙУЙКИ ЗМАР ЮС (с. 15) и (1) ИИ СИУ ИЖ ИСЖУССЬУ ОШ ЙУЙ УИОМА И ЖИУ (2) КСУЙО ТЮ ЙУЙ ОУОРСИС (с. 25) (СТИ), что он переводит примерно так: СЛЕДУЙ ПУТЕМ СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ ЧЕРЕЗ ОБРАЩЕНИЕ К МИЛОСТИВОМУ БОГУ! ПРОНЕСИ МУЧЕНИЧЕСКУЮ ЖИЗНЬ В МОНАШЕСКОЙ КЕЛЬЕ С ТВЕРДОСТЬЮ! (с. 33), однако и он не пишет о своих предшественниках. Он лишь сообщает, что археолог-любитель доктор А. Пеев был наказан как шпион СССР в Болгарии, и что упоминал эту надпись Петр Добрев (ДОБ). Однако с А.В. Платовым можно согласиться в том, что как дешифровка Л.С. Баюна и В.Э. Орела, так и дешифровка Илко Стоева неудовлетворительны и в своих переводах (первая невнятна, вторая отдает христианством, которого, возможно, в момент ее написания еще не было), и в своих чтениях (слишком много зияний).

Руна Ингуз. Руне ИНГУЗ на русских изделиях он посвящает специальную статью. В ней он относит священные символы к неким «бродячим сюжетам» и полагает, что «абсолютное большинство священных знаков исходного Футарка можно было бы, при желании, отыскать в традиционных системах священных символов самых разных народов - от Австралии и Африки до европейского Севера» (ПЛД, с.47). Это нас тоже весьма смущает: при чем здесь руна с ее конкретным фонетическим значением, когда речь идет о графическом символе? В качестве доказательства сходства рун он приводит изображение «стоячего камня» с тюркской «рунической» надписью (ПЛД, с. 46), египетские, иранские и малоазийские знаки, татуировку на животе женщины одного из африканских племен, а также русские ожерелья, вятичское кольцо, амулет зарубинецкой культуры и мотивы русской вышивки (ПЛД, с. 50-53). Вряд ли такое широкое бытование знака в виде ромба в разных культурах можно считать руной ИНГУЗ, тем не менее, А. Платов делает вывод о том, что «руна Ингуз и буква Жизнь представляют собой модификации одного и того же древнего символа плодородия» (ПЛД, с. 51). Вообще говоря, чем проще символ, тем чаще его можно встретить в разных культурах; однако тем шире и его семантика. На наш взгляд, А. Платов дальше графических аналогий не пошел, а сами аналогии трактовал как подтверждения широкой распространенности рун без достаточных оснований. Так что и здесь остается только посожалеть о некритичности данного исследователя к собственным изысканиям. В качестве редактора-составителя он поместил в свой сборник статью Александра Критова «Китайские аналоги скандинавских рун», где приводится сравнение финикийских знаков, скандинавских рун и китайских насечек, рис. 173 (КРИ, с. 189). На наш взгляд, речь идет о чисто графическом сходстве, ибо совпадений между звучанием финикийских и рунических знаков немного (а там, где они есть, их легко объяснить тем, что из финикийского произошли все прочие алфавиты); что же касается китайских насечек, то их звуковые значения неизвестны, так что совпадение звуковых значение на сегодня произведено быть не может. Вместе с тем, в качестве сближения графем разных систем письма данная работа некоторый интерес представляет, демонстрируя как раз высказанное нами утверждение о том, что простые графемы имеют очень широкий ареал распространения. Кроме того, большинство из "китайских насечек" может быть понято как варианты знаков славянской руницы.

Сравнение рун с финикийскими и китайскими знаками по А. Критову
Рис. 4. Сравнение рун с финикийскими и китайскими знаками по А. Критову

Общая оценка эпиграфического творчества А.В. Платова. Она близка к нулевой, поскольку, если не считать некоторых уж очень слабых попыток самостоятельного чтения фрагментов одного германского рунического текста или определения отдельных рун на славянских изделиях, собственных дешифровок у этого исследователя не было. Радует то, что он все-таки растет и постепенно число вопиющих ошибок в его трудах сокращается. Радует и то, что он постепенно начинает знакомиться с источниками, хотя бы в виде ссылок на них. Но более всего радует, что он занимается популяризацией славянских древностей, хотя это у него проходит мимоходом, поскольку увлечен он все-таки германскими рунами и только через них смотрит на руноподобные знаки из России. Справедливо критикуя деятельность Г.С. Гриневича, он не признает славянскую руницу вообще; рассмотрев около двух десятков примеров надписей славянских стран, он старался показать, что они очень напоминают буквы германского футарка. Так он и отбирал только такие надписи! Подлинно славянская руница его не интересует (особенно лигатуры) потому, что из них почти невозможно извлечь чистые знаки, напоминающие германские руны, а лишь они, с его позиций, пригодны для магии. Поэтому и чтения текстов для него не так важны, и в связи с этим нет особенной пунктуальности в изложении дешифровок его предшественников. Максимально, что он считал нужным сделать - это составить некий перечень славянских древностей, чьи знаки напоминают германские. И посредством этого доказать, что славяне, как и германцы, имели в древности магические практики.

Литература

БАЮ: Баюн Л.С., Орел В.Э. Лингвистическая и культурно-историческая интерпретация Ситовской надписи // Вестник древней истории 1993, № 1, с. 126-135

БОД: Бодянский А.В. Результаты раскопок черняховского могильника в Надпорожье // Археологические исследования на Украине в 1967 году. Киев, 1968, вып. 2

БОН: Бодянський О.В. Розкопки в Надпорiжжi в 1969 року // Археологiчнi дослiдження на Українi в 1969 року. Київ, 1972

ДОБ: Добрев Петър. Каменната книга на прабългарите. София, 1992, "Проксима"

КРИ: Критов Александр. Китайские аналоги скандинавских рун // Мифы и магия индоевропейцев, вып. 2. М., Издательство "Менеджер", 1996, с. 186-189

ПЕЕ: Пеев Ал. Новооткрит надпис в Родопите // Известия на Българският археологически институт 1928/1929, т. V, с. 363-365

ПЛА: Платов Антон. Культовые изображения из храма в Ретре // Мифы и магия индоевропейцев. Под редакцией А. Платова. Выпуск 2. М., «Менеджер», 1996, 199 с.

ПЛБ: Платов А. Памятники рунического искусства славян // Мифы и магия индоевропейцев, вып. 6. М., 1998, с. 90-130

ПЛД: Платов А. Знак Дажьбога. Несколько слов о руне Ингуз // Мифы и магия индоевропейцев, вып. 3, М., Издательство "Менеджер", 1996, с. 46-53

ПЛМ: Платов Антон. Магические искусства Древней Европы. М., Издательства "София" и "Гелиос", 2002, 480 с.

ПЛР: Платов Антон. Руническая магия. М., "Менеджер", 1994, 144 с.

DRO: Droszewski P. // Gazeta Wielkiego Ks. Poznańskiego, 1856, N158

PRZ: [Przezdziecki A.] O kamieniach Mikorzynskich. Kraków, 1872

Написать отзыв

Вы должны быть зарегистрированны ввойти чтобы иметь возможность комментировать.






[сайт работает на WordPress.]

WordPress: 7.04MB | MySQL:11 | 0.269sec

. ...

информация:

рубрики:

поиск:

архивы:

Июнь 2020
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Май    
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930  

управление:

. ..



20 запросов. 0.433 секунд