В.А.Чудинов

Расшифровка славянского слогового и буквенного письма

Май 21, 2009

Моё посещение последователей Анастасии под Владимиром

Автор 11:22. Рубрика Этнография и мифология

«Откуда же взялась Анастасия? Мифология семьи такова. Анастасия происходит из рода, который в течение тысячелетий живет отдельно от остального человечества, лишь иногда вступая в контакт с людьми [1, с. 26]. В тексте неоднократно подчеркивается, что Анастасия хранит память тысячелетий, унаследованную от далеких предков. "Прамамочка" (так в тексте - Авт.) Анастасии, жившая десятки тысяч лет назад, была от рождения калекой, и мать с горя унесла ее в лес, где и бросила. Незадачливый автор одаривает "прамамочку" именем Лилит. Что-то где-то смутно слышал и решил, что звучит красиво. Между тем, Лилит - злой дух иудейской демонологии (происходит от корня "лил" - ночь). Талмуд описывает Лилит с особенно ужасающими подробностями, ей приписывается особый интерес к детоубийству: пьет кровь новорожденных и высасывает мозг из костей. Начиная с эпохи Возрождения, в связи с ростом интереса к каббале образ проник в европейскую литературу в виде прекрасной соблазнительной женщины. Эти мотивы, видимо, уловил где-то в любезных его сердцу научно-популярно-оккультных журналах "писатель" Пузаков».

Опять-таки критика весьма тенденциозная. Пузаков - не религиовед, и даже не талантливый писатель. Да его поделка и не рассчитана на высокий уровень образования читателя. А связь с еврейским именем «прамамочки», даже если она случайна, всё-таки настораживает, и в этом критик прав.

«"Прамамочка" создает семью с неким древним "поэтом". Это очень "романтично". Со временем он ее покидает, чтобы положить начало совершенному обществу. Для этого он избирает наиболее порядочного вождя племени по имени Егип и полагает основание древнему Египту [3, с. 159] (о незабвенные бреды Фоменко!). Потом, правда, жрецы стали завидовать предку "Анастасиюшки" (именно так, любовно присюсюкивая, называют ее последователи новой секты) и уморили его голодом. Тот перед смертью успел спеть прекрасную песню для народа (по теории пузаковской Анастасии, мечты, воплощенные в слове и переданные в пении, могут преобразовывать реальность). Содержание древних гимнов Анастасия "слышит сама (историческим слухом - Авт.), но перевод доподлинный их невозможен" [3, с. 170]. И не диво, на стилизации в древнеегипетском стиле Пузаков еще не решается. Правда, Анастасия утешает: можно сочинить новые песни. Над ними уже трудится "бард из Егорьевска" [3, с. 171]. Все поведение Анастасии с самого начала ее общения с Пузаковым в стиле примитивной пасторали подчеркивает тесную связь героини романа с природой. Она трогает и "быстро поглаживает" листья и ветки растений, ест травы [1, с. 31]. Живет она на поляне, в теплой одежде не нуждается (дело происходит в Западной Сибири, на берегах Оби), не делает никаких продовольственных запасов, питаясь тем, что найдет или что получит от белок (они, оказывается, на зиму запасают орехов и грибов больше, чем нужно). Позже по ходу повествования выясняется, что Анастасия выращивает в лесу огурцы и помидоры, так что образ беспопечительности несколько блекнет. Автор делает вывод о том, что лесная жительница "является неотъемлемой частью Природы" [1, с. 36], ей послушны птицы и звери, медведица и волчица служат ей домашней прислугой».

Опять замечу, что судит Пётр Иванов не по законам жанра, и, как полагаю, вовсе не эта сторона образа Анастасии обеспечила трехмиллионную реализацию данной книги.

 «Героиня эпопеи должна представить читателю здоровый образ жизни. Однако это остается одним из самых слабых мест на протяжении всех пока что появившихся томов опуса Пузакова. Беспрестанно экзальтированно подпрыгивающая, вертящаяся вокруг своей оси, похлопывающая деревья и извивающаяся на траве, Анастасия все остальное время "продолжает заниматься своим делом" [1, с. 41]. Дела же заключаются в том, чтобы размышлять о судьбах человечества и корректировать ход мировых событий. Других занятий, которым могли бы подражать поклонники лесного оздоровления, у Анастасии не находится. Как же воздействует на мир Анастасия? "Духовным инструментом" отшельницы является некий невидимый луч, при помощи которого она может видеть происходящее в любом конце земли и даже вселенной. В четвертом томе опуса Пузакова рассказывается о том, как Анастасия доставила его на другую планету, показав "центр захвата". Автор пытается убедить своих читателей в том, что на многих планетах существуют цивилизации, технически развитые, но в духовном плане несамодостаточные. Они разъезжают по вселенной на летающих тарелках. Порождены они "злыми сущностями", конкурентами Бога. Злые сущности хотят погубить землю, но "Анастасиюшка" по ходу развития сюжета материализуется в штабе врага (переместив свое тело на другую планету), парализует его волю и уничтожает орудия, приготовленные для порабощения человечества. Поэтому, в конце концов, Пузаков провозглашает ее "мессией" [3, с. 273]. Поверьте, до антихриста недалеко. На конференции "анастасийцев" в Геленджике не только предлагалось добиться законодательного решения Государственной Думы об охране "Анастасиюшки" как национального достояния, но и выдвигалась идея обратиться в ООН - "на сегодня ООН вроде мирового правительства. Хотелось бы пофантазировать: а что если со временем Анастасия сможет стать ее руководительницей, "царицей мира"". Предназначение Анастасии состоит в том, чтобы объяснить людям "пагубность технократического пути развития" и указать путь к "первоистокам" [1, с. 48]. Она знает все языки мира, может и Веды полностью перевести, только не хочет на это время тратить [3, с. 278] (и впрямь смысла нет: уже все переведено)».

Не вижу ничего плохого в том, что героиня хочет представить здоровый образ жизни. Нет также ничего дурного и в осмыслении мировых событий. Пагубность технократического пути развития признаёт также и РПЦ, настаивая на приоритете духовного над материальным. Что же касается экзальтированных приверженцев, то их хватает в любом вероучении. А переводы любого текста всегда могут быть улучшены. Но, опять-таки, всё это дано у Мегре как миф, а не как реальные возможности Анастасии.

Правда, не совсем понятно, зачем Пётр Иванов так пристально рассматривает незамысловатые сюжеты. Но он это объясняет: «Для нас, конечно, живой интерес представляет новое сектантское учение. Собственно говоря, даже не учение, а хаотичный навал высказываний о божественном. Читатель Пузакова непритязателен, религиозно необразован, но жаждет контакта с чем-то таинственным и в то же время подтверждаемым "научно-популярной литературой". Ведь все в прошлом были атеистами, а теперь хочется чего-нибудь простенького, но таинственного». Получается, что «простенького, но таинственного» РПЦ на сегодня дать не может.

Письменность и дохристианская культура. «Оказывается, святые равноапостольные Кирилл и Мефодий "по приказу" ввели новую письменность, чтобы лишить славян "знаний о первоистоках", "чтобы жрецам (sic! - Авт.) иным народы подчинялись" [3, с. 10]. Мы-то, наивные, полагали, что Православие дало начало отечественной культуре! А Пузакову все известно точнее: "ушел язык, и с ним ушла культура" [3. с. 11]. Дальше - больше. О православных паломниках, отправляющихся в Святую Землю, читаем: "А россияне едут за тридевять земель, чужим богам поклоняться" [1, с. 401]. Между тем, им следует вместе с Пузаковым возрождать доморощенное неоязычество и поклоняться камням в Геленджике. Завершается разделение на своих и чужих богов, своих и чужих жрецов. Охота Пузакову стать вселенским "анастасийским" патриархом».

Что ж,  точка зрения А. Пузакова в данном случае ближе к реальной истории, чем точка зрения РПЦ, и культура наших предков во многих отношениях была выше современной. На дольменах в Геленджике имеются надписи РУСЬ ЯРА, ХРАМ МАРЫ, которые я в одном из отснятых фильмов показываю экскурсантам, и это тоже реальность, а не фантазия. Правда, в отличие от анастасийцев я не делаю из этого ни культов, ни поклонений, да и вообще выступаю против неоязычества как против поверхностного восприятия древнейшей русской религии.

«Языческая тема звучит крещендо в конце книги "Звенящие кедры России", где помещены стишата поклонников "Анастасиюшки". Некий "целитель" Н. Кузнецов пишет про Россию, что "до христианской быть отныне тебе судьбою суждено" (нами сохранена орфография) [1, с. 402]. Другой сочинитель, Я. И. Колтунов, еще более откровенен: "к родным богам чтоб Русь вернуть", пишет он [1, с. 413]. Далее по тексту Анастасия называется "России Божиим Храмом", а дерево кедр - "Богом-спасителем" [там же]. Вот еще вирши: "Природа - наша Матушка, а Господь - наш Батюшка", под Господом понимается славянский Род» [2, с. 184-185].

Ничего не имею против почитания бога Рода, равно как и богов Макоши, Мары и Яра, ибо на бесчисленных камнях, скалах и геоглифах, оставшихся от минувших эпох, начертаны именно эти имена. Что же касается знания русской орфографии, то, к сожалению, с каждым десятилетием оно становится всё хуже. И если анастасийцы предлагают вернуться к исконному русскому языку, то этот призыв вовсе не плох.

«Пузакову со временем приходит мысль отказаться от попыток паразитировать на какой-либо конкретной религии. Он начинает приписывать своим собственным писаниям сверхъестественные свойства, способствующие образованию религиозного сообщества. Проще говоря, секты. Он настаивает на том, что чудесное воздействие его книг на читателей ведет к неконтролируемому процессу объединения "анастасийцев". Некие ученые якобы написали в своем докладе: "Создается впечатление, что в среде живущего на земле сообщества людей начинает происходить реакция, которую мы не в состоянии контролировать, а следовательно, остановить. Основным фактом, подтверждающим ее существование (Анастасии - Авт.), служит психологическая реакция соприкоснувшихся с книгой людей... данный образ по своему психологическому воздействию превосходит на несколько порядков все, ранее известные, включая классические и библейские" [2, с. 92]. Наконец все встало на свои места: "Анастасиюшка" должна заменить христианского Бога, а, следовательно, слюнявыезаигрывания с "конфессиями" уже ни к чему. И Пузаков меняет акценты. Церкви объявляется война: "Посредников Отец не знает"» [2, с. 210]. - С этого места становится понятным, почему РПЦ выступает против движения анастасийцев - возникает новая конкурирующая конфессия.

 «Пузаков в своих рассуждениях о "духовном" не только манипулирует идеями, почерпнутыми из разных религий, но и апеллирует к авторитету "эзотерики". Рериховские "уши" постоянно вылезают из пузаковской болтовни (вспомним хотя бы про космические творящие сущности - чем не "Элохимы" теософов?). Есть и прямые ссылки, например, на рассуждения Е. Рерих в "Живой этике" о друидах и зороастрийцах [1, с. 17, 159]. По ходу текста проскальзывает упоминание о Шамбале [1. с. 340], которое в дальнейшем получает свое развитие. "Анастасиюшка" учит, что "Шамбала" - это "святое место", но не где-то на земле, а "у каждого внутри и внешне проявления ее людьми воссоздается" (грамматика оригинала) [2, с. 191]. Узнаем мы и о "земных учителях", "сынах Его" (читай, о махатмах), которые вскоре наберут силу и победят тьму [1, с. 355]. Встречаем упоминания о Блаватской как о писательнице, оставившей достоверные книги [2, с. 174]. Не обойдены вниманием и отечественные сектанты. Рассказывая о том, что Анастасия большую часть времени разгуливает полуобнаженной и не боится сорокоградусного мороза, ее создатель вспоминает про учение основателя движения "ивановцев", которого они называют "господом животворящим", - Порфирия Иванова, ходившего зимой в одних трусах [1, с. 40]. Нам также сообщают, что писания Пузакова одобрил глава еще одной секты - "Церкви последнего завета" - "Виссарион" (Сергей) Тороп: "Читайте книжку про Анастасию, она вас будет зажигать"» [1, с. 356].

Написать отзыв

Вы должны быть зарегистрированны ввойти чтобы иметь возможность комментировать.






[сайт работает на WordPress.]

WordPress: 7.11MB | MySQL:11 | 0.216sec

. ...

информация:

рубрики:

поиск:

архивы:

Май 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Апрель    
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031  

управление:

. ..



20 запросов. 0.356 секунд