В.А.Чудинов

Расшифровка славянского слогового и буквенного письма

Январь 22, 2007

Молитва Дыю и ее продолжение

Автор 12:33. Рубрика Чтения новых текстов

Письмо В.А. Чудинову (Энтони Амброзич). Мистер Чудинов! Часть вашей статьи, направленной в Любляну и посвященной «Надписи Яриболя», привлекла мое внимание. Поскольку я заметил, что несколько символов вызвали Ваше затруднение, я шлю Вам фотографию реального барельефа, найденного в Митреуме города Дура-Европас (ныне хранится в Митреуме Йельского университета, Нью Хевен, Коннектикут, США).

Мои возражения против Ваших предположений следующие:

1. Я не вижу, каким образом кто-либо смог бы прочитать слова ДЕТЕА в первых пяти символах надписи. Подобным же образом, как можно вычитать слова РУСЫЙ ДЫЙ БЕДЬНОЙ в конечной части надписи? Это меня полностью ошеломило.

2. Из Ваших доказательств по поводу странности молитвы я могу заключить только то, что более тонкие нюансы английского языка ускользнули от Вас в отношении слов ВОЗМОЖНО, ВЫ…, которые, как я вижу, Вы читаете ВЫ МОЖЕТЕ. Существует различие между этими двумя выражениями. Оптативное наклонение (в словенском – желательное), функцией которого является выражение просьбы, призыва, обращения, требования, предложения, а также желания – это некоторая трудность. Например, БОГ, ВОЗМОЖНО, ГАРАНТИРУЕТ НАМ МИР и ПУСТЬ БОГ ГАРАНТИРУЕТ НАМ МИР.

3. В отношении слов РЫБАК, КОТОРЫЙ РАСТЕТ – это поговорка о возрасте. Это внутриутробный плод «плавает с рыбами». Пожалуйста, посмотрите мою книгу «Adieu to Brittany» в разделе РЫБОЛОВЕЦ, где я отсылаю читателя к этому слову как к универсальному разговорному выражению.

4. Просто положим, что всё, что мы тут имеем, есть беременная жена Яриболя, чье время родов приближается и потому пожелание ее мужа состоит в том, чтобы она пережила роды в добром здравии. Смертельная угроза во время рождения ребенка в те давние времена выступает здесь источником большого беспокойства. В качестве другого примера того же посмотрите, пожалуйста, надпись В-С1 на с. 52 моей книги «Gordian Knot Unbound». Строчка 7 констатирует: КА ВАР МОЙУН МАТАР (У)О ОТЕКО НОВО – ЧТОБЫ ВЫ ЗАЩИТИЛИ МОЮ МАТЬ В ЕЕ НОВОЙ БЕРЕМЕННОСТИ.

5. Добавляю. Яриболь обращается по поводу защиты нарождающегося ребенка к своему богу Митре и намекает на ритуал религиозного введения и земной ГЕСТИИ, которые сопровождают рождение (празднование инициации нового члена общества Митры с приглашением гостей на пир). Слово ГОСТОЕДОТ возможно и не сохранилось, по крайней мере, в митраизме (но сохранилось в христианских таинствах, прежде всего, в конфирмации). Однако, это не означает, что оно не существовало. Сохранилось, например, слово, содержащее начало, ГОСТО-, например, ГОСТОЛЮБЕН (HOSPITABLE, ГОСТЕПРИИМНЫЙ).

6. Если «надпись Яриболя» русская, мы должны были бы ожидать, что такими же будут и другие пять переведенных македонских надписей из Дура-Европас. Однако совершенно ясно, что они не такие. Следовательно, Вы сталкиваетесь с незавидной задачей демонстрации того, каким образом русский язык исторически мог бы иметь какие-то корни в данной крепости. Другими словами, то, что мы здесь имеем, есть некий заскок русского отшельника, профинансировавшего создание барельефа с надписью, понятной только ему. И новорожденному он также посвятил руницу – скульптурную инструкцию, чтобы выгравировать на ней каждый свой шаг.

7. Наконец, чтобы сохранить Ваше предположение, Вам необходимо преодолеть невозможный абсурд демонстрации того, каким образом страстный митраист типа Яриболя, который помещает свой горельефный портрет в непосредственной близости от своего бога Митры, мог бы направить свои пожелания какому-либо иному богу. Можно ли приписывать и на других предметах искусства монотеизму толерантность к другим религиям внутри их храмов, а тут был не один из них. Даже Яхве говорил: «Я есть ревностный бог, и не было бога прежде меня…», и строгую приверженность этому соблюдали Ахура Мазда, Митра, Иисус и Аллах, постоянно следуя тому же предписанию. Краткое напоминание этого вы получите, лишь только вступите в Нагорный Храм в Иерусалиме в наши дни. Сценарий, которые предлагаете Вы, равносилен приведению в действие христианами сцены, нарисованной на стекле, где они изображены вместе с Иисусом. И с подписью внизу, которая гласит: ДА ЗАЩИТИТ ГОСПОДЬ БУДДА МОЮ СЕМЬЮ! Я действительно верю пастору и конгрегации, пусть одной лишь из епархий, и мог бы сказать то же самое о проявлении этого и в церкви.

Рельеф Митры с посвятителем из Дура-Европас

Рис. 3. Рельеф Митры с посвятителем из Дура-Европас

Искренне Ваш,

Э. Амброзич

Комментарии. Данное письмо Энтони Амброзича на английском языке (перевод мой) из Онтарио (Канада) было мне послано 1 ноября 2003 года. Я его публикую по нескольким соображениям. Во-первых, я отношусь к критике весьма положительно, и полагаю, что подлинное значение древних надписей может выявиться лишь после их всестороннего обсуждения. Таким образом, в отличие от многих моих коллег, я критики не боюсь, а, напротив, ее приветствую. Во-вторых, в письме затрагивается несколько как частных, так и общих моментов, что весьма важно для дешифровок любых авторов, включая и меня самого. Иными словами, письмо посвящено не только частностям чтений знаков. В-третьих, я хочу показать, что славянские исследователи, даже разбросанные по всему миру, проявляют интерес к работам друг друга.

1.Речь идет о надписи на одном из славянских языков; на каком именно – это должно выявиться в ходе чтения. Различие между русским и другими славянскими в античное время было не столько уж велико. Так что в самом основном я и Э. Амброзич сходимся. Но, поскольку Э. Амброзич не знаком с руницей, его, естественно, удивляют надписи этим шрифтом, так что он, разумеется, их и не может найти. С другой стороны, я тоже допускаю, что необоснованно принял ряд штрихов за буквы, отталкиваясь от его прориси. Теперь, когда он любезно прислал мне фотографию рельефа, о надписи можно будет судить более определенно.

2.Действительно, я принял более категорическую форму возможности, чтобы усилить некоторую трудность ситуации, когда нечто предписывается богу. Вероятно, я тут переборщил, и потому благодарен Э. Амброзичу за то, что он обратил мое внимание на это обстоятельство. С другой стороны, я благодарен ему и за разъяснение беспокойства Яриболя по поводу состояния здоровья жены – если она ожидает ребенка, то это, действительно, весьма существенно.

3.В русском языке существует слово ГОСТЕПРИИМНЫЙ, но не ГОСТОЕДОТ. Поэтому данное разъяснение Амброзича я принять не могу. Значение этого слова неясно.

4.По поводу того, что если одна надпись русская, то русскими должны быть и другие надписи, согласиться не могу. Яриболь мог быть как русским, так и славянином, знавшим русский язык. Ради здоровья своей жены и еще неродившегося ребенка он мог приказать создать горельеф. Но одного такого изображения ему могло быть вполне достаточно, и совершенно незачем было делать еще ряд изображений.

5.Совершенно не считаю большой трудностью объяснение существования русских людей в римских войсках, в том числе и в крепости Дура-Европас. Если прежде, когда я обратил внимание на вкрапление руницы в данный текст, наличие русских военачальников еще могло объясняться исторической случайностью, то после публикации в 2006 году книги «Вернем этрусков Руси», где я прочитал на этрусских зеркалах, что завоевание Северной Италии и основание Рима было прямым заданием Москвы, данным этрусскому экспедиционному корпусу, наличие русскоговорящих лиц среди римских командиров стало мною восприниматься скорее как норма, чем как исключение.

6.Создание рельефа – не заскок и не дорогостоящее изделие римского воина. Имея в подчинении не только армию, но и местное население, где были, в том числе, и скульпторы, Яриболь мог осуществить любой свой каприз совершенно бесплатно – стоило только приказать.

7.Основная трудность в моих рассуждениях, которая моему оппоненту кажется совершенно непреодолимой и даже абсурдной, на самом деле вовсе не является трудностью. Здесь он рассуждает не просто как христианин, но как христианин наших дней, для которого единобожие – непреходящая ценность. Но Яриболь не был ни нашим современником, ни христианином, так что Э. Амброзич модернизирует историческую реальность. Римляне были язычниками, более того, весьма непоследовательными, и наряду с римскими богами Юпитером и Юноной могли молиться фригийской Кибеле, египетским Осирису и Исиде, персидскому Митре. Почему Амброзич не удивляется тому, что Яриболь поставил рельеф не Юпитеру, а Митре? Ведь это же лежит на поверхности! Это имена та ситуация, когда на изображении Иисуса будет написано: ДА ЗАЩИТИТ ГОСПОДЬ БУДДА МОЮ СЕМЬЮ! Уже то, что римлянин молится не римскому, а персидскому богу, достойно удивления. Но если римлянину по большому счету безразлично, какому богу молиться, а Митра входит в число разрешенных богов, то почему бы и не поставить рельеф Митре?

8.С Дыем, как и с протокириллицей, ситуация особая: Гай Юлий Цезарь запретил письмо на всех шрифтах, кроме латинского и греческого, и на всех языках, кроме латинского. Поэтому применение греческих и латинских букв на данной надписи – не добровольное (или от незнания протокириллицы), а вынужденное (из-за запрета). Да и на открытое поклонение русскому Дыю римское начальство посмотрело бы очень косо. Именно поэтому вместо Дыя изображен Митра. Кроме того, возможно, что я чего-то не учитываю, и это может открыться при рассмотрении изображения рельефа.

Написать отзыв

Вы должны быть зарегистрированны ввойти чтобы иметь возможность комментировать.






[сайт работает на WordPress.]

WordPress: 7.15MB | MySQL:11 | 0.206sec

. ...

информация:

рубрики:

поиск:

архивы:

Сентябрь 2022
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Июнь    
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930  

управление:

. ..



20 запросов. 0.367 секунд