В.А.Чудинов

Расшифровка славянского слогового и буквенного письма

Март 28, 2007

Михаил Леонидович Серяков как эпиграфист

Автор 20:26. Рубрика Персоналии эпиграфистов


В шестой главе, «Знаки солнечного света», речь идет о более древней славянской письменности. Здесь интерпретируются треугольники из 6 точек на пряслицах культуры штрихованной керамики как схематическое изображение числа 108 [6, с. 65], хотя до этого нигде не идет речь об изображении в этой культуре цифр, так что данные построения автора кажутся совершенно немотивированными. Затем следует большой исторический очерк о культуре штрихованной керамики и о взгляде на нее различных ученых. Это потребовалось М.Л. Серякову для того, чтобы уверить читателя, что на пряслице с Лабенщины (нынешняя Белоруссия), изображены буквы И, И, Ч, на других пряслицах оттуда же - буквы Ш и Щ, на пряслицах из села Збаровичи - тоже И, И, Ч, а на пряслице из с. Малышка - буква А [6, с. 65].

Чтение М.Л. Серяковым кирилловских букв на пряслицах

Рис. 14. Чтение М.Л. Серяковым кирилловских букв на пряслицах

Нам такое появление греческих или кирилловских букв в античности у предполагаемого праславянского населения кажется фантастикой. Хотя с другой стороны, мы вполне согласны со мнением М.Л. Серякова о том, что знаки на пряслицах представляют собой письменные тексты. Однако слова типа ИИЧ, ИЧИ, ЧИИ или А звучат странно; к тому же не пряслицах есть ряд знако, которые Серяков не читает; их особенно много на пряслице из Малышки.

На наш взгляд, надписи на пряслицах выполнены славянским слоговым письмом и имеют совсем иное чтение Вначале прочтем надписи на пряслицах из села Лабенщина. Оба пряслица обломаны в разных местах, что дает возможность восполнить одни утраченные знаки за счет других, рис. 15-1. На первом пряслице есть лигатура слоговых знаков СЬ и ЛЕ (принятая М.Л. Серяковым за Ч), но отсутствует последний слоговой знак НЪ. На втором пряслице есть знак ПЪ, но отсутствуют знаки РА и СЬ, зато есть ЛЕ и НЪ. Так что надпись читается просто: ПЪРАСЬЛЕНЪ. Настоящая славянская надпись. Аналогичной является надпись и на пряслице из с. Збаровичи, рис. 15-2. Как видим, здесь написано ПЪРЯСЬЛЕНЪ, однако пряслице обломано, и последний слоговой знак не виден. Лигатуру образуют слоговые знаки СЬ и ЛЕ.

Наше чтение надписи на пряслице из сел Лабенщина, Збаровичи и Малышка

Рис. 15. Наше чтение надписи на пряслице из сел Лабенщина, Збаровичи и Малышка

Полнее надпись на пряслице из села Малышки, однако для ее чтения ее необходимо перевернуть вверх ногами, и прочитать вначале знаки повыше, а затем пониже. Тогда можно увидеть текст, рис. 15-3, который читается ПЪРЯСЬЛЕНЪ НА ДВОИМА, то есть ПРЯСЛИЦЕ НА ДВОИХ (в двойственном падеже). Разумеется, тоже славянский памятник. При этом никаких отдельных букв типа И,И,Ч или А мы здесь не усматриваем.

Вместе с тем, можно согласиться с заключительными предложениями этой главы: «Знаки на пряслицах являются прямым доказательством как древней славянской письменности, так и принадлежности культуры штрихованной керамики славянам, что подтверждается и другими данными. Можно предположить, что племена этой культуры являются прямыми предками кривичей, дреговичей и, возможно, радимичей и вятичей» [6, с. 83].

Весьма любопытной является седьмая глава, о чем говорит ее название, «Письменностей было слишком много». Первой исследуется так называемая Алекановская надпись. О которой данный исследователь отзывается так: «Все ученые единодушно согласились со славянской принадлежностью надписей и в науку они вошли под не совсем удачным название «алекановские руны». Особенная важность их состоит в том, что они являются тем редким вещественным доказательством существования на Руси своей особой письменности, подлинность которых не ставится под сомнение ни одним специалистом. Это - абсолютно бесспорное свидетельство» [6, с. 85]. Мы полностью согласны в этом с М.Л. Серяковым.

К сожалению, однако, покритиковав чтение Яна Лецеевского этой надписи [27], М.Л. Серяков писшет: «Других попыток [чтения этого текста] не предпринималось, и обнаруженная В.А. Городцовым надпись так и осталась нерасшифрованной» [6, с. 86]. Это положение неврно, ибо надпись читал Г.С. Гриневич в 1991 году, дав текст НАДО БЕ ЗАКРЫТЬ, ВЪ ЧЕЛО ВЪСАДИВЪ [3, с. 11, рис. 4-1], и надо сказать, это - наиболее удачное чтение Гриневича.

Чтение Г.С. Гриневичем надписи на горшке из Алеканова

Рис. 16. Чтение Г.С. Гриневичем надписи на горшке из Алеканова

Мы смогли лишь уточнить значение некоторых знаков, получив чтение ЗАСТУПИ СЪ КРЫШИ, В ПЪКЛО ВЪСАДИВЪ, что, разумеется, является вариантом чтения Гриневича. Так что М.Л. Серяков опять поскальзывается на плохом знании истории дешифровок славянского слогового письма.

Рассматривается им и надпись Д.Я. Самоквасова на ребре барана и ее чтение Н.В. Энговатовым как А ЕМУ ЯТИ ТУУРА. ЯГЪРБУНЪ в смысле А ЕМУ ВЗЯТЬ ДВУХ ТУРОВ. «Все это объяснялось Н.В. Энговатовым как письменное оформление посмертного жертвоприношения, сопровождавшееся подписью дарителя. Не говоря уже об отсутствии подобного имени в Древней Руси, крайне низкая вероятность создания надписи в ту эпоху и более чем спорный вопрос перевода делает его весьма сомнительным. Не удивительно, что попытка Энговатова не нашла поддержки в научных кругах и вскоре была забыта» [6, с. 86]. Хотя мы вынуждены на этот разсогласиться с общей оценкой М.Л. Серяковым попытки Н.В. Энговатова, однако заметим, что обе надписи сам М.Л. Серяков не пытался дешифровать, равно как и надписи, найденные Ф.Н. Глинкой на четырех камнях, или надпись на литейной формочке из Камно, о чем он не только упоминает, но и приводит изображения [6, с. 86-87]. Тем самым, он смог признать памятниками славянской письменности только небольшую часть подлинно славянского материала, а именно ту, которая им читалась на основе письма брахми. Правда, все перечисленные им надписи весьма сложны с эпиграфической точки зрения, ибо имеют весьма своеобразные начертания и изобилуют лигатурами. Разумеется, нами они прочитаны, но, чтобы не перегружать данный обзор второстепенным материалом, мы их не приводим. Приведем лишь наше чтение «берестяной грамоты с непонятными (на взгляд М.Л. Серякова) знаками» [6, с. 87], где, напротив, на наш взгляд, все выписано достаточно ясно, рис. 17 [28, с. 107].

Наше чтение надписи на берестяной грамоте из Старой Русы

Рис. 17. Наше чтение надписи на берестяной грамоте из Старой Русы

К сожалению, к числу славянских памятников у М.Л. Серякова попал и весьма странный футарк XI в. из Новгорода, начертанный на обломке ребра коровы и относящийся к рунической тайнописи - на нем крайне мало славянских слоговых знаков и весьма своеобразны лигатуры. Не похожи на славянские и знаки Ольшанского городища [6, с. 88-89]. Из этого тоже следует, что М.Л. Серяков плохо знаком с графикой славянских слоговых знаков.

Однако вполне злободневным можно считать заключение в конце главы, где этот исследователь, сетуя на пренебрежительное отношение к собиранию недешифрованных надписей, в частности, замечает: «Даже уже найденные надписи фактически выпали из научного оборота и рассматривались как случайный и необъяснимый курьез. А отсутствие возможности для сравнения однотипных надписей делает практически невозможной их расшифровку. А это, в свою очередь, обрекает вновь находимые надписи на определение их как «загадочных и не поддающихся расшифровке знаков» и автоматическое забвение. Круг замкнулся. Даже относительно немногочисленным надписям, найденным благодаря археологическим раскопкам, не придается должного значения и они не систематизируются, что самым существенным образом препятствует их расшифровке, без чего на них так и не будут обращать должного внимания. Существуй у нас правильный учет найденных нерасшифрованных надписей, то, скорее всго, число памятников оригинальной русской докирилловской письменности (или письменностей) даже в этой книге было бы большим» [6, с. 90]. Согласившись с этой констатацией печального положения вещей в отечественной эпиграфике, отметим, что на самом деле число опубликованных надписей оценивается не полутора десятками, как это видится М.Л. Серякову, а несколькими тысячами, и даже нам удалось отыскать не менее тысчи. Поэтому, разделяя призыв М.Л. Серякова в принципе, мы отдаем себе отчет в сложности создания соответствующего корпуса надписей.

Восьмая глава представляет собой исследование памятников неславянской письменности на территории древней Руси. Хотя это проблема является некоторым отходом от магистральной темы, тем не менее и она важна для истории культуры Руси.

Написать отзыв

Вы должны быть зарегистрированны ввойти чтобы иметь возможность комментировать.






[сайт работает на WordPress.]

WordPress: 7.15MB | MySQL:11 | 0.399sec

. ...

информация:

рубрики:

поиск:

архивы:

Апрель 2019
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Мар    
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930  

управление:

. ..



20 запросов. 0.602 секунд