В.А.Чудинов

Расшифровка славянского слогового и буквенного письма

Май 23, 2013

Портреты первых русских грамматистов

Автор 09:45. Рубрика Исторические комментарии

Продолжение биографии Зизания. Википедия пишет: «Патриарх поручил исправление богоявленскому игумену Илье и справщику Григорию Онисимову, причём по поводу некоторых спорных мест у Лаврентия Зизания было с ними собеседование, окончившееся отказом его от всех тех мнений, которые были заподозрены московскими цензорами. Прение о катехизисе напечатано Тихонравовым в «Летописи русской литературы и древностей» (кн. IV, отд. II, и отдельно Общ. Люб. Др. Письм., СПб. 1878, № XVII). Нельзя утверждать, что катехизис Зизания попал в обращение, хотя и был напечатан в 1627 году. Патриарх Филарет не решился выпустить его в свет, ибо эта книга была не выражением веры православной церкви того времени, а лишь «сочинением одного литовского протопопа, исправленным двумя московскими грамотеями» (митрополит Макарий, «История русской церкви», т. 11, стр. 50-59)».

Прения по поводу Катехизиса. О них мы читаем в статье от 10 ноября 2003 года по адресу http://www.sedmitza.ru/text/443589.html: «...Илья и Гришка: «У тебя в книге написано о кругах небесных, о планетах, зодиях, о затмении солнца, о громе и молнии, о тресновении, шибании и перуне, о кометах и о прочих звездах, но эти статьи взяты из книги Астрологии, а эта книга Астрология взята от волхвов еллинских и от идолослужителей, а потому к нашему православию не сходна». Зизаний: «Почему же не сходна? Я не написал колеса счастия и рождения человеческого, не говорил, что звезды управляют нашей жизнию; я написал только для знания: пусть человек знает, что все это тварь божия».

Заметим, что ситуация при первом Романове существенно изменилась: если Максим Грек всё-таки считался в качестве мима храма Яра равен по званию мимам храма Яра Максимилиану и Василию, то мим храма Яра Лаврентий Зизаний, сидящий в одном ряду с главой правительства Руси Яра и думным дьяком, подвергается форменному допросу со стороны только утверждающегося в Москве христианства. Теперь греческая наука, столь популярная в XVI веке, оказывается деянием  волхвов эллинских и их идолослужителей, а потому к нашему (христианскому) православию не сходна.

Илья и Гришка: «Да зачем писал для знания? Зачем из книги Астрологии ложные речи и имена звездам выбирал, а иные речи от своего умышления прилагал и неправильно объявлял?» Зизаний: «Что же я неправильно объявлял? Какие ложные речи и имена звездам выбирал?» Илья и Гришка: «А разве это правда, говоришь: облака надувшись сходятся и ударяются и от того бывает гром, и звезды называешь животными зверями, что на тверди небесной!»

Итак, согласно современной точке зрения, атмосферное электричество возникает от трения (трибоэлектричество), что и вызывает молнию. Это метафорически можно описать как облака, надувшись, сходятся и ударяются и от того бывает гром. Это - гораздо более научно, чем представление о том, что гром и молния происходят от катания Ильи-пророка на колеснице по небу. К тому же в современной науке астрономии созвездия действительно имеют название и изображения животных (Рак, Лебедь, Рыбы, Псы, Скорпион и т.д.). Затмения Солнца - эмпирический факт, объясняемый наукой.

Так что научную точку зрения (в лексике своего времени) отстаивает именно Зизаний, а не его оппоненты.

Зизаний: «Да как же, по-вашему, писать о звездах?» Илья и Гришка: «Мы пишем и веруем, как Моисей написал: сотворил два светила великие и звезды, и поставил их Бог на тверди небесной светить по земле и владеть днем и ночью, а животными зверями Моисей их не называл». Зизаний: «Да как же эти светила движутся и обращаются?» Илья и Гришка: «По повелению Божию. Ангелы служат, тварь водя». Зизаний: «Волен Бог, да государь, святейший кир(иос) Филарет патриарх, я ему о том и бить челом приехал, чтоб мне недоумение мое исправил, я и сам знаю, что в книге моей много недельного написано».

Итака, монахи против поисков какого-либо естественного объяснения движения, обращения и света звёзд и планет. Зизаний понимает их напор, и решает в данном случае сделать уступку.

Илья и Гришка: «Прилагаешь новый ввод в Никифоровы правила, чего в них не бывало; нам кажется, что этот ввод у тебя от латинского обычая; сказываешь, что простому человеку или иному можно младенца или какого человека крестить». Зизаний: «Да это есть в Никифоровых правилах». Илья и Гришка: «У нас в греческих Никифоровых правилах нет, разве у вас вновь введено, а мы таких новых вводов не принимаем».
Зизаний: «Да где же у вас взялись греческие правила?» Илья и Гришка: «Киприан митрополит, когда пришел из Константинограда на русскую митрополию, то привез с собою правильные книги христианского закона, греческого языка, правила, и перевел на славянский язык, Божиею милостью они пребывают и до сих пор безо всяких смутков и прикладов новых вводов, да и многие книги греческого языка есть у нас старых переводов, а которые теперь к нам выходят печатные книги греческого языка, то мы их принимаем и любим, если они сойдутся с старыми переводами, а если в них есть какие-нибудь новизны, то мы их не принимаем, хотя они и греческим языком тиснуты, потому что греки теперь живут в великих теснотах, в неверных странах, и печатать им по своему обычаю невозможно
».

Ситуация нетерпимости к новым веяниям со стороны клириков очень напоминает современную, когда всякое новое исследование, уточняющее, а где-то и исправляющее старое, объявляется лженаукой.

Зизаний: «И мы новых переводов греческого языка книг не принимаем же; я думал, что в Никифоровых правилах в самом деле написано, а теперь слышу, что у вас этого нет, так и я не принимаю; простите меня, Бога ради; я для того сюда и приехал, чтоб мне от вас здесь лучшую науку принять».  Илья и Гришка: «Скажи нам, что еще с нами об этой книге хочешь говорить?» Зизаний: «Всегда рад я с вами беседовать, а книгу государского жалованья я всю прочел, прилежно трудился при вас и без вас и много просвещения душе своей приобрел; дивлюсь великой премудрости православного государя патриарха: какой разум, какой смысл, какую великую богодарованную премудрость имеет в себе! Как он, государь, такую большую книгу в такое малое время сочинил! Воистину Бог действует в нем». При этих словах Зизаний начал прижимать книгу к груди и любезно всюду ее целовать. Разговор этот описан Гришкою справщиком».

Понятно, что спорить с клириками принятой на Руси трактовки христианства было опасно, и Зизаний предпочёл покориться.

Интересна и еще одна подробность с некого белорусского сайта по поводу его брата: «Стефан Зизаний занимал непримиримую позицию в общественно-религиозной полемике того времени, что повлекло преследование его благородно-католической верхушкой; польский король после массовых выступлений православных приказал посадить ученого в тюрьму, откуда тот сбежал через дымоход». (Адрес статьи: [url=http://www.spadshina.com/ru/programs/vidatni-ukrayintsi/zizanij-kukol-tustanovskij-lavrentij/?_offset[0]=3&]http://www.spadshina.com/ru/programs/vidatni-ukrayintsi/zizanij-kukol-tustanovskij-lavrentij/?_offset[0]=3&).

Ограждение русских от западного духовного влияния. А тут я хотел бы процитировать главу 5 «Патриарх Филарет и оборона православия» из книги Сергея Зеньковского «Русское старообрядчество» (http://klikovo.ru/db/msg/6859).

«Пробыв десять лет в польском плену, патриарх Филарет стал беском­промиссным и решительным противником всех западных духовных течений, и поставил одной из своих главных задач защиту от них православия. Патриаршая грамота 1628 года, например, предупреждала всех русских, связанных работой или торговлей с иностранцами, что в результате встреч с ино­верцами и, особенно, жизни с ними в одном доме, некоторые православные стали пренебрегать своими религиозными обя­занностями, перестали ходить к исповеди и причастию, были небрежны во время поста, и иногда даже избегали встреч со своими духовными отцами. Наряду с самим патриархом и другие русские консерваторы сетовали, что некоторые рус­ские люди начали подражать в нравах и костюмах своим иноверным соседям: - «беда и скорбь и погибель роду хри­стианскому, позавидехом иноверным ризам (платью) от глав до ног, и от всего их обычая... а Бог не повеле на неверных ризы, и на их обычаи взирати верным человеком ... понеже Богу мерзко их беззаконное платье и обычай их и мерзок и неприятен».

Для того чтобы оградить русских людей от иностранного соблазна, в 1620 годах патриарх предложил всем иностран­цам, бывшим на его службе, - или немедленно перейти в православие или же подать в отставку. Через каких-нибудь десять лет, в 1633 году, по требованию опять-таки патриарха Филарета, все иностранцы, жившие в Москве, были пересе­лены в особую слободу, за Кукуй, ставшую гораздо позже известной под именем «Немецкой слободы», причем патри­арх даже настоял на закрытии, хотя и временном, одной из протестантских церквей.

Эти мероприятия были чем-то необычным для русских лю­дей и для самих иноверцев, так как уже с конца шестнадца­того века в Москве было очень большое количество ино­странцев, особенно немцев, англичан, шотландцев, францу­зов, - по преимуществу кальвинистов, - и русские привык­ли беспрепятственно встречаться с ними и жить, как с доб­рыми соседями. Иностранные военные, купцы, доктора и техники тысячами жили в то время в столице и других го­родах. Уже Ливонская война сказалась на росте иностранцев в России. После нее тысячи пленных немцев, датчан, шведов, шотландцев и других выходцев и наемников с Запа­да были расселены по таким городам как Новгород, Тверь, Углич, Кострома, Казань и даже в самой столице. При царе Федоре Иоанновиче только  число  иностранных военных, бывших на службе русского правительства - доходило до пяти тысяч человек. При Борисе Годунове и лже-Дмитрии число иностранцев еще больше увеличилось, и оба царя окружали себя наемной гвардией, состоявшей, главным об­разом, из швейцарцев и французов. Даже в таком отдален­ном от Москвы центре, как Нижний Новгород, только мест­ная евангелическая община насчитывала в 1594 году до ста семейств, и имела свою церковь и школу. Первая лютеран­ская церковь в Москве была построена уже в 1575-1576 го­дах, а при царе Михаиле Федоровиче там было уже две лю­теранских и две кальвинистских церкви, из которых одна и была временно закрыта по настоянию патриарха. Число иностранцев продолжало оставаться очень значительным в течение всего семнадцатого века, так как Россия все еще про­должала нуждаться в иностранных специалистах. Но время от времени правительством предпринимались попытки огра­ничить их культурное и духовное влияние на окружаю­щую их русскую среду и, особенно, пресечь все попытки ре­лигиозной пропаганды. Бесчинства иностранных армий на территории России во время Смутного времени, когда они, пользуясь сначала поддержкой Лжедмитрия, а потом поль­ского и шведского правительства, не стеснялись осквернять русские храмы и оскорблять русское духовенство, несомнен­но, способствовали развитию национально-религиозной реак­ции среди духовенства, правительства и культурной элиты. Результатом этой реакции было усиление психологической и духовной изоляции России в течение почти что всей первой половины столетия, начавшегося смутой и иностранной ин­тервенцией. Если при царе Иване IV или при Борисе Году­нове иностранцы были не только званными, но и желанными гостями в России, и правительство стремилось к культур­ному сближению с Западом, то в течение трех-четырех деся­тилетий после смуты, помня попытку Запада завоевать и об­ратить в свою веру Россию, правительство только терпело необходимых ему иностранных специалистов, стремясь изо­лировать народ от их, казавшегося опасным, культурного и религиозного влияния».

Как видим, обстановка действия Максима Грека и Лаврентия Зизания были совершенно различными.

Обсуждение. Хотя данная статья была посвящена рассмотрению первых русских грамматистов, она затронула и царствующих особ. К удивлению, выяснилось, что русский Великий князь Василий III являлся одновременно и ханом Руси Яра, и хаканом Рима, тогда как император Священной Римской империи Максимилиан был одновременно и ханом Мира-Рима, и хаканом Руси Яра. Причём и тот, и другой считались РУКОВОДИТЕЛЯМИ РОДОВЫМИ, то есть правителями по линии бога Рода, но мимами (жрецами) бога Яра.

А поскольку на сегодня нам известно, что Максимилиан был не только королём Германии с 16 февраля 1486 года, эрцгерцогом Австрийским с 19 августа 1493 года, а также императором Священной Римской империи с 4 февраля 1508 года по день смерти 12 января 1519 года, а Василий III был  Великим князем  владимирским и московским в 1505-1533, сыном Ивана III Великого и Софии Палеолог, то получается, что он был как бы на ступеньку ниже хана Рима Максимилиана, будучи там хаканом. Но, соответственно, и Максимилиан, будучи ханом Священной Римской империи, являлся хаканом Руси Яра. Иначе говоря, хакан - это некий соправитель, СО-хан (со временем русская приставка СО могла в условиях западноевропейского аканья быть написана как СА, а читаться КА, откуда произошло слово КАХАН, которое могло вначале быть записанным как КАГАН, а затем и ХАКАН). Эту мысль я уже высказывал прежде при анализе миниатюр Радзивилловской летописи.

Более того, в договоре от 1514 года с императором Священной Римской империи Максимилианом I впервые в истории Руси назван царём (цезарем). Иными словами, это то самое время, когда Рим и Русь Яра были объединены если и не политически, то династически. И если ряд римских дорог был построен Москвой, Московским княжеством, то, скорее всего, это был период где-то с 1509 по 1533 год, то есть, первая треть XVI века.

Что же касается строительства дорог Китая, то на портрете Максима Грека имеется надпись о том, что  МАКСИМИЛЛИАН был связан с ХРАМОМ ЯРА МАРЫ МИРА-РИМА, и одновременно с ХРАМОМ ЯРА РУСИ МАРЫ (Китая), где Китайский храм назывался  ХРАМОМ ЛЮБВИ МИРА-РИМА С РИМЛЯНАМИ. Так что, видимо, часть дорог Китая строилась в то же самое время.

Конечно, тут возникает вопрос о ряде трудностей - откуда была взята та масса рабочей силы и то финансирование, которое позволило осуществить такое массовое и большое по протяженности строительство, однако этот же вопрос встаёт применительно к любому историческому периоду, в который осуществлялось строительство дорог. Теперь, когда первые статьи о строительстве дорог в Китае [2] и в Риме [3] мною написаны, было бы желательно произвести их сравнение в плане технологий строительства, что явилось бы в случае совпадения косвенным свидетельством одновременности их появления. Кроме того, имеет смысл отследить качество сохранности этих дорог.

Такой неожиданный экскурс появился с надписями на портрете Великого князя и императора. Современная историография нигде не отмечает, что они были духовными лицами (жрецами), однако на их портретах отмечено, что они являлись МИМАМИ ЯРА. Возможно, что к XVI веку этот титул был не реальной должностью, а лишь неким почётным званием, как в XIX веке звание князя, за которым не скрывались ни управляемые территории, ни сам процесс управления ими. Возможно также, что титул МИМА ЯРА, духовный по происхождению, являлся таким же неотъемлемым почётным званием светских лиц, как ныне степень доктора наук или звание профессора для чиновника.

А вообще говоря, меня интересовала личность Максима Грека как грамматиста. И тут выяснилось, что по титулам Максим Грек был фигурой, в каком-то (жреческом) отношении равновеликой Максимилиану и Василию. Иными словами, это была личность, проводящая идеи Священной Римской империи на Руси, и идеи Руси в Священной Римской империи. Но поскольку данная незаурядная личность находилась больше при Василии, то и воздействие было направлено в основном на Русь. Иными словами, задачей Максима было привитие Московии западных ценностей, так что именно его можно считать одним из первых вестернизаторов Московии. Так что даже если в XVI веке существовали свои, русские грамматисты, то звание хакана Священной Римской империи обязывало Василия III прислушиваться к западной точке зрения. Что же касается духовного воздействия Московии на Рим, то оно, даже если и существовало, было впоследствии забыто. А материальное воздействие в виде строительства дорог было позже понято иными способом - как собственная римская история, для чего пришлось отбросить это строительство в мифическую античность.

Лаврентий Зизаний родился через 4 года после смерти Максима Грека. Вектор западной, византийской грамматики был уже задан, оставалось только ему следовать.

Можно отметить, что в плане ведения информационной войны (как первой стадии войны настоящей), Западу удалось в конце XV века сделать хитрый ход: выдать Ивана III  за Софью Палеолог.  Как известно, «Софи́я Фоми́нична Палеоло́г, она же Зоя Палеологиня (греч. Ζωή Σοφία Παλαιολογίνα, ок. 1455- 7 апреля 1503), великая княгиня московская, вторая жена Ивана III, мать Василия III, бабушка Ивана IV Грозного. Происходила из императорской династии Палеологов. Её отец, Фома Палеолог, был братом последнего императора Византии Константина XI и деспотом Мореи (полуостров Пелопоннес)» (Википедия). И тем самым, не давая никаких властных полномочий, распространить свою идеологию на далёкую Московию, а также пользоваться ее богатствами на льготных условиях.

Заключение. История XV-XVI вв. в нынешних курсах русской историографии изложена в основном чисто фактологически. Из нее не видно, как постепенно происходила идеологическая диверсия Запада против Московии.

Литература

  1. Чудинов В.А. Новые чтения Ивана Расстригина. Сайт chudinov.ru от 02.05.2013 года
  2. Чудинов В.А. О Великой китайской стене. Сайт chudinov.ru от 16.05.2013 года
  3. Чудинов В.А. О римских дорогах. Сайт chudinov.ru, от 18.05.2013 года

Написать отзыв

Вы должны быть зарегистрированны ввойти чтобы иметь возможность комментировать.






[сайт работает на WordPress.]

WordPress: 7.17MB | MySQL:11 | 0.169sec

. ...

информация:

рубрики:

поиск:

архивы:

Апрель 2024
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Июнь    
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930  

управление:

. ..



20 запросов. 0.341 секунд