В.А.Чудинов

Расшифровка славянского слогового и буквенного письма

Декабрь 5, 2006

Новое прочтение надписи эль-Недима и проблема Русколани

Автор 21:07. Рубрика Исторические комментарии

Славянский интерпретатор Андреас Шёгрен. Живший в России датский филолог А.Й. Шёгрен выполнил обзор исследований Финна Магнусена хотя и по поручению графа А.С. Уварова, но все же как лицо заинтересованное. По возможности в его описаниях деятельности Магнусена мы опускали его собственные замечания, поскольку хотели выявить вклад именно ученого из Копенгагена. Теперь же наступил черед самого Шёгрена. Цель, которую поставил перед собой этот ученый из Петербурга, была иной: он стремился доказать русским, что надписи, прочитанные Магнусеном, есть надписи русские. А для этого уже нельзя было ограничиться приблизительным значением слов или неким набором звуков, звучащих как бы по-русски, но требовалось выявить точный смысл каждого слова. Основу для этого Магнусен уже создал, требовалось только «дотянуть» предложенные им полуфабрикаты до полноценных русских слов. Следовательно, в данном случае речь идет не о проведении новых дешифровок, но об интерпретации уже имеющихся. К интерпретации Магнусеном надписи эль Недима он в 1848 году добавляет следующее. «Всей конфигурации mal-eln14.gif (SLOVIENE или SLAVIANE) предполагаемого Магнусеном народа, – отмечает Шёгрен, – соответствует имя СЛОВЕНЕ. Да! Если же основанное на данном принципе свободы исследование продолжить еще дальше, то лежащую (поперек слова) палочку можно рассматривать как | (I), и тогда получить даже слово mal-eln15.gif (СЛОВЯНИНЪ), имя представителя народа в единственном числе. Но если принять более простую форму mal-eln16.gif (СЛОВЕНЪ) и mal-eln17.gif (СЛАВЕНЪ) или простейшую mal-eln18.gif (СЛАВНЪ), то это будет более не имя народа а личное мужское имя, которое у славянских руссов в древнейшие времена, а также позже, было нередким», рис. 5-3 (8, с. 87). Итак, Шёгрен начинает фантазировать на заданную тему, чтобы иметь возможность свободнее маневрировать при согласовании данного слова с последующими, чтобы получить целое осмысленное предложение. Однако, он забывает, что чем больше вариантов одного слова он предложит и чем больше будет его возможность согласования данного слова с другими, тем меньше доверия получает дешифровка, ибо у читателя закрадывается впечатление о том, что предложенные слова не вычитываются из текста памятника, а подгоняются дешифровщиком. В отношении второго слова Шёгрен считает, что оно есть mal-eln19.gif (LUT) или mal-eln20.gif (LIUT, LIUD). «Некоторые русские ученые полагают, что слово LIUDI обозначало когда-то всех свободных людей или граждан» (8, с. 90). Тем самым слово ЛУТ натягивается Шёгреном и незаметно становится словом ЛЮДИ. Странно, что точно так же, как и первое, словно глину, Шёгрен разминает это слово, рис. 2-4. В конце концов, он получает несколько значений всего предложения: 1) СЛОВЯНИНЪ С РУССИ, 2) СЛОВЯНЕ С РУССИ, 3) СЛАВНЪ С РУССИ (8, с. 98). При этом его не смущает, что он сам произвольно заменяет буквы, например, О на А, НИ на НЕ и НЪ, приписывает Ъ туда, где в тексте нет никакого знака для его обозначения. Второе слово ему не пригодилось, и Шёгрен его выбросил. В принципе, он мог бы его вставить во второй вариант, чтобы получилось СЛОВЯНЕ – ЛЮДИ С РУССИ, однако он этого не сделал, поскольку его больше устраивали первый и третий варианты, ибо они больше согласовывались с его выводом: «Кусочек белого дерева, знаки на котором были вырезаны с тем или иным значением первого слова и который посланец нес с собой, были ничем другим, как своего рода пропуском, который он получил с собой из России на обратный путь от Кавказского князя, к которому он был послан, чтобы как славянин по рождению мог беспрепятственно попасть назад с нерусского Кавказа; и это так совершенно естественно объясняет то, почему документ начинается так, как мы видели» (8, с. 98). С нашей точки зрения картина «дотягивания» полуфабриката Магнусена до приемлемого для русского глаза чтения выглядела несколько в иной последовательности: прочитав набор слов СЛОВЕНЕ или СЛАВЯНЕ, ЛУТ и СРУСС, и понимая, что кусочек дерева был пропуском, Шёгрен постарался несколько притереть слова друг к другу и получить более или менее приемлемый результат. Иными словами, значение кусочка дерева как пропуска было не независимым подтверждением, а предпосылкой для создания нужного текста. Таким образом, у Шёгрена в дешифровке появляется определенность, и хотя прочитанные в надписи слова у Магнусена и Шёгрена практически совпадают, но у Шёгрена мы видим уже грамматически оформленную фразу С РУССИ ЛУД СЛОВЕНЕ, имеющую определенный смысл, тогда как у Магнусена имелся лишь набор слов СЛАВЯНЕ, С РУССИ, ЛЮД, рис. 5-3. Тем самым дешифровка получила законченный и осмысленный вид. Других попыток прочитать надпись эль Недима на основе рун, но с более тщательной проработкой знаков, не предпринимал никто, ибо очень скоро интерес к руническому чтению пропал. На этом первый период публикации слоговых надписей и попыток их дешифровки и закончился.

Более поздние дешифровки. И все же эта точно датированная надпись на русском языке, записанная неизвестным шрифтом, не могла длительное время оставаться нетронутой. В ХХ веке ее пытались прочитать Г.С. Гриневич и М.Л. Серяков, но уже на основе слоговой письменности. Что же касается буквенного чтения, то опыт Магнусена был, как мы видели, весьма робким, не затронувшим всех знаков надписи, тогда как Шёгрен уже вынужден был считаться с предположениями своего коллеги и не мог трактовать текст надписи как-то принципиально иначе. Тем самым оставалась возможность прочитать надпись эль Недима более точно, отталкиваясь от предположения о том же алфавитном характере русского письма, но более правдоподобном: что надпись эль Недима начертана глаголицей.

Чтение надписи эль-Недима разными эпиграфистами

Рис. 5. Чтение надписи эль-Недима разными эпиграфистами

Чтение С. Гедеонова. Этот исследователь производит свое чтение в 1876 году, когда руническая гипотеза славянской письменности была опорочена. Как истинный патриот славянской графики он предлагает славянское чтение этой надписи на основе глаголицы, но читает не все буквы (10, с. СIХ]), рис. 5-4. Легко видеть, что у Гедеонова знаки глаголицы вовсе не похожи на знаки оригинального текста, даже несмотря на то, что он дает 2 начертания буквы С; чтение СТОСВЪ, непонятно по нескольким причинам: нет никаких указаний, что послание было адресовано Святославу; сокращение этого имени типа СТОСВЪ неизвестно; непонятно, почему русский часовой должен был понять слово СТОСВЪ как пароль. Как видим, русское буквенное чтение надписи эль Недима ничуть не лучше ее рунического прочтения.

Чтение надписи эль-Недима М.Л. Серяковым. М.Л. Серяков прочитал ее первой, совершенно неожиданно для себя, ибо при обзоре дохристианской писменности не ставил задачу ее дешифровки. Читал он так (11, с. 39), рис.5-5: ДАЙ УДАЧИ ТЕ, РАТНЫЙ БГ! Текст не вполне понятен, ибо по эль-Недиму он служил пропуском на территорию русских; такое приветствие было бы уместно, если бы эта записка вручалась князю непосредственно, а не предъявлялась бы каждому постовому. Так что в правильности чтения сомнения возникают уже на этапе рассмотрения общего смысла. Есть претензии и с эпиграфической точки зрения. Так, первая лигатура читается только в нижней части (кстати, усмотрение в нем зеркального ДА довольно сомнительно), тогда как верхушка ее остается без внимания. Вообще говоря, подобный знак был выделен этим эпиграфистом в его сводной таблице как К, а в письме брахми как КХА, но его чтение привело бы к непонятному слову КДАЙ или КХАДАЙ. Следующие три знака в тексте изображены похожими на жирные запятые с длинными хвостами; эпиграфист достаточно смело толкует их как три точки, расположенные по треугольнику Вообще говоря, палочка в брахми читается как Р, а кружочек, в том числе и с точкой внутри – как ТХА. Если следующий знак в виде уголка еще имеет какое-то сходство со знаком У, то признание следующего за ним знака за ДА достаточно сомнительно. Следующий знак отличается от ЧА квадратным основанием; чтобы его читать ЧИ, он должен иметь форму mal-eln21.gif, а не mal-eln22.gif. Знак ТЕ в какой-то степени похож (хотя в надписи эль Недима он гораздо сильнее вытянут по горизонтали), РА соответствует письму брахми и выглядит в виде черточки, но Т должно было выглядеть на транслитерации кружочком, как в тексте надписи, а М.Л. Серяков его почему-то изображает квадратиком. Н действительно изображается перевернутой буквой Т, однако именно Н; чтобы получить чтение НЫ (НИ), следовало бы добавить в него палочку, mal-eln23.gif, чего, однако, нет в тексте. Наконец, последний знак в брахми обозначает БХА, и его чтение как БГ или БОГ – вольность М.Л. Серякова. Тем самым, строгое следование письму брахми дало бы иную транслитерацию: КХАДА ТХАР ТХАР ТХАР УДАТХА ТЕТХАР НАБХА, что, разумеется, ничего похожего на славянское звучание не имеет. Если учесть, что графически каждый из рассмотренных знаков письма брахми весьма сильно отличается от начертаний надписи, чтение следует признать совершенно негодным.

Чтение надписи эль-Недима Г.С. Гриневичем. Г.С. Гриневич предлагает такое чтение данного текста (12, с. 11, рис. 4-2), рис. 5-7. Надпись, поделенная им, гласит: РАВЬИ И ИВЕСЪ (вариант: ИВЕРЪ) ПОБРАТАНЕ. Меня приятно удивило разложение второй лигатуры, образующей слово БРАТАНЕ, которое я сначала посчитал виртуозным и, вообще говоря, мало типичным для этого эпиграфиста. Несомненно, это чтение следует признать большой удачей; к нему у меня тогда не было ни малейшего замечания. К сожалению, однако, чтение первой половины текста дает нечто невразумительное. Кто такие РАВЬИ? Кто такой ИВЕСЪ или ИВЕРЪ? Что такое ПОБРАТАНЕ? (Русское слово будет иным, ПОБРАТИМЫ). В журнальном варианте сам эпиграфист недоумевал: РАВЬИ И ИВЕРЪ – два мужских имени? Или русские и грузины? (12, с. 10). В монографии оба варианта были узаконены: РАВЬИ И ИВЕСЪ (ИВЕРЪ) ПОБРАТАНЕ, то есть СОЮЗНИКИ (13, с. 52). С точки зрения правильности чтения сомнение вызывает разложение уже первой лигатуры, где эпиграфист не замечает верхнего горба, знака БЕ, но вычленяет угол, знак ВЕ/ВЬ. Поэтому слоговой знак РА/РО выходит у него при чтении на первое место, хотя он должен быть прочитан вторым. Следовательно, первый знак – не РА, а второй – не ВЬ. Далее прочитаны три знака И подряд и знак ВЕ, прочитаны правильно. Но седьмой знак разделен Гриневичем на два, каждый из которых прочитан неверно, один как СЪ (РЪ), другой как ПО. Честно говоря, ни для того, ни для другого чтения этих половинок нет никакого основания. Тем самым из 12 знаков верно прочитано 8 – надпись прочитана на три четверти правильно! Подобный результат при первом чтении меня очень обнадежил, я счел, что его можно смело назвать выдающимся, если учесть, как много ошибок делалось в его предшествующих чтениях!

Наше раннее чтение. На наш взгляд эта надпись читается БЕРОЙ И, И ВЕДИ БРАТАНЕ, что означает: БЕРИ ЕГО И ВЕДИ К БРАТАНАМ, рис. 5-8. Гриневича смутила первая лигатура (выше мы уже отмечали, что он не силен в разложении лигатур), а также необычное начертание знака ДИ в слове ВЕДИ, где левая мачта оказалась подпорченной (вероятно, деревянный «рез» в данном месте выщербился). Но вторая лигатура в виде лодки с гребцами мне показалась им великолепно разложенной, и я не стал ее исправлять.

Комментарии недоступны.






[сайт работает на WordPress.]

WordPress: 7.18MB | MySQL:11 | 0.352sec

. ...

информация:

рубрики:

поиск:

архивы:

Октябрь 2018
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Сен    
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031  

управление:

. ..



20 запросов. 0.523 секунд